Пн, 02 Августа, 2021
Липецк: +22° $ 72.67 86.71

«Я помню Павла Шубина таким...»

Екатерина ЛЁВИНА | 03.10.2014

В двух часах езды от Липецка, почти на границе с Орловской областью, есть большое красивое село Чернава. Очень любят его люди творчества. Поддавшись очарованию местных пейзажей, в теплое время года наезжают в Измалковский район художники, каждый год на традиционные чтения собираются поэты и писатели из разных регионов России. Чтения эти посвящены человеку, прославившему не только свое село, но и весь наш край. Человеку, чье имя так чтут на липецкой земле, – советскому поэту-фронтовику, корреспонденту и переводчику Павлу Шубину.

Войдя в местную библиотеку, с порога видишь внимательный испытующий взгляд с портрета над дверью в читальный зал – он, Шубин. Словно интересуется, зачем пришли, что хотите прочесть? Классику? По школьной программе? А может быть, из современного что-то? Неужто за поэзией? Еще и сами стихи пишете? И невольно начинается молчаливый диалог о былом и грядущем, о поэзии и прозе.

Как признаются сами библиотекари, такое ощущение возникает не только у пришедших сюда впервые.

– Павел Николаевич – личность уникальная, его талант был настолько многогранен, что мы постоянно открываем для себя что-то новое в его стихотворениях, размышляем, анализируем, – делится заведующая библио­текой Ирина Агапова.

– Казалось бы, простые слова складываются в незамысловатые предложения о жизни, любви, дружбе, семейных узах, но какая глубина заключена в них! Сколько искренности, человеческого тепла и мудрости хранят эти строки! – добавляет директор чернавского центра культуры Ольга Инютина.

Сколько мудрости… только ее нужно уметь увидеть и понять. И этому учат поколение, пришедшее на смену прежним хранителям памяти и биографам поэта. Когда-то в местной школе располагалась экспозиция, посвященная знаменитому земляку. Во дворе стоял памятник. Он и сейчас там, только вот здание школы закрыто уже несколько лет. Часть экспонатов находится в библиотеке, часть – в ныне действующей школе, в Музее истории села как одна из славных страниц его прошлого, имеющего тесную связь с настоящим. Там и готовят юных экскурсоводов, с которыми мы познакомим вас в следующем номере.

А в книжном царстве по-прежнему тщательно собирают сведения о жизни и творчестве поэта, изучают архивные документы, сайты, ведут переписку с людьми, способными хоть чем-то помочь.

– Особенно нам важны письма, дневники, воспоминания, – поясняет ведущий библиотекарь Лидия Князева. – Шубин был скуп на исповеди, не вел дневников, не хранил писем. Единственным источником информации остаются рассказы современников.

Перед нами на столе сборник таких воспоминаний, изданный в этом году. Архивные фотографии, рисунки, добротная печать – видно, что люди делали эту кропотливую работу с душой, теплом, уважением. И сегодня мы публикуем отрывки из этого сборника.

А еще здесь мечтают, чтобы библио­тека стала носить имя Павла Николаевича Шубина. Хочется верить, что скоро так и будет.

Как за каменной стеной

«Однажды он с товарищами полез за галчатами в дымоход и застрял там, а затем, спасаясь от школьного сторожа, свалился с крыши прямо перед окном директора, который в то время мирно пил чай. Однако все обошлось.

* * *

По фотографиям трудно составить полное впечатление о его облике. На самом деле он был среднего роста, коренастый, с густой черной шевелюрой, которая в последние годы уже местами поседела, смуглый, с большими серыми глазами. Зимой он ходил в одном пальто, без шарфа и перчаток и до самой смерти отличался завидным здоровьем.

* * *

К себе был предельно строг. Стихи писал и сам переписывал до той поры, пока они не только по содержанию, но и по форме становились прекрасными. Даже если в стихотворении случалась ошибка грамматическая, он опять задумывался над всем текстом, искал слово, где не дотянул его или вдруг сфальшивил в чувстве.

* * *

С самого появления на свет отец был очень удачливым человеком. А мой дед хоть и был первым на селе спорщиком по вопросам религии, но настоятель церкви его все равно уважал. Дед прямо-таки охотился за книгами. Когда раскулачивали чернавских «богачей», умных, работящих людей, то он собирал брошенные на дорогу местными марксистами книги, берег их и читал.

* * *

Общаясь с Шубиным, каждый человек чувствовал себя намного спокойнее и увереннее, будто за каменной стеной. Помню, иду я с ним по мостовой, а колесо движущегося самосвала почти достает до моего пальтишка. Но я ничего не боюсь. Ведь со мной рядом отец, а с ним я пойду куда угодно... Ничего не страшно.

* * *

...В апреле 1951 года отец присел в парке на скамейку и закурил, откинув руку. Кто-то из проходящих попросил у него огонька. Папироса тлела, а он уже умер... В это было невозможно поверить».

Из воспоминаний сына Александра

Верный товарищ

«Шагая неторопливо, с легкой кавалерийской раскачкой, широкоплечий, коренастый, невысокого роста, черноволосый, с большими темными глазами, небольшими черными усами, он подошел ко мне и, взяв «под козырек», приятным, грудным голосом сказал:

– Давайте знакомиться. Я – Павел Шубин, если хотите – Павел Николаевич. По должности, по штату в редакции – писатель, поэт.

Мне показалось, что Шубина я где-то уже встречал, где-то видел это лицо. И вспомнил: это же лицо М.Ю. Лермонтова. Такое было поразительное портретное сходство.

* * *

Павел Николаевич очень быстро и просто сходился с людьми, очень легко к себе располагал, не кичился ни своим званием, ни известностью, как поэт, не гнушался и не боялся пройти в самый передовой окоп, землянку, проползти туда, если надо, и на «брюхе».

Вспоминая своего верного, бескорыстного и доброго друга Павла Николаевича Шубина, хочу отметить одну очень интересную и бесподобную особенность – это феноменальную память. Он мог удержать в своей памяти сложный текст, стихи, документ, подробности увиденной картины (в том числе и живой природы). Шагая по фронтовым дорогам от Новгорода до Чудова, он мне перечитал буквально целую библиотеку сочинений русских поэтов-классиков, стихов поэтов революции и наших современников».Сослуживец, полковник Демин К.А.

С книгой в руках

«Павел в школу убежал в 6 лет украдкой. Родителям просто пришлось смириться с решением любознательного и развитого не по годам сына.

Павел неизменно ходил с книгой в руках. Очень часто видели его на берегу реки Чернавки. Особенно он мне запомнился в последний свой приезд из Ленинграда. На нем были темные брюки в мелкую клеточку, светло-розовая рубашка с большим отложным воротничком и расстегнутой верхней пуговицей, с книгой в руках».

Соседка семьи Шубиных Подколзина А.М.

Фото П. ОСТРЯКОВА

Фото П. ОСТРЯКОВА

Фото П. ОСТРЯКОВА
Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных