Вс, 17 Февраля, 2019
Липецк: -2° $ 66.70 75.25

Жар-птица, поющая в нашем саду

Алла Линёва | 20.07.2015

Поэзия Светланы Аксёновой, хрупкая и нежная, прозрачная, как тонкая льдинка, словно преломляет через себя многочисленные солнечные лучики её души. В нашем нестерпимо суетном и ограниченном материальном мире поэтесса ощущает себя поющей птицей, но это не просто земная птица, прилетающая иногда в наш дремлющий, порой, и совсем заиндевевший сад, а сказочная Жар-птица. 


День из воздуха и света,

Под лучистой синевой

Двор и сад – моя планета,

Вширь поросшая травой...


Все – от вязов до пылинки

Обрисовано цветно:

И нехоженость тропинки,

И открытое окно.


Образ сада, в большей степени зимнего, сопровождает всё исповедальное поэтическое творчество поэтессы. И он вовсе не случаен, ибо чуткое и нежное её сердце, пребывая в своём хрустальном замке одиночества, окованном непроходимыми снегами, льдами, сугробами, не только по-детски наивно и трепетно верит в чудо провидения, но и само денно и нощно пребывает в труде. Оно трудится во имя тайны дивной и прекрасной, имя которой – любовь, трудится без устали, чтобы строками своими отделить, а значит, и спасти – чистоту от грязи, свет от тьмы:


Не гори, моя свеча,

Долго в темень.

Я без света горяча

Вдохновеньем.

Слово – порох и вино,

Дух – Жар-птица!

Тайной рифм моё окно

Да святится!

На исходе февраля,

Ликом к маю,

Я, свечу дотла спаля,

Свет спасаю.


Жар-птица – это и есть жизнеутверждающая, жизнестойкая сила Светланы Аксёновой, которая, казалось бы, сама только и жива ожиданием чуда: простого человеческого участья, радости и понимания. Но эта птица, тем не менее, отважна и смела, и совесть её чиста перед людьми и Богом, и не боится она человеческих рук, потому что не ворующая, а дарующая людям духовные плоды и тепло своего горячего сердца: 


После метели опомнился сад,

Доверху в снежной красе утопая,

Всякою ветвью он царски богат,

Царскою щедростью не уступая.

Я у окна ожиданьем жива:

Разве не так замирала Жар-птица,

В миг провидения, в миг торжества

Не опасаясь в руках очутиться?..


Чувство томящего, а порой и тревожного одиночества не оставляет Светлану Аксёнову ни в будни, ни в праздники, но только вовсе не простых человеческих наслаждений жаждет её беспокойное естество, оно жаждет особого состояния души – радости. И своё ожидание она рисует нам такими простыми на первый взгляд, и, вместе с тем, чрезвычайно сложными и высокохудожественными, ибо сердечными, изобразительными средствами: 


Я сто раз в окно смотрела,

Да, раз сто, и неотрывно!

Двести раз, коли не больше,

За день к двери подбегала.


Раз пятьсот через ступеньки

Я на дню во двор спускалась.

Чтобы снова, чтоб скорее,

Неумело, беспричинно


Обещавшему приехать

В день, назначенный когда-то,

Дверь немедля распахнуть!


Зима в поэзии Светланы с её узорным кружевом на стекле, снегирями и синицами за окном, с её снегами, метелицами и сугробами, с её звенящей в ушах тишиной, наполняя душу сполна, становится самой Душой: 


Я – русская. Моя душа – зима.

Мне мать – метель, отец – огонь.

Мне на шершавую ладонь

От них в наследство – свет и тьма.


Всей своей искренней сущностью, каждой искрящейся строкой и каждым доверительным движением души Светлана Аксёнова вновь и вновь пробуждает нас к жизни деятельной, осознанной, к творчеству осязаемому, ясному, к состраданию и Любви милосердной, всепрощающей: 


Живи и действуй, действуя – живи.

Иначе жизнь – лишь сон 

невнятный.

Приемли боль и горести в любви

К родной земле, где ты – 

единократный.


Я не знаю большего счастья для поэта, чем научить своё сердце слышать тишину, и в этой тишине угадывать, о чём шепчет путнику ветла у дороги, о чём бормочет ручеёк, сбегающий с пригорка, о чём звенят друг другу звёзды в морозной вышине:


По первому снегу прогулка –

Недальняя и никуда.

Дышу тишиной переулка,

Озвученной хрупкостью льда.


За мною идут, чередуясь,

Осина, шиповник, ветла.

Я с холодом в щёки целуюсь,

И нежность мне эта мила.

Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных