lpgzt.ru - История Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
27 августа 2015г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
История 

Что помнит мир спасенный

27.08.2015 "Липецкая газета". Виктор Страхов
// История

Национальная история вообще и история Великой Отечественной войны в частности стали в последние годы предметом острейших политических баталий. Некоторые отечественные, а еще в большей степени западные исследователи пытаются доказать, что и та, и другая предельно мифологизированы и не имеют ничего общего с реальностью. Что победа в войне была для нас Пирровой и ее исход предрешили героические усилия союзников, а отнюдь не наши армия и народ.


С какой целью все это делается и почему? Такова тема беседы нашего обозревателя с известным историком и политологом, доктором исторических наук, профессором МГУ им. М.В. Ломоносова Варданом Багдасаряном.

— Вардан Эрнестович, история России, во всяком случае, в том ее варианте, который был канонизирован во времена СССР, действительно вызывала массу вопросов. Однако история войны казалась константой, величиной постоянной. Хотя бы потому, что ее итоги подвели не идеологически мотивированные «летописцы», а лидеры стран-победительниц в Ялте и Потсдаме. Что заставляет специалистов фантазировать сегодня?


— Лучше всего, пусть и не совсем по этому поводу, высказался американский политолог и социолог и в свое время один из ведущих идеологов внешней политики США Збигнев Бжезинский. Говоря о необходимости новых подходов к отношениям с нашей страной в постсоветские времена, он заявил: «Россия — побежденная держава. Она проиграла титаническую борьбу. И говорить «это была не Россия, а Советский Союз» — значит бежать от реальности. Это была Россия, названная Советским Союзом. Она бросила вызов США. Она была побеждена. Сейчас не надо подпитывать иллюзии о великодержавности России. Нужно отбить охоту к такому образу мыслей... Россия будет раздробленной и под опекой». Эта идеологическая установка и реализуется сегодня значительной частью западных историков и политиков, пытающихся навязать и миру, и нам новую систему ценностей, переформатировать саму матрицу нашего исторического сознания.


— Во времена, когда это было сказано, некоторой части так называемой российской элиты казалось, что подобные заявления не стоит принимать всерьез, что свои «городские сумасшедшие» есть в каждом нормальном обществе, а потому и ориентироваться надо не на них, а на политиков вменяемых и конструктивных.


— Однако война продолжается. Правда, не в ее классическом варианте, когда сражаются армии, а победа — результат полководческого таланта генералов и пассионарности солдат. Сегодня речь идет о войнах принципиально иного типа, так называемых сетецентричных, когда стираются границы между миром и войной, когда полем битвы становится вся планета и когда на первый план выходят не пушки, а информационные ресурсы. И, разумеется, вопросы истории. Более того, они в центре большинства идеологических сражений. Появился и широко используется термин «государственная историческая политика». Появился не у нас, а в Германии при Гельмуте Коле, докторе истории, считавшем, что настало время, когда немцам надо поменьше каяться за прошлое. Что это означает? А то, что акцентирование внимания на темных страницах собственной истории непродуктивно, оно формирует комплекс национальной неполноценности.


— Война, о которой вы говорите, не преувеличение?


— Сегодня хронология антироссийских акций — как вести с фронта. Даже на макроуровне. 2006 год — резолюция парламентской ассамблеи Европы о необходимости осуждения преступлений тоталитарных коммунистических режимов. 2007 год — открытие Бушем памятника жертвам коммунизма в Америке. Хотя, казалось бы, какое отношение имеет Америка к коммунизму? 2008 год — Пражская декларация о европейской совести и коммунизме. 2009 — резолюция парламентской ассамблеи ОБСЕ «О воссоединении разделенной Европы: Поощрение прав человека и гражданских свобод в регионе ОБСЕ в XXI веке». Это та самая резолюция, которая приравнивает сталинизм к национал-социализму и из которой следует, что не только Германия, но и Советский Союз, кстати, едва ли не в первую очередь, повинен во Второй мировой войне. И все эти обвинения прозвучали тогда, когда не было никакого открытого конфликта. Наоборот, говорили о перезагрузке отношений и создавали комиссию Медведев — Обама.


— Коммунизм — это, согласимся, формально все-таки не Россия. А раз так, то какие могут быть претензии к такого рода повестке?


— Пусть нас не обманывают эвфемизмы. В фокусе потенциального судилища над коммунизмом исключительно Советский Союз, наша победа и тот самый период, когда эта победа была подготовлена. Все, что связано с СССР, сегодня в понимании западной политологии требуется дезавуировать. А отсюда и многочисленные музеи коммунистической оккупации в Восточной Европе и на постсоветском пространстве, обвинения в геноциде на Украине. То есть голод 1932-33 годов, который действительно был в Южной России, Поволжье, в Казахстане, на Украине, был не просто голодом, а сознательным истреблением исключительно украинцев. И это признали многие страны мира и прежде всего Запада. То, что в результате целенаправленного «геноцида» точно так же гибли русские и представители других национальностей, миру неинтересно. Нас не хотят даже слышать.


— Как ни удивительно, не хотят прежде всего страны, которые еще пару десятилетий назад считались дружественными. В чем причина столь стремительной метаморфозы?


— В мощном идеологическом воздействии извне и в эскалации информационной войны, которая привела к тому, что страны, обязанные самим фактом своего существования и своими границами Советскому Союзу, запретили использование советской символики и оскорбили ветеранов, лишив их права на ношение советских орденов и медалей. С удовольствием переписывают историю и западные авторы.


— Говорят, чем чудовищнее ложь, тем она достовернее. Однако не очень понятно, зачем все это нашим «заклятым союзникам»? Какой смысл крушить мир, в котором мы, может быть, и не очень счастливо, но, во всяком случае, без больших войн прожили последние 70 лет?


— Любая война создает новую систему мироустройства. Сегодня мы живем в так называемой ялтинско-потсдамской системе, в соответствии с которой в Совете Безопасности ООН пять государств — постоянных членов, обладающих правом вето. Американцы в свое время были настроены против него, оно им не требовалось, поскольку большинство стран планеты находилось в долговой зависимости от Америки, а потому и обречено было голосовать так, как того хочет кредитор. Однако такой порядок, когда любое, даже микроскопическое островное государство имело те же возможности, что и великая держава, не устраивал Сталина. И в итоге союзники, по достоинству оценивавшие вклад СССР в победу, с правом вето согласились. Тогда спорить с этим было невозможно, потому что мир знал правду о войне. Ну а сегодня, когда многое забыто или переврано, предпринимаются попытки делегитимизировать исторические основания, на которых система возникла, а в конечном счете делегитимизировать и саму систему.


— Вы обвиняете в фальсификации истории своих западных коллег?


— Не всех, но многих. А политиков — однозначно. Достаточно вспомнить одну из известных встреч лидеров США и Великобритании Обамы и Кэмерона, на которой они заявили: мы вместе победили нацистов. Получилось, что СССР как бы не при чем. Еще больше «умиляют» американские учебники. Вот лишь несколько выдержек из них: Вторая мировая война была организованным триумфом ­войск, командного состава штабов и верховного командования всех составляющих элементов армии США… Хотя США вступили в войну с опозданием, ее вклад в победу был решающим…


— А почему в этом процессе активно участвуют и наши бывшие братья по СССР?


— Потому что мы не говорили всей правды о своей собственной истории. Либеральная точка зрения сводилась к единству тоталитарных режимов. Да, о фашизме немало писали. Но о фашизме германском, итальянском. Восточно-европейского — предпочитали не замечать. Это было некорректно. О бандеровском движении тоже говорили вскользь. Между тем фашизм, как одна из эманаций западной цивилизации, был распространен во всех странах. Не случайно 24 процента военнопленных в СССР были не немцами, а гражданами государств-сателлитов Германии. Еще один любопытный факт: на стороне Гитлера погибло больше французов, чем на стороне Сопротивления. И это закономерно. Великая Отечественная война на Западе позиционировалась как война Европы против Азии, и в ней сознательно участвовали многие европейцы. Бывший президент Молдавии Михай Гимпу достаточно откровенно высказался по этому поводу еще в 2010 году: «Меня ничего не связывает с Москвой. Туда едут лишь победители, что делать там побежденным».


— Нынешнее украинское правительство тоже среди побежденных?


— Вот одно из положений принятого 30 июня 1941 года во Львове и особо почитаемого сегодня на Украине акта восстановления украинского государства: «Вновь создающееся Украинское Государство будет тесно взаимодействовать с Национал-Социалистической Велико-Германией, которая под руководством своего Вождя Адольфа Гитлера создает новый порядок в Европе и в мире и помогает украинскому народу освободиться из-под московской оккупации». По-моему, здесь все сказано. И у истоков этого документа стояли не только организация украинских националистов под руководством Бандеры, но и, очевидно, гитлеровские сценаристы. Впрочем, это нисколько не помешало открыть мемориал украинским националистам и в США. Там и Бандера, и Шухевич, и процитированный мною акт.


— Но украинцы далеко не все выросли в Галиции, всегда находившейся и за пределами России, и за пределами СССР...


— Сказывается майданизация сознания. Майдан, кстати, не только украинская тема. Но это тема и российская. Наш майдан тоже готовился долго и целенаправленно.


— Вы это серьезно?


— Вполне. В девяностых годах целевым образом подрывалась традиционная система ценностей. Разворачивались бурные дискуссии о героях и антигероях. Отрабатывались методика и приемы мягкой и жесткой дегероизации. Вспомните статьи о том, что никакой «Молодой гвардии» не было, а были мелкие уголовные группы, которые антифашистским подпольем невозможно назвать даже условно. А значит, и говорить не о чем.


Подрыв образов традиционных героев позволяет легче навязать общественному сознанию новых. Из того же пропагандистского ряда и главы наших некогда распространенных учебников истории. Вот лишь несколько говорящих заголовков: крестьянство на Голгофе; советская тюрьма народов; оккупационная политика России.


— Но, может быть, такими и должны быть «цивилизованные» учебники?


— Уверяю, в американских учебниках ничего подобного увидеть невозможно. Один из них, оказавшийся в моих руках, начинался с восторженного рефрена: Америка! Америка!! Америка!!! И это не исключение. Это правило. В американских учебниках нет ничего негативного об Америке.


И, на мой взгляд, это нормально. На уровне образовательной школы, когда закладываются исторические основы, когда формируется гражданское сознание, важно вырабатывать сакральные образы. То, что священно, что представляет ценностную компоненту и ценностные ориентиры, совершенно необходимые и человеку, и обществу.

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Понедельник, 20 ноября 2017 г.

Погода в Липецке День: 0 C°  Ночь: +1 C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Рождённая в октябре 1917 года

Марина Гольц
// История

Правда была его естеством

Евгения Ионова
// Культура

Услышать голос

Евгения Ионова
// Общество
Даты
Популярные темы 

Быть первой во всем

Лицей поселка Добринка отмечает 50-летие
Ольга Шкатов, shkatovao@list.ru // Образование

Уроки Октября. Сто лет спустя

Елена Таравкова // История

Афиша

// Культура

Хотели как лучше…

Петр Новиков // Спорт

Какие головы нынче в цене

Михаил Зарников // Общество

Не хочу учиться

Елена Бредис // Образование



  Вверх