lpgzt.ru - Культура Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
28 сентября 2015г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Культура 

Исход Мани-Магдалины

Рассказ
28.09.2015 "Петровский мост". Татьяна ЩЕГЛОВА
// Культура

Это потом она скажет: я ждала его тридцать лет и три года, у самого синего моря, нафантазирует Бог весть что и даже тельняшку задрипанную в подтверждение своих бредней наденет. Ну а он после всего, что случилось, всё-таки уйдет, как и положено завоевателю – отбросив плоды победы, правда, это будет потом – завтра, через неделю, месяцы, годы и так далее, в неопределённом пока что для них обоих далеке. 


А тогда она только ждала неизвестно чего. Жила-была девочка-девушка-женщина и таяла на глазах от тоски и скуки, а когда неожиданно для всех осветлила волосы, то вдруг стала похожа на эльфа. Все так и сказали: «Манечка, ты эльф, чисто эльф!» Вкупе с полной беззащитностью это притягивало, особенно мужчин. 


Практичности или хватки в ней не было ни на гран. Жила на то, что потихоньку давала случайные уроки, подрабатывала курьером в редакции... В её однокомнатной квартире не было никакой мебели, кроме облезлого диванчика, разбитого пианино и стула. И жила она так годами, всё трын-трава, птичка божия… 


Подъездные бабки Маню ненавидели классово, скамейками, а мужики, будто назло, слетались как мотыльки на свет. И чего только они в ней находили? Подъедет какой-нибудь толстопузый на иномарке, десять раз по сторонам зыркнет, прежде чем за дверную ручку возьмётся, а бабки уже знают: к ней, юродивой. И чего они все к ней спешили? Вроде и не проблема: по вечерам у ресторанов холёные длинноногие девицы стоят на любой вкус. Заплати, и сделают всё, что захочешь, и никакой при этом огласки и чужих осуждающих взглядов. А тут ведь на риск идут, к заветной двери пробираясь: квартира у Мани в центре города, от приличных родителей осталась, дверь напротив – директор магазина живет, направо – депутат, ну и так далее. Тьфу ты: и длинноволосые хиппи с татуировками, и солидные папики – все на одной, Маниной, тропе толкутся. И Манина дверь всё так же легко открывается и днём, и ночью.


Однажды она мне, святая дурочка, поведала, что когда просыпается, в доме обязательно должен где-то валяться, именно валяться, мужской галстук. Иначе от этой, видите ли, пустоты она вдруг подумает, что уже умерла. Надо же, штучка! Одумайся, говорю, галстук-то чужой, с этого надо начинать. «Ничего, отвечает, недавно на одном такой золотистый был, как «Утро Пер Гюнта», счастливо так день начался! Какая мне разница! Никто не знает, зачем он живёт. Может, это – единственное, что я могу дать людям. Зачем же отказывать?» Вот и вся философия. Легко так.


На этом дверь стук – и захлопывается. А чего говорить? У неё и подруг, кроме меня, нет. Всех извела. А я по-своему ею восхищаюсь. Мне ли жизни учить? У самой ничего нет. Приваживаю двоих вот уже по полгода. Один рыженький, другой – чёрненький. Холю, лелею, обеды готовлю. Одинаково вижу во сне: то вдруг чёрный ботинок на ногу примеряю, а то – рыжий. Но ведь не сватаются, мерзавцы, ни один, ни другой, все возле своих старых «кочерыжек» пасутся – наверное, их там всё устраивает. Словом, в результате – обратная сторона Маниной медали.


Вот ведь пора настала! Так и подумаешь, что никто никому не нужен: ни мужики бабам, ни бабы мужикам. Все боятся излишне привыкнуть, эмоциями себя потревожить. Главное требование – чтоб было удобно, без стрессов и потрясений. Ма-лень-кие такие радости остаются: рядом с чужим телом полежать, стрелком себя ощутить. Маня права по-своему: и на фига все мы друг другу? Поэтому она хоть и отдаётся каждому встречному, но ведёт себя, по большому счёту, будто мужик: свободно, без осложнений. За это я ею в душе восхищаюсь, за то, что без страха и упрека, а я, дура, сижу и жду у окна – несовременно, немодно. Так тоже неправильно. Оттого-то удача и отвернулась.


… Это потом она скажет: я ждала его тридцать лет и три года, и эта её нелепая фраза вознаградит за все мои мучения у пустого и тёмного окна, когда я месяцами томилась от одиночества и слышала за тонкой стенкой её, Манины, ритмы – то скрипы дивана, то рокот Бетховена на разбитом фоно… Как одно с другим было связанно, что к чему являлось прелюдией – неизвестно. Вот тогда-то я и предугадала крах ее философии. А ещё порадовалась за свои крепкие нервы и правильный образ жизни – моя здоровая голова остается при мне. А вот Маню в это время, должно быть, колют в психушке. И когда она выйдет оттуда, обритая наголо, ей будет уже не до «Лунной сонаты», в лучшем случае, сможет играть гамму до-мажор, а уж в этом точно не будет ни сексуальной дрожи, ни ритма, даже для человека с бурной фантазией.


Этот стареющий мэн – она показывала его мне – задержался дольше остальных. Мелочи дарил, резвился как мальчик и бормотал про венчание. И ещё панически боялся, что Маня его рано или поздно бросит. Даже начал шпионить от этих дурацких мыслей, и за полгода отвадил всех её кавалеров. Для чего? Зачем? Такой же сумасшедший, как и подружка. Знал ведь, что не женится, не оставит свою сосисочную фабрику и старую жену. К чему нужна эта нервотрёпка? А ведь они оба начали верить, что что-то изменится в их жизни.


Потом он увёз её в дальние страны. И Маня рассказывала, что даже либеральные и ко всему привыкшие иностранцы от них шарахались в стороны и, тыча пальцем, спрашивали на разных наречиях, из которых Маня с трудом понимала английский: мадам, итс ю фаве о грэнд фаве? Но эти бесконечные «ноу», которые приходилось раздавать тут и там с извинительными вежливыми поклонами, как выяснилось, ничуть её не смутили. Потому что за те три месяца, на которые старый промышленник вырвал Маню из её однокомнатного заточенья, а себя – из борьбы с конкурентами и прокуратурой, она стала сама собой. Море и пальмы, и ничегонеделание, и блаженная нега вокруг, и пустота внутри… Короче, изо всей этой нелепой затеи вылепилась настоящая Маня-Магдалина с подобающими тому атрибутами: местом, климатом и бесконечностью времени. И если отбросить те жалкие крохи цивилизации, которые проявлялись в игре на пианино и чтении книжек, она, видимо, всегда этого ждала и хотела.


Всё закончилось, как и положено, неожиданно и некрасиво. Они возвращались назад, разморённые отдыхом, на белом красивом лайнере, и бестолковая Маня, которая вечно теряла документы, губные помады и прочие мелочи, не смогла вовремя отыскать в поклаже склянку с нитроглицерином. И потом, только потом, глядя, как престарелого любовника увозят «с корабля на бал» на каталке «скорой помощи» по зелёному тоннелю Шереметьево-2, она начала глотать крупные слёзы и бормотать про свои тридцать три года.


При этом больному очень кстати оказались атрибуты его предыдущей жизни – умница жена-бабушка, предприятие, приносящее солидный доход, и даже секретарша, которая, в отличие от Мани, всегда заранее знала, где что лежит, и умела извлечь на свет божий вовремя, а ещё умела гладить в командировках рубашки, а если и спала со своим боссом, то, ни боже мой, ни на что не претендуя. В общем, «королевская рать» хором встала на защиту доступа к телу промышленника, и Маню даже на больничный порог не пустили. 


Маня, в свою очередь, захлопнула за собой дверь. И я, её лучшая подруга, добрых два месяца слушала, как она вопит, и наблюдала, как она рвёт на себе легкие волосы эльфа, а ещё кормила её с ложечки и колола из жалости рибоксин. Утешая, я говорила ей здравые вещи: радуйся тому, что сумела посмотреть мир и вовремя отвязаться. Да разве это могла быть любовь? Недоразумение, да и только. Но поскольку Маня рыдала всё так же и не выказывала ни малейшей благодарности за уход и заботу, мне в итоге тоже всё надоело. И только из человеколюбия я вызвала однажды «карету» психиатрической помощи. И когда крепкие санитары выводили больную в дырявой тельняшке, её волосы топорщились на свету, подобно золотистому шлему. Вот тогда я подумала: а почему бы и нет? И даже вспомнила зачем-то примеры из литературы. Ведь по большому счёту нет никакой разницы в том, кого как зовут, неважны ни возраст, ни время, ни то, как оно всё происходит. Отчего для них всё закончилось вместе, одинаково? Неужели так было задумано свыше с самого первого раза, сначала?

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Суббота, 19 августа 2017 г.

Погода в Липецке День: +30 C°  Ночь: +14C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Найди меня, мама!

Галина Кожухарь, ведущая рубрики, фото
// Найди меня, мама!

Одухотворение стекла

И. Неверов
// Культура

Не жалея любви и заботы

Ирина Смольянинова
// Общество

Изысканный вкус сырной геополитики

Сергей Малюков
// Общество
Даты
Популярные темы 

Жара. Разгром. Реванш

Альберт Берзиньш // Спорт

Как купец стал писателем

Виктор Елисеев, член Липецкого областного краеведческого общества, лауреат областной премии имени И.А. Бунина // История

Такие «свидетели» нам не нужны

Кирилл Васильев // Общество

Пока ещё «пчёлы»

Денис Коняхин // Спорт



  Вверх