lpgzt.ru - Культура Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
5 ноября 2018г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Абрамцево
Культура 

Она пыталась говорить…

05.11.2018 "ЛГ:итоги недели". Евгения Ионова
// Культура
Фото Геннадия Логунова«Рассекая твердь»«Купание»Прикоснуться к невероятному, фантастическому миру Татьяны Кузнецовой в Центре изобразительных искусств можно ещё неделю

Первую персональную выставку Татьяны Кузнецовой в Центре изобразительных искусств назвали «О, муза, лёгкий друг мечты…». Наверное, о значении ушедшего таланта и можно говорить лишь Пушкинской строкой


Центре изобразительного искусства показана целая жизнь. Сложная, противоречивая, прерванная и очень красивая. Художник Татьяна Кузнецова (1966–2016) прожила недолгую жизнь, но яркую. Она оставила весьма заметный след в искусстве, хотя была закрытым человеком. Выставка «О, муза, лёгкий друг мечты…» – первая посмертная и первая персональная. И у всех, кто приходит на неё, на Таню, посмотреть, складывается ощущение, что она где-то рядом, быть может, над – но есть…


Строителем выставки Татьяны Кузнецовой в Центре изобразительных искусств выступил её старший друг, наставник и хранитель восторга от её творчества художник Олег Кузин. А помощником – мама Татьяны – Эмма Леонидовна. С ним мы и поговорили…



– Олег Васильевич, первая персональная выставка Тани Кузнецовой случилась лишь спустя три года после её ухода. Я не спрашиваю, почему? Интереснее, как стала она возможной сегодня?


– Художник должен выставляться. А тут речь идёт об уникальном таланте со сложным характером. В силу жизненных обстоятельств Таня была очень закрытым человеком. Обладая удивительным даром, она оказалась сильно ранимой и часто обжигалась, в том числе и в выставочной деятельности. Как жемчужина в ракушке, Татьяна созревала внутри себя. Так произошло, что у нас был перерыв в общении на несколько лет, и когда мы снова встретились, я поразился тому, какую мощь и красоту набрал её талант. Уже тогда мне захотелось сделать персональную выставку её работ. Искусство Кузнецовой – это всеобщее достояние, и оно должно быть известно людям. Татьяна оставила после себя восхитительное наследство.



– При каких обстоятельствах произошло ваше знакомство?


– Это случилось давно. Она захотела учиться в Московском училище девятьсот пятого года (Московское государственное академическое художественное училище памяти 1905 года. – Прим. ред.), которое мы с сестрой Ольгой как раз и окончили. Ей посоветовали обратиться к нам, чтобы мы смогли помочь ей подготовиться.


– Тане тогда было тринадцать лет, – уточняет мама художницы Эмма Леонидовна Кузнецова. – Мы хотели найти репетиторов сначала в пединституте, но там нам отказали, мотивируя тем, что не знают, как к ней подступиться. Несколько липецких художников также устранились и развели руками. Тогда Вилен Дмитриевич Дворянчиков позвонил в Москву, в училище, чтобы её посмотрели. Три субботы моя маленькая девочка сама ездила в Москву на смотрины – благо там живут наши родственники. Но теперь уже сама Таня отказалась учиться у того мастера, которого ей там предложили. А потом мы узнали про Кузиных.



– Эмма Леонидовна, все дети в детстве рисуют. Но с годами это либо уходит, либо остаётся на уровне увлечения, отдушины. Таня, скорее всего, была рождена художником?


– Она вообще всё начала делать рано, например, читать и писать научилась в четыре года. Мы жили с замечательным художником Евгением Павловичем Сальниковым в одном подъезде и часто оставляли друг у друга детей. Однажды, когда я вернулась с похорон мамы из Москвы, Сальников мне и сказал, что Таню нужно учить – дочке исполнилось восемь лет. Вот с того времени и стало ясно, что она станет только художником и никем иным.


– Даже если бы Таня не встретила на своём пути Сальникова, она бы пробилась – такой дар не может оставаться внутри, он прорвётся, – продолжил Олег Кузин.



– Олег Васильевич, а вы, когда увидели Татьяну впервые, не испугались, как остальные?


– Нет. Я в это время лежал в больнице, так что первой с Таней пообщалась сестра. Когда мы вместе с Ольгой приехали в дом Кузнецовых, Татьяна едва лишь показала нам первую работу из своей большой папки, как стало понятно: мы столкнулись с чем-то необычным.



– Мне кажется, что это всегда волнительный момент – повстречать кого-то удивительного.


– Да! Иосиф Бродский называл это «столкновением с новой пластической неизбежностью». Когда у тебя мурашки по спине идут, и ты понимаешь – случилось! Для меня это было откровением.


– Как я понимаю, в училище Таня не поступила?


– Этот вопрос со временем просто отпал.



– Ей была не нужна академическая школа?


– Абсолютно… Но помимо собственно таланта молодому художнику нужно ещё и умение в этой жизни как-то устроиться. У Тани с коммуникацией возникали проблемы – она чувствовала себя неприкаянной, хотя её увлекала игра как таковая. Она очень любила театр, и театрализация в её творчестве очевидна. Логично, что ей захотелось стать художником сцены. Таня даже познакомилась с московской театральной художницей, ездила к ней, показывала работы, но та отговорила её, порекомендовав не ограничиваться пространством подмостков, а выставляться как настоящий художник.



– Но ведь в то время, если ты без образования и не член творческого союза, то абсолютно незащищён.


– К сожалению, в искусстве, как в столице, так и в провинции, присутствует клановость. Если не попадаешь в поле интересов определённой группы, тебя просто могут не заметить. В девяностые годы мы, тогда молодые художники, решили пойти другим путём и создали свою группу. И Союз художников, выставкомы нам были совершенно не интересны. Потом у нас появился и кооператив «Арт». Мы начали ещё и самостоятельно зарабатывать деньги, сотрудничать с выставочными залами в других регионах страны, продаваться. Каждый год Союз художников проводил плановые выставки молодых живописцев, на одной из них впервые участвовала и Татьяна Кузнецова – к тому времени она уже работала в Липецком драмтеатре. Тогда она страдала жуткой иллюстративностью, то есть хотела в одну картину вместить всё, и полотно получалось не самодостаточным произведением искусства, а иллюстрацией к тексту. Вот тут аукнулось отсутствие академического образования. Преодолеть это стоило Татьяне огромных усилий воли. Но она настолько возжелала самосовершенствоваться, что не спала ночами, не ела – писала, писала, писала. Всё хотела дойти до самой сути. А это свойство настоящего таланта. По трое суток могла работать над одним штрихом. И добилась! У неё пошла чистая, фантастическая живопись. И это был самый плодотворный период её жизни и творчества. А потом пошли работы ещё лучше, и всё вверх, всё вверх…



– А потом случилась выставка в Москве…


– Да, в столицу поехала большая молодая амбициозная компания, в которой несомненной звездой была Таня Кузнецова. Парадокс: мы выставляемся, народ идёт от одной нашей работы к другой, всё нравится, и вдруг – Танина картина – и люди останавливаются, замирают. Тогда наступил момент, и Татьяна сама мне сказала: «Кузин, я художник номер один!» Так и было на самом деле! Но зацикливаться на этом нельзя, а у неё не получилось. Преодолеть звёздность она не смогла, не прошла медные трубы. Но при всей сосредоточенности на себе Кузнецова – гениальный художник. И иногда просто оторопь берёт: как в маленькой её комнатке рождались настоящие шедевры?!


– Таня жила в двух мирах, – поясняет Эмма Леонидовна. – Это мало кто знает. Она уже в восемнадцать лет задумалась о бытие, о мироздании, о предназначении человека на Земле, о божественной сущности в нас. Она искала общения в церкви, проговаривала своё понимание Библии со священниками, по сорок раз на день писала «Живые помощи». Таня видела тонкие миры, но боялась об этом сказать.


– Татьяна, действительно, явление, – продолжает Олег Кузин. – И её творческий диапазон – от её двоемирия. Будут плеваться и поносить, и будут в шоке от восхищения – это о Тане, такие эмоции вызывает её живопись.


– Эмма Леонидовна, а о чём Таня мечтала не как художник, а как человек, молодая женщина? На выставке есть две работы, которые мой сын прочитал так: «Музыка птичьей души», где птица бьётся о прутья клетки – это Танина жизнь всуе, а на картине «Рай» – её мечты: несущийся скакун, солнце, молодой мужчина играет на домре…


– Она жила обособленно, закрыто, настолько в себе, что никого не пускала в свой мир. Таня лишь говорила, что ей не хватает знаний, и пыталась их обрести.



– Олег Васильевич, а на кого Татьяна ориентировалась? Хоть и сказано: «Не сотвори себе кумира», но, мне кажется, человеку, а особенно творческому, сложно этого избежать.


– Перед выставкой в Москве нас попросили написать кое-что о себе. Когда Таня принесла мне свой листочек и попросила прочитать, я был озадачен: «На меня, как на художника, оказали влияние Гоголь, Врубель…», ещё одно имя я позабыл. Потом шла моя фамилия.



– Быть может, это оттуда такая иллюстративность и увлечение мистицизмом, раз великий русский писатель Николай Васильевич Гоголь стоит первым в списке у художника?


– Её творчество всё пронизано мистицизмом. Наша выставка даст абсолютное понимание амбивалентности Тани Кузнецовой – её восторга и ужаса. Гоголь и Врубель неслучайны. В известном смысле она сама стоит в этом ряду.


– Меня всё-таки удивляет, что на первом месте у неё стоит человек слова.


– Отсюда в юношеском периоде, когда она ещё не сильно чувствовала сам материал и самодостаточность этого восхитительного вида искусства – живописи, её иллюстративизм. Она пыталась говорить…



– Вы назвали выставку пушкинской строкой «О, муза, лёгкий друг мечты…». Это такой поход от противного?


– Нет, Таня была разной, и лёгкой в том числе. В её творчестве столько мечты, фантастики, невероятного.



– О Кузнецовой мало что известно. В поисковиках её имя вообще если и выходит, то в какой-нибудь компании. Охотно ли она выставлялась?


– Мне хотелось, чтобы она участвовала в каждой нашей выставке. Но Таня любила залезать в ракушку, откуда с каждым годом всё сложнее было её вытаскивать. В Липецке Кузнецову мало знают, потом она и вовсе ушла. В тень. Мы расстались с Таней в девяносто первом году после Московской выставки. Время было жуткое. Её поманили сладкими обещаниями, которые не выполнили. А мы пошли дальше уже без Тани. Больше она никогда не выставлялась. Но не проходило и дня, чтобы я о Тане не вспоминал, не думал. Когда узнал о Таниной смерти, был потрясён. Я сам художник, и для меня было совершенно необъяснимо: как, обладая таким даром, можно было совершенно исчезнуть! На самом деле все эти годы нашего необщения она писала. И в этом затворничестве Таня тоже создавала шедевры как в живописи, так и в скульптуре малых форм, в декоративно-прикладном творчестве. Хотелось бы выпустить про Таню книгу – она этого достойна. Таня была моим открытием, потрясением, откровением. Надеюсь, вернее, уверен – я не ошибся… Мы представили ретроспективу творчества Татьяны Кузнецовой, постарались показать её талант с нескольких ракурсов. Она – моя любимая художница. И, пожалуй, лучшая.



– Спасибо за интервью и за саму идею. И за верную память… 



Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Четверг, 15 ноября 2018 г.

Погода в Липецке День: -6 C°  Ночь: C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Иван, крестьянский сын

Тамара Милованова, директор Государственного архива новейшей истории Липецкой области
// История

«Милостивый государь Карл Карлович...»

Виктор Елисеев, член областного краеведческого общества, член Союза журналистов РФ, лауреат областной премии имени И.А. Бунина
// История

Он был пехотой в поле чистом...

Надежда Белая
// Общество

Построй свое лицо

Мария Гурова
// Общество
Популярные темы 

Строительство без справедливости?

Когда ожидание новоселья превращается в кошмар
Виктория ТОЛЧЕЕВА    // Общество

Ничего не бойся!

Евгения Ионова // Общество

Спасайте белых журавлей

Дарья Шпакова // Общество

Дотянуться до звёзд

Мария Завалипина // Общество



  Вверх