Вт, 19 Февраля, 2019
Липецк: -10° $ 66.25 74.91

Про стол с четырьмя ножками

Владимир Петров | 17.02.2016

Нынешняя ситуация в российской экономике складывается по известной шутке: «У меня для вас две новости — хорошая и плохая. С которой начать?» Но есть во всех сценариях одна черта: расчеты и выводы отталкиваются от цены на «бочку нефти». Это объективно так, поскольку Россия многие годы живет в условиях моноэкономики, на доходы от продажи углеводородного сырья. Другой фактор — привязка рубля к доллару.

Бюджет страны, как известно, был подготовлен из среднегодовой цены за баррель в 50 долларов. Что даст, по оценкам Мин­экономразвития, 0,7-процентный рост экономики. Но на цену «черного золота» влияют несколько факторов: военные конфликты в странах-экспортерах ее, политика США, направленная на удушение России, баланс спроса и предложения, а также рынок фьючерсов (биржевых контрактов купли-продажи активов), разбухший до невероятных размеров. Правительством России разработан так называемый стрессовый сценарий развития экономики, хотя слово «развитие» тут мало подходит.

По нему стабильность возможна и при «хорошей» цене — 40 долларов за баррель, и при «плохой» — 25 долларов, сообщил глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев. Однако стресс будет кратковременным, считает он, гораздо вероятней, что средняя цена нефти в течение года приблизится к 40 долларам. Где брать выпадающие доходы? Предлагается вдвое повысить дивиденды, которые госкомпании заплатят в бюджет, активнее будет проводиться приватизация госимущества, а также заимствования — через выпуск государственных облигаций. Эти меры, как ожидается, позволят пополнить казну несколькими сотнями миллиардов рублей, компенсирующих потери от продажи дешевой нефти.

У Центробанка свои прогнозы. Даже при среднегодовой цене в 50 долларов за баррель спад ВВП в текущем году может составить 1 процент, через год прироста не будет вовсе и лишь в 2018-м начнется медленный рост. Известный финансовый аналитик Михаил Хазин считает, что спасение в том, чтобы сделать собственную независимую платежную систему. Однако вспомним слова лауреата Нобелевской премии экономиста Джозефа Стиглица.

Он считает невозможным самореформирование рыночных структур и призывает обеспечить приоритет государственного регулирования перед хаосом рынка. Для России этот совет тем более важен, ведь стержень ее существования до сих пор — сырьевая моноэконо-­ мика.

Государственно мыслящим людям очевидно: экономика ХХI века должна быть (и будет) преимущественно наукоемкой. Если Россия и впредь будет сидеть на «трубе», поезд в будущее уйдет без нас. Однако до сих пор на науку и образование выделяется не более 3 процентов ВВП. А ведь именно здесь — базис прорыва.

Невольно возникает одна показательная параллель. Благодаря взвешенной стратегии развития регион стал уходить от пагубной моноэкономики — через последовательно осуществляемую программу диверсификации. Это в первую очередь дало возможность привлекать масштабные инвестиции в различные отрасли, получая высокую отдачу и от государственных вложений. Безусловно, невозможно защитить региональную экономику от негативных процессов, идущих в стране. Но, очевидно, стол на четырех ножках стоит прочнее, нежели на одной. Диверсифицированная экономика остается устойчивой, даже если одна из отраслей по каким-то причинам ослабнет. Создание особых экономических зон, формирование промышленных кластеров, кооперативов, вовлечение научных разработок в производство, поддержка агропромышленного комплекса — разве это плохая модель выстраивания экономики, которая должна распространяться на всю страну?

Помните знаменитые строки Пушкина о том, «как государство богатеет, и чем живет, и почему не нужно золота ему, когда простой продукт имеет». Это ведь о том пути, на который должна свернуть Россия: жить своим умом и обеспечивать себя всем самой, не завися от стоимости «бочки» или «зеленого» курса.

Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных