lpgzt.ru - Экономика Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
8 октября 2018г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Абрамцево
Экономика 

Был бы хлеб, а у хлеба люди будут (ФОТО)

08.10.2018 "ЛГ:итоги недели". Евгения Ионова
// Экономика
Фото Анатолия Евстропова

Немецкая пекарня в сугубой русской провинции – это реалии нынешнего дня. Рецептура – из Германии, закваска – из России, пекари… а здесь уже есть о ком и о чём поговорить


Человек думает, Бог направляет


В этой немецкой пословице заложено многое. У нас же говорят: «Хочешь насмешить Господа – расскажи ему о своих планах». И всё же делиться с Всевышним своими замыслами стоит, как мне кажется.


– В нашей семье традиция – перед трапезой мы молимся. И раз уж мы с вами тоже за столом, давайте вознесём хвалу Господу и поблагодарим его за всё.


С этого началась наша беседа с Бенно Нойфельдом, хозяином удивительного хлебного подворья – немецкой пекарни «Guten Tag» в селе Большая Кузьминка Липецкого района.


ФОТО



Семейство Нойфельдов – отец и две его дочери Аннели и Эвита – радушно встретило нас в своём магазинчике-кафе. Мама Анна хлопотала по хозяйству, подошла немножечко попозже. Первым делом нам предложили вкусный кофе, печенья, выпечку, а самое главное – хлеб, тёплый, только из печи.


Бенно и Анна родились в Советском Союзе, она – в Казахстане, куда в трёхлетнем возрасте из Пермского края перевезли и Бенно. Но тогда никто из них друг друга не знал, познакомились только в Германии, спустя годы.


– Вера была основой нашей жизни, – рассказывает Бенно. – Всегда. Даже в школе все учителя знали, что мы верующие, и не преследовали нас за убеждения. Казахстан тогда был многонациональной и многоконфессиональной республикой, всем хватало места. Мы собирались по домам человек по сорок-пятьдесят и молились. Служба шла и на русском, и на немецком языках. Правда, у жены всё сложилось иначе – веру хранила только бабушка, а её родители уже считали себя атеистами. Поэтому религиозного опыта у Анны не было, в Германии она впервые попала в церковь, и ей очень понравилось. Можно сказать, что благодаря церкви мы и встретились – не в стенах, не на службе, а как-то внутри церкви – не знаю, как правильно это по-русски выразить. Вера спасла и семью моих родителей. Во время войны папу забрали на трудовой фронт, а маму с маленьким ребёнком по мере приближения немецкой армии к Москве увозили всё дальше в глубь страны, через некоторое время ребёнок умер. В эти годы они перестали молиться, отошли от веры. Воссоединились родители только через семь лет, старики тогда стали собирать молодёжь, увещевать, что так жить нельзя, нужно помнить о Боге, заново учиться молиться. Отец вспоминал, что понял, как неправильно он себя вёл, осознал свои ошибки и решил жить как предки, не повторяя прежних заблуждений.


– Бенно, в России говорят, что семья – это малая церковь.


– Это самое верное определение для семьи.


В Советском Союзе Бенно прожил до восемнадцати лет, поступил в индустриальный техникум в Алма-Ате, но не успел окончить его – в 1978 году прямо во время преддипломной практики вместе с родителями уехал в Германию. Первые Нойфельды оказались в России ещё при императрице Екатерине и расселились по берегам самой русской реки – Волги. Там, в одной из немецких деревень состоялась свадьба Анны Яковлевны и Артура Яковлевича Нойфельдов – родителей Бенно.


– Мой отец работал шахтёром, мама – учительницей. Они переехали на историческую родину в поисках лучшей жизни, здесь всё-таки им жилось несладко. Обосновались неподалёку от Штутгарта, я окончил машиностроительный институт и двадцать шесть лет отработал конструктором, затем открыл своё дело. Когда поженились с Анной, обустроили свой дом, у нас родилось четверо детей, на четырёх сотках большого хозяйства не заведёшь, но у нас всегда водились кролики, уточки.



Новое поле Нойфельдов


Если усреднить, то Нойфельды прожили в Германии 35 лет, он – на год меньше, она – на год больше, потому что семья Анны эмигрировала раньше, чем родители Бенно. Но как только они свили своё семейное гнёздышко, стали периодически возвращаться на ту землю, где сами появились на свет. Зачем, почему?


– У нас считают, что родина там, где зарыты пупки, проще говоря, где похоронены предки. Могилы ваших родителей в Германии, там родились ваши дети, живёт старший сын. Что же позвало вас обратно?


– Возвращение было долгим и непростым. Сначала я приезжал один, затем с женой, потом с детьми. Чаще мы гостили в Волгограде. Пятнадцать лет назад там было столько нуждающихся одиноких стариков, ребят, до которых измученным поисками заработка родителям не было никакого дела. Мы селились в не самом благополучном районе и от увиденного приходили в ужас. Однажды решили взять с собой не только своих детей, но и знакомых и помочь несчастным людям: мы красили окна, убирали огороды, помогали по дому. В свободное время разговаривали с малышами, со школьниками на разные темы.


– Сегодня это называется волонтёрством.


– Быть может, но по-другому нельзя. Мы хотели, чтобы наши дети отпуск проводили не на море, а в своё свободное время делали для других что-то хорошее. Нас с Анной так воспитывали родители – заботиться не только о себе. Десять лет мы ездили в Волгоград, и нас там ждали. А однажды пришла мысль переехать туда окончательно.


Но от замысла до его воплощения путь неблизкий. Сначала нужно было взвесить все «за» и «против», оценить свои возможности и понять, чем можно заниматься на новом старом месте. Бенно говорит, что немецкой диаспоре в Волгограде одно время пообещали отдать полуразрушенный ДК, но потом законы изменились, и здание нужно было выкупать через торги, у Нойфельдов таких денег не нашлось. Зато в Липецкой области им смогли предложить нечто большее: друзья – пустующее общежитие для бизнеса и квартиру для жизни, а власти – хорошо работающую президентскую программу по переселению соотечественников из-за рубежа. Так в 2012 году Бенно, Анна и младшая дочь Эвита оказались в селе Большая Кузьминка.


– Бенно, существует мнение, что евреем, например, не обязательно родиться, им можно стать, овладев языком и соблюдая традиции. У вас два языка, две родины. Вы – кто?


– Это очень трудный вопрос… В Советском Союзе мы были немцами. Когда переехали в Германию, нас называли русскими, хотя приняли очень хорошо, как своих. Вернувшись обратно в Россию, мы снова стали немцами… Сегодня в Германии говорить о любви к родине не принято – могут посчитать это проявлением экстремизма. После поражения в войне немцы абсолютно утратили патриотизм, единственно, когда они могут позволить себе патриотические нотки, так это на футбольных матчах. Едва мы уехали, как в страну хлынули эмигранты из Африки и Ближнего Востока, в основном – молодые мужчины-мусульмане. Что будет дальше? Не могу сказать… В Германии немцем считают того, кто чисто говорит по-немецки, тогда все воспринимают его за своего вне зависимости от национальности и цвета кожи. И будь ты хоть трижды немцем из России, Румынии, Польши, но если нет чистого языка – ты чужой. В детстве мы с родителями дома разговаривали только по-немецки, по-русски – в школе, на улице, в магазине, оба языка мне родные. Так странно: родился и вырос в Советском Союзе, казалось бы, это родина, но я – немец и мне тут многого не хватает, хотя чувствую, что здесь, в Больших Кузьминках, мы уже пустили корни.


Для Аннели и Эвиты, дочерей Бенно и Анны, такой дилеммы не существует. Они родились в Германии, там остались друзья, родственники, там сформировались вкусы и пристрастия. Общаться по-русски им сложнее, чем родителям, по­этому, наверное, пока здесь не настолько комфортно, как могло бы быть. И тем не менее для Аннели окружающие Большую Кузьминку просторы стали самыми любимыми, дорогими и теперь уже необходимыми.


– Здесь такая красота, так много места, где можно погонять на квадроцикле, погулять с собакой, побродить по лесу и по полям, порыбачить, – восхищается Аннели. – Такого больше нет нигде. Мы очень ценим те мгновения отдыха после тяжёлой работы, когда семьёй можем посидеть где-нибудь в ресторане в Липецке, полюбоваться окружающими нас местами. Такую свободу мало где найдёшь.


– Чем больше я тут живу, тем меньше скучаю, – поддерживает сестру Эвита. – Сначала мне хотелось работать в России по специальности – я физиотерапевт, но не сложилось. Поэтому с радостью включилась в общее дело. Мир сегодня открыт, скайп, другие средства телекоммуникации позволяют общаться друг с другом по всему свету. Теперь у нас и здесь друзей хватает.


В России, в Большой Кузьминке, исполнилась и давняя мечта сестёр Нойфельд – они купили настоящую немецкую овчарку. Этим летом Кира принесла девятерых щенков, некоторых уже удалось пристроить в хорошие руки, ещё пять ждут своих хозяев.



Главный ингредиент


Зимой 2016 года Нойфельды открыли свою пекарню «Guten Tag» – «Добрый день». А до этого обустраивали общежитие. Так как в России многое зиждется на нефти, то и для Нойфельдов специалисты-нефтяники, обслуживающие проходящий неподалёку нефтепровод, оказались большим подспорьем – неплохо платили за проживание. На вырученные деньги Бенно смог по уму отремонтировать здание и превратить его в гостиницу.


А параллельно вызревал, как зерно в колосе, новый замысел. Друзья, приходящие в дом к Бенно и Анне, всегда дивились вкусу хлеба, который хозяйка ставила на стол. Тогда пришла идея печь хлеб не только для внутреннего пользования, но и на продажу. Сначала – в домашней духовке, затем из Брянска привезли швейцарскую полевую пекарню, установили её стационарно и пустили дело на поток. Главный технолог, хлебопёк и идеолог – старшая Аннели. Это она поднимается раньше всех в семье, чтобы к десяти часам утра на прилавке их магазина появился свежайший хлебушек.


– Ещё в Германии все наши знакомые, родственники говорили, что в России самый вкусный хлеб. Когда мы сюда приехали, попробовали и ничего понять не могли – нам не совсем понравилось, – удивляется Аннели. – Потом поняли – изменилась рецептура. А наша мама пекла хлеб по старинным немецким рецептам. Один из них – зерновой – её научили печь немцы, уехавшие жить в Африку. Сейчас мы выпекаем девять сортов хлеба, в том числе и тот, что сами любим больше всего – его готовят только в том регионе Германии, где мы с Эвитой родились. А ещё – миндальное и кокосовое печенье, лимонные и банановые кексы, которые в Германии делают в основном к Рождеству, а в России хотят кушать не только по праздникам.


– Какой же самый главный ингредиент в вашем хлебе?


– Любовь. С неё всё начинается, – от­вечает младшая Эвита. – Потом уже можно говорить о том, что в России очень вкусная мука, к которой мы добавляем соль, сахар, семена, немного дрожжей. Мы знаем, что сейчас в России мода на бездрожжевое тесто, по­этому тоже предлагаем две такие позиции. Но сами дрожжей не боимся. А ещё печка у нас работает на дубовых дровах – это тоже наша изюминка. Чему мы научились здесь и что с большим удовольствием делаем, так это куличи на Пасху.


Профессиональных пекарей в пекарне нет, Аннели и Эвита учились на специальных курсах в Германии, пригодились им и советы мамы, друзей, которые тоже работают вместе с Нойфельдами. Каждый день пекарня предлагает покупателям по 150 позиций – от хлебобулочных изделий до мороженого и сиропа. Если не смогли реализовать сегодня, завтра цена на выпечку намного ниже, а на третий день и вовсе смешная.


– Идей у нас много, – резюмирует Бенно. – Хотим открыть кондитерский цех, приобрести пару машин для производства хлеба – старых мощностей уже не хватает. Знаем, что в области действует немало программ, помогающих предпринимателям, людям, содержащим своё дело, – пришло время их изучить, может, и нас чем-то поддержат. Следующий шаг – в Липецк, мечтаем сделать там магазинчик с кафе и кормить липчан нашим вкуснейшим немецким хлебом, замешанным на лучшей русской муке с любовью.

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Понедельник, 10 декабря 2018 г.

Погода в Липецке День: 0 C°  Ночь: 0 C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

В ответе перед музой

Ксения НИКИТИНА, 19 лет, студентка Липецкого областного колледжа искусств им К.Н. Игумнова.

// Культура

Под прицелом папарацци

Олеся ТИМОХИНА
// Персона

В погоне за биткоином

Игорь ПАСТУХОВ
// Общество

Каратэ-девчонка

 Олеся ТИМОХИНА    
// Спорт
Даты
Популярные темы 

Такая судьба – «причесывать» землю

Сергей Банных // Сельское хозяйство

Профессор сырных наук

Сергей Литаврин, фото автора // Экономика

Тревожная весть

Анастасия Алексеевских, «Известия» // Общество

Адрес — сад

Светлана Волохина, «Известия» // Общество

Транзит по «Меридиану»

Владимир Мирошник // Общество

Тонкое кружево крепкой семьи. Закатиловы

Нина Вострикова // Общество

Первый русский марксист

Леонид Земцов, доктор исторических наук, профессор ЛГПУ имени П.П. Семенова-Тян-Шанского // История



  Вверх