lpgzt.ru - Культура Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
20 июля 2015г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Культура 

Книга – с картинками?

20.07.2015 "ЛГ:итоги недели". Роман Хомутский
// Культура
Фото Павла Острякова
Фото Павла ОстряковаВ. Фаворский. Иллюстрации к произведениям Проспера МеримеТ. Толстая. Иллюстрация к сборнику стихов Марины ЦветаевойВ. Шальнев. Иллюстрация к альбому «Бунинская Россия. Липецкий край»– Иллюстрация жила, живёт и будет жить, – 
убеждён Юрий ТатьянинСофья Мироедова уверена, что связь книги 
и иллюстрации никогда не будет нарушена

В эти дни в художественном музее имени Виктора Сорокина – Доме Мастера – работает выставка «Мир литературы глазами художников», посвящённая книжной иллюстрации. Вдохновившись увиденным, мы решили порассуждать о судьбе книги в целом и её визуальном воплощении – в частности.


Год 2015 объявлен в России Годом литературы. В двадцать первом веке постановка проблемы чтения на государственном уровне как нельзя более актуальна. Хотим мы того или нет, – электронные средства коммуникации и обмена информацией медленно, но верно оттесняют привычный бумажный текст на периферию. С ускорением темпа жизни и её удорожанием, сокращением объёмов производства книг, уменьшением часов литературы в школьной программе и утверждением примата «клипового мышления» у молодёжи читать мы стали меньше. Авторитет книги как абсолютного источника познания и мудрости смещается в область развлечения либо – в лучшем случае – умственной утехи для интеллектуалов. Книга – давно уже не лучший подарок и даже не постоянный спутник большинства из наших сограждан. Будто бы чувствуя надвигающуюся угрозу, книга скукожилась до размеров собственной электронной версии и спряталась, сменив место жительства с полок на электронные гаджеты. Экспозиция «Мир литературы глазами художников» призвана напомнить, какой должна быть книга в её истинном, первоначальном представлении. Вместе с авторитетными экспертами – искусствоведами, культурологами, художниками и писателями – «Итоги недели» прохаживаются по залам и обсуждают животрепещущую тему.



Иллюстрация – как отправная точка


– Упор в экспозиции сделан на иллюстрацию, как важную составляющую полноценного восприятия литературного текста, – комментирует куратор выставки Екатерина Галкина. – Ведь знакомство с любой книгой начинается с обложки, не правда ли? От того, какое впечатление на человека производит иллюстративная часть произведения, во многом зависит процесс дальнейшего чтения. Часто даже при выборе книги на полке в магазине включается механизм: понравилась обложка – берём, не понравилась – идём дальше. Если мы говорим о детской литературе, то без визуального ряда сам этот феномен становится невозможным в принципе. Там упор в первую очередь делается как раз на изображение, поскольку малыши пока плохо воспринимают слова, составленные из букв. Со зрительного контакта начинается формирование в юной личности культуры общения с книгой, уважение к ней.


Для выставки «Мир литературы глазами художников» мы отобрали более сорока работ, созданных в период с 1922 по 2007 год. В основном – экспонаты из фондов Дома Мастера и Липецкого областного художественного музея. Обогатили и украсили выставку гравюры к литературным произведениям из частных собраний липецких коллекционеров.


Данная ретроспекция позволит зрителям получить представление о разно- образии графических техник и книжной иллюстрации в исполнении признанных мастеров: Владимира Фаворского, Татьяны Толстой, Евгения Мациевского, Михаила Заводнова, в том числе липецких авторов – Вячеслава Шальнева и Бориса Инкелеса. Неотделимы от судеб писателей старинные дома в офортах Виктора Умнова. В разное время в них жили Александр Пушкин, Николай Гоголь, Михаил Лермонтов, Лев Толстой. Связующим звеном в экспозиции являются скульптуры народных художников России – Юрия Гришко, Александра Вагнера, Юрия Чернова.


Великолепным дополнением стали книги из фондов Липецкой областной универсальной научной библиотеки. В основном книги подбирались с иллюстрациями художников, чьи работы попали в экспозицию. Вместе с сотрудниками библиотеки мы попытались отыскать в печатном варианте именно те работы, которые в эти дни украшают стены Дома Мастера. Когда иллюстрация предстаёт в натуральную величину и тут же можно соотнести с её изображением в книге, достигается своеобразный синергетический эффект, эмоциональное воздействие на зрителя усиливается. Нам кажется, это позволяет получить зрителю достаточно необычный опыт.


Академик Академии художеств СССР народный художник Владимир Андреевич Фаворский – пожалуй, самый титулованный и заметный мастер в экспозиции. Известен этот выдающийся творец прежде всего как книжный график, которому принадлежит достаточно красноречиво характеризующее его творческий подход высказывание: «Я не иллюстрирую произведения, а создаю книгу». На выставке – работы маэстро к «Домику в Коломне» Пушкина, произведениям Пришвина, Мериме, Спасского. Глядя на эти шедевры, понимаешь, насколько лаконично и одновременно ёмко выглядит изображение. Сколько смысла и литературного текста вмещают в себя миниатюры Фаворского, словами не описать!


Уходящая натура


– Впервые выставку Владимира Фаворского в Липецке удалось организовать в мае 1995 года, – вспоминает один из соавторов выставки искусствовед, заслуженный работник культуры Российской Федерации Татьяна Нечаева. – Эта экспозиция показала липецким любителям искусства гения, которого можно сравнить с великим Дюрером. Творческий метод и уникальность техники гравюры Владимира Андреевича заключались в том, что он работал с использованием самых твёрдых пород дерева. Сопротивление материала и сознательно создаваемые художником рамки заставляли его, приступая к очередному изображению, очень чётко формулировать и продумывать свой замысел – вплоть до последнего резца. Как только нет сопротивления материала, форма распадается и видимая лёгкость приобретает свойства пустоты. Кроме того, противодействие в годы активного творчества Фаворского носило ещё и идеологический характер. В условиях идеологической цензуры художники умудрялись очень многое сказать, создавая многоуровневые слои подтекста. Такой своеобразный эзопов язык позволял в относительно невинную с официозной точки зрения фактуру вложить максимум смысла. То же самое – писатели, поэты. Это во многом роднило и сближало изобразительное искусство и литературу, позволяя им в симбиозе добиваться ещё более грандиозного воздействия на умы. Внимательный читатель мог увидеть между строк очень и очень многое.


Сегодня, когда догмат идеологии низвержен, оковы рухнули, форма – за редким исключением – утратила остроту и глубину. Это совпало с нивелированием значения иллюстрации в книжном производстве. Мы имеем дело, можно сказать, с уходящей натурой. В массе своей, кроме, пожалуй, малотиражных специальных изданий, иллюстрация покинула страницы книг. Повсеместно – коммерческий диктат. Если писатель «раскручен», тираж стараются напечатать больше, а цену сделать доступнее. Исключительно в ущерб качеству. Вполне достаточно агрессивной, кричащей обложки, нацеленной на привлечение покупателя. Но когда ты открываешь такой том, то не видишь ни профессиональной вёрстки, ни руки художника.


Становление искусства оформления книг исчисляется веками. Как правило, представляя себе книжную картинку, мы думаем прежде всего о графическом изображении. Так повелось в силу особенностей книгопечатания. Заставки, буквица, украшенные поля, миниатюры – прерогатива рукописных книг. Вначале темперой на коже писали миниатюры, с появлением бумаги удобнее стало резать по дереву. С началом эры книгопечатания многое из перечисленного, как дань традиции, сохранилось. С утверждением определённого печатного стандарта утвердилось несколько наиболее широко распространённых техник. Гравюра на дереве, резцовая гравюра, офорты. Самое широкое распространение получила литография, которая позволяла делать огромное количество отпечатков и имитировать любой материал. Цветная иллюстрация появилась довольно поздно – в двадцатом веке, когда изобрели способ полиграфического совмещения цветов. Вмешательство художника в процесс становилось всё более осмысленным – с упором на передачу содержания текста графическими средствами. Стремление перенести пластику языка и звук слова в динамику изображения обязывало проявлять огромное тщание и ответственность, соблюдать верность сложившемуся канону. К тому же специализация требовала от иллюстратора специфических знаний по истории костюма, причёски, интерьера.


В наши дни повсеместно приходится с сожалением наблюдать безвкусицу и кич, когда детская литература оформляется исключительно в стилистике диснеевских мультфильмов – с ужасными цветовыми сочетаниями и отталкивающими образами. Вспомните те прекрасные эталоны советской книги для детей, которые были в буквальном смысле похожи на художественные альбомы. Это было огромное самостоятельное направление в искусстве. Книжной иллюстрацией издревле занимались настоящие мастера своего дела. До чего здорово были оформлены сборники стихов Чуковского, Хармса, Барто, не говоря уж о русских народных сказках! Как можно представить себе поэзию Лермонтова в отрыве от мастерского воплощения его образов Врубелем?!


Книги сегодня заменяются портативными электронными носителями, а иллюстрация потихоньку становится прерогативой исследующих и хранящих её литературных музеев. От книги остаётся оголённый текст, занимающий всего несколько килобайт в электронном эквиваленте. Это ведёт к вытеснению книги из быта людей, постепенной замене её цифровой версией, где места для иллюстрации уже не находится. Уходит большой пласт искусства, заменить который отчасти способны лишь фантазия и воображение читателя.



Иллюстрации – не нужны?


Старший преподаватель кафедры всеобщей истории ЛГПУ, культуролог Андрей Ломоносов считает, что современный литературный язык не нуждается в дополнительной иллюстративной нагрузке.


– Книжная иллюстрация – уникальная составляющая европейской цивилизации, одновременно элитарная – как элитарно настоящее искусство и демократичная – как всё, что связано с книгой, – уточняет Андрей Ломоносов. – Её великие эпохи – восемнадцатый век, рубеж девятнадцатого и двадцатого – задали очень высокую планку: Шарль Эйзен, Даниэль Ходовецкий, Обри Бёрдслей, русские мирискусники. Но начиная с девятнадцатого века происходил и другой процесс. Я назвал бы его обесцениванием иллюстрации, которая становится всё более «рассказывающей», утрачивая художественную самоценность. В двадцатом и двадцать первом веках две эти тенденции сосуществуют.


Возьмём советскую и российскую ситуацию: Васин, Майофис, Митурич, Перевезенцев, безусловно, элитарные иллюстраторы, но сотни их коллег принадлежат масскульту полностью. То, что последняя убивает культуру книги, – общеизвестно, но есть и другая проблема. Как это ни парадоксально звучит, современной художественной литературе (я говорю о лучшем в ней) иллюстрации не нужны. Скорее, они необходимы искусству, культурному самосознанию в целом. Вы представляете иллюстрации к Прусту, Джойсу, Камю?


В то же самое время иллюстрации очень сильно воздействуют на образное мышление читателя, берут его в плен – какой же Робинзон Крузо без Гранвиля, Швейк без Йозефа Лады? Но это – блестящие профессионалы, и их наперечёт. Притом легион посредственностей, иллюстрирующих Шекспира, Стендаля, Пушкина, Достоевского, Чехова... Пример – карикатурные по степени своей слащавости и беспомощности иллюстрации Глазунова к Достоевскому. Но будь они даже гениальны, они всё равно препятствовали бы формированию образной картины прочитанного, навязывая именно своё представление. Здесь необходим особый такт иллюстратора, оставляющего пространство для воображения читателя, как художника, который воспринимает читателя книги как соучастника творческого процесса.


Полагаю, «высокой» книжной иллюстрации уготовано всё больше превращаться в самостоятельное художественное явление. И это нормально – ведь «от кутюр» тоже является искусством для искусства и не имеет прикладного смысла. Однако есть детская и научно-популярная литература, авторские издания прозы и поэзии, которые всегда будут нуждаться в грамотном, профессиональном книжном дизайне, а значит – и в иллюстрации, причём соответствующей текущему запросу цивилизации. Два этих уровня – элитарный и массовый – вполне могут сосуществовать, продуктивно мотивируя развитие друг друга.


Штучный товар


– Зачем подвергаться паническим настроениям, – недоумевает наш очередной эксперт – славный липецкий художник-концептуалист, знаток и коллекционер книг Юрий Татьянин. – Книга погибла, исчезла профессия книжного иллюстратора, «всё пропало, шеф, завтра гипс снимают»! На самом деле происходит расцвет книгопечатания и иллюстрации, которой теперь абсолютно не страшны идеологические и цензурные препоны.


– Иллюстрация жила, живёт и будет жить, – убеждён Юрий Татьянин. – Хотя она и ушла из массового книгоиздательства, что легко объяснить: экономически невыгодно. С другой стороны, небольшими тиражами издаются отдельные экземпляры, изобилующие качественным визуальным оформлением. Например, есть замечательное издательство «Вита Нова», специализирующееся на выпуске малотиражных коллекционных иллюстрированных книг классической и мемуарной литературы. Конечно, они стоят недёшево. За полтора десятка лет своего существования ими выпущено порядка двухсот наименований. «Вита Нова» сотрудничает с ныне живущими художниками, истинными творцами, благодаря которым каждый том становится настоящим произведением искусства. Вспомним имя Владимира Шинкарёва – основателя арт-движения «Митьки». В «Вита Нова» вышел шикарный фолиант его собственных произведений – литературных и художественных. Прославившее автора сказание о «Максиме и Фёдоре» продавалось в комплекте с кожаной папкой с двумя оригинальными литографиями внутри. Тот же авторский проект Петра Перевезенцева – подарочное издание Даниила Хармса «3 стихотворения», написанные от руки на бумаге ручного литья и дополненные офортом. Или Светлана Филиппова, вышедшая из-под крыла легендарного художника-мультипликатора Юрия Норштейна. Её таланту принадлежит замечательное оформление подарочного издания платоновского «Чевенгура». Иллюстрации к роману Андрея Платонова выполнены в традиционной для анимации, но уникальной для книжной графики порошковой технике. Всё это – штучные художники, работающие со штучным материалом.


Особняком стоит детская книга – её представить без иллюстраций действительно невозможно. Однако в наш век традиции иллюстрации детской литературы претерпели сильнейшие изменения и тяготеют к «мультяшной», «диснеевской» стилистике, во многом переместившись в область компьютерного дизайна. Да, для современного ребёнка, возможно, такой изобразительный ряд смотрится понятнее и органичнее. Вовсе не очевидно, что классика советской иллюстрации пришлась бы по вкусу нашим ребятишкам. Для старшего поколения нет ничего лучше сюжетов «Волшебника Изумрудного города» или «Буратино», воплощённых советским классиком гениальным Леонидом Владимирским. Но, на мой взгляд, и сейчас найдутся творцы не хуже. Просто их меньше.


Общую тенденцию справедливо будет оценить следующим образом: производство бумажных изданий нынче влетает в копеечку, так что дополнительно платить иллюстраторам никто не хочет. Но зато если уж иллюстрациям нашлось место, то они, как правило, выполнены на высочайшем профессиональном уровне. Таким образом, над количеством возобладало качество. Причём во времена Советского Союза интересно оформлялось от силы десять процентов от всего валового книжного продукта, остальные девяносто – такой же массовый банальный ширпотреб. Уместно будет провести параллель с днём сегодняшним, когда пропорция осталась прежней с той лишь разницей, что большая часть книг – вообще без «картинок». Что тогда было пару десятков приличных художников, что сейчас. Что тогда книголюбы и коллекционеры «охотились» за текстами с иллюстрациями конкретных мастеров, что сейчас. Хотя качественно иллюстрированных книг в наши дни выходит всё равно больше, ведь в Советском Союзе еле насчитывалась сотня издательств, тогда как сейчас их чуть ли не пять тысяч. Просто тиражи стали мизерными, да и те оседают преимущественно в мегаполисах, и обыватель их попросту не видит на прилавках.


В наши дни целая плеяда талантливых мастеров целенаправленно занимается оформлением книг. Причём совершенно не имеет значения, в какой технике работает иллюстратор. Если он изначально талантливый художник – ничто ему не помешает, скорее – только поможет в реализации задачи. Не имею ничего против компьютерной графики – зачастую она отлично интегрируется в традиционные техники.


Более того, оформилось новое направление – книга художника, когда создают, иллюстрируют и выпускают книги одни и те же люди. Да, тиражи штучные, но тем не менее! Я и сам преуспел в данном отношении: «спродюсировал» к своему 44-летию авторское издание «Йозеф Бойс и зайцы». Тираж составляет символические 44 экземпляра. В книге на 44 страницах – полтора десятка рассказов и столько же иллюстраций, выполненных мною собственноручно цветными карандашами. Каждый рисунок уникален, так как не повторяется. Да и сшивал каждую книгу я бечёвкой сам, приклеил на каждую кусочек войлока на память.



Иллюстрация на бумажной странице или на экране айпэда?


Если Юрий Татьянин выступает приверженцем тотального самиздата, то наша следующая героиня из Санкт-Петербурга пошла дальше. Она написала и нарисовала свою дебютную книгу и отнесла макет в типографию. На дорогостоящем профессиональном оборудовании был отпечатан небольшой тираж. К настоящему моменту практически полностью распроданный сборник рассказов Софьи Мироедовой «Что я помню о тебе» содержит двадцать восемь новелл, включающих в себя различные истории из нашей повседневной жизни. Здесь раскрываются различные грани любви: между мужчиной и женщиной, детьми и родителями, знакомыми и незнакомцами вне зависимости от их статуса, возраста и ситуации. Эти рассказы не принадлежат перу профессионального писателя и не претендуют на литературные лавры, но написаны они с любовью, как будто художник тонкой кистью набросал эскизы полупрозрачной акварелью. Наверное, это и происходит отчасти от того, что автор с детства не выпускал кисти из рук.


- Иллюстрация в моей книге – полноправная часть художественного произведения, – делится известный санкт-петербургский график и просто красавица Софья Мироедова. – Когда работаешь над авторским проектом, границы «важности» той или иной составляющей размываются. Так, иллюстрации рисовались по произведениям и в итоге стали составной частью рассказов. Этот сборник во многом автобиографичен, и решение проиллюстрировать его графикой сформировалось естественным образом, мне – художнику – даже не приходило в голову выпустить книгу без картинок.


Задумываясь о функции иллюстрации относительно текста, нужно уяснить себе, кто её потенциальный читатель и задачи, которые решает книга. Во многом необходимость иллюстрации зависит как раз от характера книги. Соответственно, если это профессиональная литература, могут понадобиться схемы для разъяснений; если детская — красочные картинки для привлечения внимания юного читателя. А художественная литература оформляется на усмотрение издателя, опять же в соответствии с содержанием книги и аудиторией. Например, книжная иллюстрация призвана переводить литературный язык на визуальный. По сути дела, те же цели преследует и журнальная, и рекламная графика, разница лишь в стилистиках и сюжетах.


Что касается современных технологий книгопечатания и развития искусства иллюстрации, то инструментарий художника-иллюстратора заметно обогащается – допустим, за счёт возможности использовать компьютерную графику в дополнение к традиционным техникам, утвердившимся в книжной иллюстрации. Сейчас у художников как никогда огромная палитра инструментов для создания графики. Более того, современный иллюстратор никак не сможет обойтись без компьютера — подавляющее большинство изданий требует иллюстрации в цифровом виде.


По моему мнению, предположение, что сегодня иллюстрация уходит из книги, не вполне справедливо. Уверена, связь книги и иллюстрации никогда не будет нарушена. Всегда есть море детской литературы, которая попросту немыслима и нежизнеспособна без картинок. Собственно, «взрослая» художественная литература никогда особенно и не могла похвастаться изобилием графики — вспомните даже классического Достоевского. Подобная литература обращается к состоявшемуся воображению читателя, так что иллюстрации могут размыть этот эффект. Более того, даже с уходом текста в электронный формат литература не избавится от иллюстративного сопровождения. Иллюстрация не привязана к печатному формату. Ей абсолютно все равно, где располагаться: на бумажной странице или на экране айпэда.



Подводя итог, дорогой читатель, мы можем заключить: взгляды на иллюстрацию и её роль в книге могут разниться. Думается, что наши эксперты подбросили вам неплохую пищу для размышления, где каждый волен делать собственные суждения. С одной оговоркой: приоритет книги – неоспорим, а история книжной иллюстрации – важная часть общемирового культурного наследия. Возьмите любимый старый том с полки, посетите выставку в Доме Мастера и убедитесь сами.

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Среда, 23 августа 2017 г.

Погода в Липецке День: +28 C°  Ночь: +10C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Спартакиада в честь героев

Иван Афанасов
// Общество

Чтобы новоселье состоялось

Нина Вострикова
// Власть

С боями по волнам Истории

Сергей Малюков
// Общество
Даты
Популярные темы 

Кооперативный рассвет (ФОТО)

Ольга Головина // Экономика

«Мы всегда одни из первых на выставке...»

Александр Хаустов // Сельское хозяйство

Приехал и поел! (ФОТО)

Мария Завалипина // Общество

А осенью поедем с ветерком…

Николай Рощупкин // Общество



  Вверх