lpgzt.ru - Общество Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
21 мая 2018г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Абрамцево
Общество 

Музыка души – дорога к Богу

21.05.2018 "ЛГ:итоги недели".
// Общество
Иногда отец Олег даёт концерты в «Унионе»
Иногда отец Олег даёт концерты в «Унионе»Маленькие причастники с любимым батюшкой

В новой рубрике журнала «Разговор по душам» мы будем публиковать интервью с известными, публичными людьми и самыми простыми жителями нашей области, которым есть что сказать читателям о своих поисках смысла жизни, о пути к вере, о человеческих отношениях, о любви, о предательстве, о силе духа, о Родине, о нас с вами


Первый наш собеседник – настоятель храма в честь святителей Митрофана и Тихона на Сырском Руднике прото­иерей Олег Салманов.




– Отец Олег, расскажите об истоках вашей веры, ведь вы не потомственный священник и пришли в Церковь, можно сказать, со стороны.


– Да, мои родители были неверующими, время такое. Сам стал веровать, когда за двадцать перевалило. Я с детства учился музыке, сначала – в музыкальной школе, потом – в училище аж на двух отделениях – «Фортепьяно» и «Теория музыки». Оба окончил с красными дипломами. Год преподавал фортепиано в музыкальной школе. Играть на инструменте любил, а учить этому других призвания не было. Однажды пришёл в церковный хор в Христо-Рождественском храме, как красиво пели там люди…



– Вы пели на клиросе… А потом как проходил процесс воцерковления, как менялось ваше мировоззрение?


– Стал присматриваться к новым знакомым, другому образу жизни. Время было переломное – Союз Советских Социалистических Республик трещал по швам, церковных книг и Интернета не было, духовной литературы тоже. Первым прочёл житие Серафима Саровского. Потом матушки с клироса стали другие жития давать… Священников считал небожителями, поэтому сам даже не мечтал о семинарии. Думал, раз у меня музыкальное образование есть, то попробую поступить на регентское отделение.


В своё время был такой профессор консерватории Уткин, мы по его сольфеджио в музучилище занимались. В одной из своих книг он рассказывал, как до революции соревновались студенты Московской консерватории и Троице-Сергиевой лавры в написании трёх- и четырёхголосных диктантов. Семинаристы часто побеждали в этих конкурсах, и я подумал, что на регентском отделении семинарии уровень подготовки неимоверно высокий. В конце восьмидесятых годов поехал в Питер: а вдруг повезёт поступить?


В Липецком музучилище мы учились не за страх, а за совесть, хорошее образование нам давали, хоть и среднее. А пообщавшись с ребятами из семинарии, уже учившимися и поступающими, был разочарован – некоторые из них даже не знали, что такое тоническое трезвучие, а это школьная основа основ для музыканта. И я решил, что подавать документы на регентское не стану.


Вернулся и потихонечку продолжал петь в храме. Галина Дмитриевна Собыль познакомила меня с отцом Василием Бильчуком. Он на тот момент был настоятелем Михаило-Архангельского храма в селе Кривополянье. Он взял меня алтарником. С этих времён, собственно, и начинается моя священническая карьера. Отец Василий написал владыке Мефодию (тогда – митрополиту Воронежскому и Липецкому. – Прим. ред.), что ему требуется дьякон. Через какое-то время меня вызвали в Воронеж, временно определили алтарником, около недели митрополит ко мне присматривался. А потом рукоположили в дьякона в Алексиево-Акатовом монастыре. Там я первый раз и увидел будущего владыку Никона, тогда духовника обители. Архимандрит Никон просил владыку Мефодия, чтобы он благословил забрать меня к себе священником служащим, игуменья Любовь просила тоже, но владыка Мефодий не отдал. Я в соборе остался, и через неделю меня рукоположили в священники.


Ещё был случай промыслительный. Я как-то к владыке Мефодию зашёл, а он камешек колет маленький, гранитный. Как оказалось, это осколок от камня, на котором Серафим Саровский молился. И вот он одну часть отдал архимандриту Никону, а другую мне подарил.


У меня дочь Серафима, она уже замужем. Я назвал её в честь Серафима Саровского. У владыки Никона благословения просил, чтобы не в день девы Серафимы именины праздновать, девятого июля, а именно первого августа, в день памяти Серафима Саровского.


Воронежскую семинарию я окончил, как и многие, заочно.


– Что изменилось в вашей жизни после рукоположения?


– Наступили самые счастливые времена. Наверное, благодать сошла, летал как на крыльях. Четыре года после этого я служил литургию каждый день. Раз в неделю ездил в Воронеж на собрание, а в остальные дни утро-вечер один служил, и это было не в тягость, а в радость – слава Богу. В соборе служил, в Алексиево-Акатовом монастыре, потом мне настоятельство в Лисках дали.



– Как вы относитесь к «выгоранию» священников?


– Когда я пришёл, был другой уклад жизни священства, того «советского» периода истории, я по нему тоскую. Была тишина, благообразие, в храм ходили только люди верующие, кто не боялся гонений от власти получить. А сейчас вот нахлынуло… Среди священников тоже появились люди, которые... корысти ради.


Если священник становится благополучным: сегодня – машина, завтра – квартира, затем – должность, а потом и Бог по боку. Это, наверное, всех людей касается, любой профессии. Когда ты находишься в состоянии нужды (ведь у нас как святые отцы говорят: земная Церковь воинствующая), тебе в первую очередь до Бога. Потому что ты просишь себя спасти, близких спасти, много чего просишь совершенно искренне. Ты постоянно в пограничной ситуации – выживешь-не выживешь, если что случится. И грех для тебя – это живое и настоящее состояние. И нравственные посылы совершенно по-иному воспринимаются. Так устроено. Это непреложно, как сила притяжения.


Возможно, не имею я права так говорить, потому что у самого и квартира, и машина – то же самое благополучие. Но я пытаюсь в своих рамках держаться. Даст Бог – удержусь, не даст – вытирайте об меня ноги, пожалуйста.



– Кто оказал на вас наибольшее влияние как на священника?


– Три человека. Отец Евгений Морозов. Глядя на его жизнь, я вошёл в Церковь. С ним мы ещё до моего рукоположения познакомились, он служил в Преображенском храме Липецка. Отца Евгения я воспринимаю как человека, который должен был до революции родиться, – интеллигентный, начитанный, вся квартира в книгах, с потрясающей памятью.


Естественно, мне очень повезло, что на моём жизненном пути встретился владыка Никон… Я за владыку молюсь от всей души, то, что он у нас на кафедре – великое счастье. Это удивительный человек.


Ещё отец Кирилл (духовник трёх патриархов, упокоился в прошлом году. – Прим. ред.), я его единственный раз видел в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре. В четыре часа утра меня принял, он в это время начинал исповеди, и до одиннадцати вечера людей бесконечно принимал. Увидев меня, отец Кирилл начал молиться, а я не мог вспомнить, что это за молитва, потом только дошло: пятидесятый псалом, чин исповеди. Я смотрел на батюшку, на то, как он читает, и чувствовал особую энергетику. Не знаю, как точнее выразиться, но душа к душе тянется. Такого глубокого, доброго человека я не встречал! Но самое удивительное – я вопросы ему потом задавал, а он на меня смотрел, улыбался, гладил по голове и ничего не отвечал, ни единого слова. Так и ушёл, мне спрашивать дальше расхотелось. Но то, что я у Бога просил, в точности сбылось. Потрясающая встреча, конечно.



– Перечислите, в каких храмах вы служили?


– Боюсь, запутаюсь. Это и Воронеж – Акатов монастырь, Никольский храм, Покровский собор, и Лиски, и деревня под Воронежем, уже не помню название. В Липецкой области в Фащёвке служил, в Карамышево первым настоятелем после ремонта храма, в Двуречках служил, в Никольском под Усманью, в Плеханово, в Ссёлках, в Сухой Лубне… Я как-то посчитал – двадцать шесть храмов, не везде указ был, где просто командировочные… Священников тогда не хватало.


– Чем интересуетесь в свободное время?


– Классической музыкой, и получаю от этого огромное удовольствие. В отпуске езжу в Москву и Питер на премьеры – в Большой, в Мариинку, в Михайловский театр. У меня был момент, когда мне внушали, что светской музыкой заниматься грех. И на двадцать лет я музыку забросил. А сейчас, подходя к жизненным рубежам, решил навёрстывать. В Санкт-Петербурге, на премьере балета Чайковского «Спящая красавица» в Михайловском театре в постановке испанского балетмейстера, увидел в первых рядах партера владыку (не знаю, какого), и это для меня как бальзам на душу.



– Расскажите о своём храме.


– Ещё когда я был молодым священником, клириком Покровского собора в Воронеже, где владыка Мефодий служил, там стояли мощи святителя Митрофана Воронежского и как раз случилось обретение мощей святителя Тихона Задонского. Для меня это событие огромное – я в первый раз видел службу, в которой участвовали четыре или пять архиереев. И каждого из них встречали колокольным звоном.


От епархиального управления несколько километров на руках несли мощи в собор… Народу – великое множество. Вот поставили мощи святителя Тихона посередине собора, и с обеих сторон по молодому священнику приставили. Чтобы люди проходили – «кланяйтесь, целуйте, отходите» – и никаких неприятностей не происходило. С одной стороны я стоял.


Потом другого священника сменили, а я стал молиться: «Господи, оставь до конца достоять», и меня не тронули.


Какое-то время я служил в соборе, где мощи святителей Митрофана Воронежского и Тихона Задонского вместе находились. Двадцать лет прошло с того времени, и теперь я настоятель храма в честь святителей Митрофана и Тихона.


Владыка благословил строить храм на Сырском Руднике, вызвал меня: «В честь кого храм хочешь строить?». «В честь Серафима Саровского, у меня и дочь так зовут», – отвечаю. «Да. А ещё?», – опять спрашивает владыка. Ну, думаю, побаливаю… «Целителя Пантелеимона». Он говорит: «Хорошо. Будет в честь Митрофана и Тихона».


Всё совместилось очень неслучайно.


– Батюшка, что вы делаете, когда «заходите в тупик» или когда вас «загоняют в угол»?


– Бывает, отчаиваюсь... До каких пор? Пока не отпустит. Могу случай любопытный рассказать. Надумал котельную строить в храме, дешевле с отоплением будет. Дело весьма тяжёлое, особенно по бумагам. Три года котельная отработала, и что-то пошло не так. Ко мне придрались власти – сносите. Представляете? Огромные деньги на неё пошли, не считая трудов. Я – молиться, и к Иоанну Воину в Москву, и к Матроне, и к блаженной Ксении в Питер. И чем больше молюсь, тем становится хуже, меня всё сильнее донимают. А тут Пояс Богородицы привезли. Взял с собою дочь, друзей, поехали в Нижний Новгород – молюсь, прошу. И не сомневаюсь: раз уж такая святыня, то всё у меня пойдёт хорошо.


В Липецк возвращаюсь, а там новое письмо лежит: вызывают в администрацию «на ковёр». Я пошёл и услышал: «Всё, мы вашу котельную сносим». И вот тут я отчаялся. Думаю: кому мог, молился, что мог, просил, и впал в уныние. И вот звонок: «Отец Олег, это такая-то такая-то, живу на Сырском и тоже болею за наш храм. Я в администрации работаю, придите туда-то». Я пришёл. Неведомыми путями всё выровнялось…


Каждый шаг в храме, особенно в строящемся, если по-мирски сказать, это происшествие на происшествии… Когда корчевали пни на храмовом участке (двадцать шесть тополей старых нужно было спилить), строители приехали без меня, оборвали кабель электрический, подпитывавший роддом, больницу и всю улицу. Испугались и убежали. А мне звонят с ЛГЭКа, чуть ли не в кутузку сажать.


Это сейчас забавно рассказывать. А тогда… Надо было повалить последнее дерево, тополь. Он стоял на границе с нашим участком, рядом – автостоянка. Когда я просил пильщиков, мне их не давали, когда не просил – они пришли, причём «под градусом». Как их ни уговаривал ничего не делать, стали пилить, дерево не туда наклонилось и рухнуло на автомобильную стоянку. И не куда-нибудь, а на машину криминального авторитета, который случайно в этих краях оказался. Я Бога благодарил, что никого не убило.


У нас сейчас храм уже с десятиэтажный дом высотой. Купола золотые сияют. Нижний храм Успенский шесть лет как освящён владыкой, мы там служим.


– Какую добродетель в людях ставите выше других?


– Обычную человеческую дружбу, сейчас предательства много. Допустим, добился ты карьерного роста. Настал завтрашний день – ты никто, и с тобой уже никто не здоровается, не разговаривает. У меня за всю жизнь один или два человека, кто друзьями остались. Они не соврут и не предадут, и для меня это дорогого стоит.



– Что скажете Богу на сугубом суде? На что потратили силы, волю, таланты, которые Он дал вам при рождении?


– Скажу: «Прости, Господи!». Прости, Господи, что не так к родителям относился, как они ко мне. Маме не даю столько теплоты, сколько она мне. Прости, Господи, что оставил дочь без матери в неполной семье. Прости, Господи, за тех, кому вовремя не помог, особенно по молодости. Зовут на требу, ты отказался, а человек потом умер, такое тоже было. Кому нагрубил, прости. За многое там разберётся, просто: «Прости меня, Господи!»


Не знаю, сколько ещё лет впереди будет, но для меня жизнь удалась. Если некоторые меня воспринимают как человека с трагической судьбой, так я совершенно искренне благодарю Бога за то последование жизни, которое Он мне дал. За то, что увидел и, надеюсь, ещё увижу. .


Беседовала Татьяна ЩЕГЛОВА

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Четверг, 16 августа 2018 г.

Погода в Липецке День: +30 C°  Ночь: +21 C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Гроссмейстеры остались позади

Сергей Кибальниченко
// Спорт

Мусорные тарифы сделают предсказуемыми

Арсений Погосян, «Известия»
// Власть

Доли поровну

Анжелина Григорян, «Известия»
// Власть

«Цифра» есть везде

Николай БОКОВ
// Общество
Даты
Популярные темы 

Люди решают всё

Мария Завалипина // Здоровье

Деньги из мусора

// Экономика

Инновационный держите шаг (ФОТО)

Игорь Сизов // Экономика

От концерта – к театру

Татьяна ЩЕГЛОВА // Культура

Светлый путь

Татьяна Щеглова // Общество



  Вверх