Пн, 18 Февраля, 2019
Липецк: -2° $ 66.70 75.25

Война была Отечественной

Александр Косякин | 01.08.2015

В прошлом году весьма популярной была одна философема. Политологи, журналисты, ученые наперебой твердили: то, что происходит в мире сегодня, удивительно напоминает события вековой давности. И — загибали пальцы, перечисляя аналогии. И тут уж, как у ноздревского повара, все шло в дело. Как и тогда, никто не хотел войны, но все летели к ней галопом. Правители европейских стран буквально чиркали спичками, чтобы зажечь фитиль мировой бойни.

Победители и побежденные

И вот все забыто. Столетие начала Первой империалистической войны отметили, стряхнули вековую пыль с пожелтевших страниц, перерезали ленточки на новых памятниках и стали жить дальше. Между тем сто лет назад, в 1915 году, война только разгоралась. Далеко еще было и до Версальской конференции, и до Брест-Литовска, где большевики подписали мир, закончив, как им казалось, бойню, в которой Россия почти была уже победительницей. Но вот это «почти» История не принимает не только как данность, но даже и как гипотезу. Что было, то сплыло... После Брест-Литовска Антанте предстояло без России воевать с Германией, зато и делить шкуру все-таки убитого медведя тоже без.

Правда, шкура не грела... Победительницы — Британская и Французская империи — морально сломались. Они не перенесли страшных потерь, они к ним не были готовы.

А настоящим победителем в Первой мировой оказались Соединенные Штаты Америки. Они несказанно нажились на военных поставках, распотрошили золотовалютные резервы союзников, спровоцировали колоссальные и кабальные долги. А главное — навязали миру доллар. Вступив в войну в завершающей стадии, США отхватили жирный кусок репараций и контрибуций с побежденных. Ничего не напоминает?

Многие проблемы сегодняшнего дня — бряцание оружием у наших границ, расширение НАТО, информационные и прочие войны, «цветные» революции, трагедия Украины — все это легче понять, оглянувшись на Первую мировую. Мы сегодня потянем только одну ниточку из общего клубка и назовем ее так: «предательство». Сто лет назад и началась эта долгая и нескончаемая (до наших дней) череда предательств.

Горький реестр

Предательством была гибель двух русских армий, Самсонова и Ренненкампфа, которые спасли Францию («Если бы не Россия, Франции уже не было бы» — это слова маршала Фоша, главнокомандующего союзными войсками). Поняв, что все кончено, генерал Самсонов ушел в лес и там застрелился. Его офицеры не стали забирать тело и отступили, предав своего командира. Погибшего искала жена генерала, отправившись из России в чужую, погрязшую в войне страну. Нашла, вывезла на родину и похоронила по христианскому обряду в родовой деревеньке. А генерала Ренненкампфа позже расстреляли большевики.

Легендарный Брусиловский прорыв тоже закончился предательством союзников, которые не поддержали в трудную минуту русских. В том походе участвовал наш земляк Тит Тимофеевич Куликов из села Куликовка. Там он стал инвалидом: ранение в грудь, пробитое легкое, сломанное ребро...

Дальше было предательство русского царя всеми — правительством, Думой, армией, приближенными, родственниками. Верными присяге оставались: гарнизон Гатчины, юнкера да гардемарины Морского кадетского корпуса. Правда, в Ставку телеграммы о поддержке Николая II послали генералы Келлер и Хан-Нахичеванский, но их там... потеряли.

Горше всего признавать предательство помазанника Божиего Церковью. Практически сразу после отречения прекратилось молитвенное поминание царской семьи, из молитв были вычеркнуты слова с упоминанием царя и царского дома. И только новоизбранный патриарх Тихон впоследствии принял решение о повсеместном служении панихид с поминовением Николая II как императора.

При заключении Версальского мира были подняты флаги всех государств, участвовавших в войне, но русского среди них не было. Предательством был Брест-Литовский мир, который сами большевики называли похабным. Один из главных уроков Первой мировой как раз и состоит в очевидной, но горькой истине: нельзя в тылу ­отечественной войны затевать споры об устроении государства, как это сделали большевики. Если нация в переломный момент раскалывается, то это неизбежно приводит к обрушению государственности, огромным утратам и братоубийственным гражданским столкновениям. Это — урок для либералов всех мастей, которым сегодня тоже хотелось бы использовать любые трудности страны для своих внутриполитических, а если сказать прямее — шкурных интересов.

В учебники истории не попала трагическая судьба генерала Скалона, который на переговорах в Брест-Литовске представлял Ставку. В первый же день, выйдя из зала заседаний за картой, генерал застрелился. В письме другу он признавался, что не подпишет позорный мир, что Россия на грани национальной катастрофы, предотвратить которую уже не было никакой возможности. Новая власть — Советов — сразу же придумала причину — генералу, мол, жена изменила... Ложь и снова предательство.

Надо правду сказать и о предательстве армии, которое царило в самой стране. Уже в пятнадцатом году тыл и фронт не были так едины. В окопах лилась кровь, а в тылу — шампанское... Интенданты делали деньги на поставках в войска, откосившие от призыва молодчики кутили в ресторанах. Появились во множестве «земские гусары» — так презрительно называли лиц из имущих сословий, «в расцвете лет и сил» устроившихся на полувоенную службу по снабжению армии провиантом и воинскими припасами. Освобождение от окопной жизни получали разные, как теперь бы сказали, блатные. Расплодилось ворье.

Все это вызывало жуткую злобу у солдат, попавших в тыл по ранению. Все это и приближало развал армии. А ведь еще была «распутинщина», мракобесие карликовых партий и активная работа вражеских разведок и шпионов.

Не все ладно было и при русском дворе. Задолго до появления Распутина в окружении императрицы объявились две роковые женщины — черногорские княжны Милица и Стана. Им приписывают даже некую роль в развязывании Первой мировой войны. Иностранки лезли с советами, лоббировали интересы всяких оккультистов и магов и в конце концов сделались абсолютно неуправляемыми — даже на замечания самого царя не реагировали. Вся эта дворцовая свистопляска тоже сказалась на исходе войны.

История и память

Но вернемся в пятнадцатый год. Война, нет — катастрофа — только разгоралась. Впереди было главное предательство России — развязанная брато­убийственная война и исход за границу тысяч русских. Новая Россия, возникшая из крови и ужаса с начала мировой войны, а потом и гражданской, главным верстовым столбом Истории сделала Октябрьскую революцию. От него, по логике большевиков, должна была начаться новая и, конечно, счастливая жизнь. Именно Октябрь убрал с исторического пути России эту страшную веху — ­войну, которую справедливо считали Отечественной. Не зря Ленин назвал ее «лучшим подарком революции».

Мы, россияне, очень недовольны тем, что большинство американцев, канадцев, британцев и французов считают, что победа над Гитлером была добыта в Нормандии, а не под Сталинградом и Курском. С Первой мировой ситуация ничуть не лучше. Но — закономерная! За что, как говорится, боролись. В том, что та война на целый век стала для России неизвестной и забытой, виноваты никак не американцы.

В Англии свято чтят день окончания войны: 11 ноября в 11 часов 11 минут вся страна застывает в минуте молчания, даже поезда останавливаются. Между прочим, первый памятник Неизвестному солдату и Вечный огонь появились в 1920 году во Франции. Могила Неизвестного Солдата была открыта под Триумфальной аркой в Париже. Там в любой деревушке есть обелиск, мемориальная доска в честь погибших земляков.

А что же Россия? Ведь по цене потерь, по количеству пролитой крови ей не было равных тогда. Что же с нами, с памятью нашей произошло? Вместо скорби, вместо правды, вместо выстраданного достоинства — мифы, легенды, недомолвки...

Осенью прошлого года я побывал в Сербии. Снимали многосерийный фильм «Война была Отечественной» (он только что прошел в эфире «Липецкого времени»). И мы поехали на белградское кладбище. Там есть русский сектор. Ни соринки, ни травинки — гранит, мрамор, золотые буквы на камне. А какие имена на граните: Дурново, Палеолог, Хитрово... Так сербы берегут память о русских. Здесь стоит величественный памятник русским, погибшим в Первую мировую. До прошлого года единственный в мире!

А предательство как тема, как заклятье продолжало преследовать наше Отечество. Страны, которые многим были обязаны России, одна за другой поворачивались к ней спиной. Болгария, Польша, Финляндия, Франция, Германия... Теперь вот Украина. Даже Украина... Может, и прав был император Александр III, сказавший, что у России только два надежных союзника — ее армия и флот?

Время заметает в памяти поколений многие события прежних лет. Человеческая память избирательна. Она помнит одно и забывает другое. Но История все равно живет сама по себе, связывая прошлое с настоящим, храня сокровенное для будущего. Ей есть для кого беречь правду.

Коллаж Николая Черкасова

Коллаж Николая Черкасова

Коллаж Николая Черкасова
Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных