Чт, 04 Июня, 2020
Липецк: +14° $ 71.60 77.88

«Хоккей — это суперджаз...»

Сергей Малюков | 29.11.2014

Концерт саксофониста Игоря Бутмана вновь собрал полный зал в областном Центре культуры и народного творчества. Корифей мирового джаза выступил в нашем городе по приглашению Липецкой областной филармонии. На этот раз Бутман приехал со своим Московским джазовым оркестром и гостем из Нью-Йорка, обладателем премии «Выдающийся джазовый вокалист» Алланом Харрисом.

Музыканты появились на сцене в элегантных серых костюмах и одинаковых пестрых галстуках цвета российского триколора. Пианист и композитор Николай Левиновский сразу оказался в центре внимания благодаря своим ярко-красным носкам. «У него таких семнадцать пар, на полгода хватит», — пошутил Бутман. Вечер прошел на легкой позитивной волне. Оркестр исполнил джазовую классику, тему из «Бременских музыкантов» и романс «Очи черные» в джазовых аранжировках, пьесы Херби Хэнкока и авторские композиции Николая Левиновского. Зал взорвался аплодисментами, когда на сцене появился темнокожий Аллан Харрис в покрытом узорами пиджаке невероятной расцветки. Стильный уроженец Гарлема порадовал публику прекрасным голосом и оригинальными интерпретациями джазовых стандартов. «What a Wonderful World», «Girl from Ipanema», «Fly Me to the Moon» — такому вокалу и харизме мог бы позавидовать сам Фрэнк Синатра!

Бутман много шутил с залом про буфет ОЦКНТ, о котором ходят легенды среди артистов, подорожавшую гречку и взаимоотношения с США.

Финальная композиция «Бутман играет Гудмена» вместила в себя все, что только можно — невероятные саксофонные импровизации, зажигательную кавказскую лезгинку, бешеные ритмы свинга. На бис с оркестром вновь вышел Аллан Харрис и спел своим бархатным голосом на чистейшем французском «C’est si bon».

После концерта Игорь Бутман ответил на вопросы липецких журналистов.

— Раньше вы много гастролировали за рубежом, в том числе и в США. Отразились ли сейчас на вас санкции как на доверенном лице президента Владимира Путина и стороннике его политики?

— Нет, санкции на мне никак не отразились. Я не такая большая политическая фигура. Вообще, я считаю, санкции — не та мера, которая может привести к хорошему результату. Они приняты, и мы должны с ними жить, но от общения мы не можем отказаться. Нас по-прежнему приглашают наши партнеры, американские друзья. Гастроли в Америке у нас были в июле, в сентябре, теперь я поеду в США в январе. Я уверен — проблемы когда-то решатся. Поэтому мы не должны растерять друзей.

В мире очень много людей, которые разделяют позицию нашего президента. Я, с одной стороны, — доверенное лицо Путина, а с другой — знаю очень много американских политиков, и Америка, по сути, является моей второй родиной. В своё время я оттуда уехал, но жил там очень долго, у меня там много друзей. Наш президент на «Форуме действий» Общероссийского народного фронта недавно так и сказал: «Америка — великая страна, там живут великие и талантливые люди». Я полностью с ним согласен. Да, у нас разногласия в политике, но мы не можем отрицать успехи этой страны, мы играем музыку, которая там родилась. Но она родилась не без участия величайших российских композиторов и музыкантов.

Как-то в одном издании написали: «Привозить в Америку русский джаз — всё равно, что в Сибирь привозить снег». Однако мы играем там, и люди всё равно приходят и восхищаются. У нас был большой тур по США, пятнадцать концертов, мы играли в огромных залах, и они были заполнены — американцы восторгались русским оркестром, а это уже было во время разгара санкций, в сентябре.

Как доверенное лицо президента я должен делать все, чтобы Россией гордились и восхищались — и ей восхищаются, хотя и боятся при этом, и балет наш любят, и Рахманинова, и Юрия Башмета, и вот теперь неожиданно вдруг джаз всех покоряет. Для этого мы очень много работаем, и каждый концерт, не важно в Нью-Йорке или Липецке — для нас это серьезное испытание, в этом и залог успеха.

— Несколько лет назад в Липецке вы говорили о планах наладить производство в России музыкальных инструментов. Может быть, сейчас настало время заняться этим проектом?

— Я начал думать об этом, когда вступил в «Единую Россию», — считал, что, имея какое-то отношение к власти, это будет проще делать. Но если и стало легче, то ненамного. Я сейчас пытаюсь уговорить инвесторов вложить средства в производство российских инструментов. Мы изучаем рынок, спрос, конкурентную ситуацию. Сейчас готовится «Игорь Бутман-саксофон». Его будет делать американский производитель, а само производство размещено в Тайване. Но если мы сделаем здесь какие-то мощности для производства, то саксофоны «Бутман» станут выпускать и в России. Это моя мечта, и сейчас хорошее время её осуществить.

— Какие впечатления остались после выступления в Липецке?

— Судя по реакции зрителей, их аплодисментам, концерт удался. Было очень приятно играть, публика понимала все тончайшие нюансы, юмор, прекрасно принимала всех музыкантов. На сцене было легко играть, и в зале звук хороший, я получал удовольствие. У вас люди хорошие, будем приезжать ещё чаще с разными программами. Надеюсь, как-нибудь приедем сюда на фестиваль «Джазовая провинция», который делает Леонид Винцкевич.

В Липецке я уже не в первый раз, но достопримечательностей толком рассмотреть не успел. Мы, артисты, несчастные люди. Сегодня утром я прилетел из Баку, а позавчера был в Ростове-на-Дону. В Липецк мы приехали в 16.00, перекусили немного и сразу репетировать, сейчас опять срываемся с места и улетаем в Южно-Сахалинск. Чтобы везде успеть, приходится, как говорится, рвать когти!

Я был несколько лет назад в Липецком авиацентре, видел современные самолеты, даже посидел за штурвалом тренажёра. Встречался там с музыкантами военного оркестра, говорили о необходимости поддержки Министерством обороны духовых оркестров. Кстати, сейчас благодаря нашим хорошим отношениям с министром обороны Сергеем Шойгу прошёл первый фестиваль «Армия-джаз».

— Какая музыка помимо джаза повлияла на вас как на музыканта?

— В юности на меня здорово повлияла группа «Deep Purple». Её энергия хард-рока, страсть, напор, мощь. Я до сих пор люблю их слушать, хотя мне нравится музыка самых разных жанров.

— Современные музыканты вам интересны?

— Не могу сказать, что специально этим интересуюсь, но ребят молодых, которые работают в моём оркестре, я постоянно спрашиваю, что сейчас нового, кому что нравится. Я смотрю телеканалы, где наряду с джазом крутят поп-музыку, обращаю внимание на талантливых певцов и певиц. Все, что угодно, кроме шансона и примитивной попсы — три притопа, два прихлопа и три аккорда. Я уже не могу слушать музыку, где нет диссонансов, каких-то неожиданностей. Для меня это уже чисто физически нехорошо.

Также и молодежь, на которую навалился такой поток, она всё это увидела, прослушала, и вдруг начала искать для себя что-то другое, позаковыристей. Они интересуются жизнью, читают, смотрят, анализируют, переживают, пытаются себя найти. Это естественно.

Есть такой замечательный вокалист Тони Беннетт, который уже давно записывает альбомы с популярными исполнителями: Лайзой Миннелли, Дайаной Кролл, Эми Уайнхаус, Кристиной Агилера. Сейчас он записал альбом с Леди Гага, который пользуется большим успехом. 85-летний потрясающий певец обращает своё внимание на звёзд, которые поют джаз вместе с ним. Может быть, я тоже что-то подобное сделаю — но, надеюсь, не в 85 лет. Джаз — это такая музыка, которая, с одной стороны, развлекает, а с другой — она серьёзная, в ней есть все, в том числе сложнейшие произведения, тем она и интересна.

— Появились ли у вас свои ученики?

— У меня нет номинальных учеников, но все молодые ребята, музыканты моего оркестра, фактически — мои ученики, так же, как я когда-то был учеником того же великого Давида Голощёкина. Он мне не давал формальных уроков, но я слушал, смотрел, мотал на ус.

Таким же моим педагогом был Олег Лундстрем, я смотрел, что он делает, как он руководит оркестром, что-то мне нравилось, что-то вызывало некоторые сомнения. Но теперь, когда начал сам руководить коллективом, я во многом с ним согласен.

Николай Левиновский — тоже мой учитель в какой-то степени. Все ребята, которые сегодня выступали, — это мои ученики. Иногда я куда-то выезжаю, даю мастер-классы. Важно, что у молодёжи есть энтузиазм играть, что это им очень нравится.

— Что для вас значит жить в ритме джаза?

— Например, когда ты играешь с великими хоккеистами — это вообще суперджаз! Всё точно так же, как и на сцене: ты много работаешь, тренируешься, продумываешь комбинации, а потом выходишь на лед, и начинается сплошная импровизация, основанная на интуиции. Поэтому для меня джаз и хоккей очень близки.

Фото Николая Черкасова

Фото Николая Черкасова

Фото Николая Черкасова
Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных