lpgzt.ru - Культура Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
4 июля 2015г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Культура 

Правила оптимизма

04.07.2015 "Липецкая газета". И. Неверов
// Культура

Плох тот журналист, который не хочет быть писателем. Вот и Александр Владимиров, отдав газете два десятка лет, стал писать прозу и уже первую свою книгу «Чистые ключи» выпустил в московском издательстве «Современник». Для провинциального начинающего литератора, согласитесь, старт на редкость удачный.


Сегодня Александр Александрович — автор восьми повестей, двух романов, множества рассказов, опубликованных в Липецке, Воронеже, Москве. Два года назад его повесть «Водоворот» появилась на страницах журнала «Молодая гвардия». Главный его редактор Валерий Хатюшин оценил ее так: крепко сделанная, по-настоящему профессиональная вещь. Творчество Владимирова отмечено премиями Бунина и Замятина. А недавно в липецком журнале «Петровский мост» увидело свет его новое произведение — «Лето в Варне».


Это история о молодом газетчике. В кризисный момент своей жизни, накануне почти неизбежного разрыва с женой, он получает путевку в болгарский Дом отдыха. На дворе вегетарианская брежневская эпоха. Но у героя почти на генетическом уровне гнездятся страхи. Не запретят ли ему поездку за рубеж из-за развода? Не ждет ли его иезуитское судилище в родной редакции как морально неустойчивого? А уже в Варне он мучительно гадает, кто в их группе осведомитель КГБ.


С «Лета в Варне» и начался наш диалог с писателем.


— Так случилось, что мне довелось подряд прочитать несколько книг о советском времени. И создалось впечатление, что литераторы задним числом, вслед уже несуществующему государству сводят с ним счеты…


— За других не скажу, но я не могу сводить счеты с моей страной и ее прошлым. Хотя бы потому, что именно за эту страну в первых боях с немцами погиб мой брат. А отец был военным, офицером. Я помню, как искренне восприняли мои сверстники объявленный в 53-м году сталинский призыв в комсомол. Однако надо ведь понять, отдать себе отчет, почему мощная держава, победившая страшного врага, зашаталась, распрощалась с былой верой, начала распадаться.


— На сей счет один писатель-эмигрант, уехавший за рубеж уже после Великой Оте­чественной, заметил: в Советском Союзе есть марксизм, коммунистическая партия, но не хватает воздуха…


— Собственно, об этом и моя повесть. Естественная ностальгия по СССР, героические страницы его истории не должны застить нам глаза, мешая увидеть тогдашние глубокие противоречия, разрыв между благородными, гуманными идеями и далеко не всегда гуманной, а нередко бесчеловечной реальностью.


— С первых минут нашего разговора как бы невольно возникла тема войны. Вы отдали ей дань в своих книгах. Особенно в «Заставе Ивана Варфоломеева». Как возник замысел этой повести?


— Она о судьбе вполне конкретного человека, фронтовика. Он вынес все ужасы вой­ны, он солдат-победитель. Но, вернувшись к себе в деревню, вдруг встретил там дезертира, уголовника. Негодяй не стеснялся играть роль героя. Между ними произошло столкновение. И прототип Варфоломеева оказался убийцей. Я встретился с ним в елецкой колонии благодаря знакомому прокурору, который рассудил, что писателю стоит узнать этот горький сюжет из первых рук. Не забуду, как я впервые приехал в колонию, как за моей спиной с грохотом закрылась железная дверь, как я увидел каменные стены с колючей проволокой и по-настоящему почувствовал, что такое неволя. Прокурорская рекомендация сделала свое дело. Я долго беседовал с осужденным ветераном. Он держался достойно, ничего не скрывал.


— Мне вообще кажется, что почти все, написанное вами, опирается на подлинные факты, многое откровенно автобио­графично — взять, допустим, роман «Снег в Иерусалиме», удостоенный замятинской премии, или то же «Лето в Варне»...


— Так я же все-таки газетчик. Один из моих наставников любил повторять: факты фактами, но главное — философия факта. Правда, для личного пользования я несколько откорректировал его мысль: все-таки сначала факт, а потом уж философия… Журналистика — хорошая школа для писателя. Она подразумевает активное отношение к жизни. Что-то тебя затронуло, и ты, как шахтер, как буровая установка, врезаешься в материал, в глубинные его пласты.


— В предисловии к одной из ваших книг вы называете главным своим учителем Бунина…


— Так и есть. Я был, считайте, мальчишкой, когда мне в руки попал журнал «Огонек». А там как раз — бунинский рассказ «Ворон». Он меня потряс. Я открыл для себя магию слова. Мое поколение вообще много и жадно читало. Я пошел в школу в год Победы. А в школе в учительской стоял набитый книгами шкаф. Это и была библиотека. И вот из него-то учительница достала и дала мне короленковского «Слепого музыканта». Очень любил читать один из моих братьев. И вложил в меня эту любовь. Да и отец с каждой зарплаты покупал книги. Однажды просыпаюсь, вижу — рядом с подушкой лежит «Школа» Гайдара. И я забыл обо всем, пока не закрыл последнюю ее страницу. Невежество считалось стыдным. Неловко было сказать, что ты что-то там не читал.


— Зато сейчас этого мало кто стыдится. Как вы считаете, есть шанс что-либо изменить? Или книга непоправимо, безвозвратно уходит из нашей жизни?


— Верю, что книга никогда не умрет. Ведь в чем ее загадка? А в том, что она живой организм. Ты погружаешься в нее и оказываешься в ином мире. Этому нет замены. Никакой телеящик или Интернет не вытеснит хорошую литературу. По-моему, народ устал от перестроек-катастроек, неисполненных обещаний, вранья. И люди подсознательно решили: если в жизни столько лжи, то уж книгам, то есть прямому вымыслу, и подавно не следует верить. Изменится жизнь — вернется тяга к чтению.


— Однако уже сейчас надо предпринимать усилия в этом направлении, чтобы не потерять одно или два поколения. Не случайно объявлен Год литературы. Что, на ваш взгляд, необходимо сделать за этот год?


— Мне кажется, неплохо бы возродить полноценные читательские конференции. Вывести их за пределы библиотек, превратить в яркие события. И, конечно, максимально увеличить количество уроков литературы. Детей нужно увлечь, а не натаскивать на формальную сдачу ЕГЭ. По большому же счету наша большая беда — потеря исконного уклада русской жизни, в которой книга, разговоры о книгах между взрослыми и детьми занимали особое место.


— Диагноз невеселый...


— Нет, нет, я оптимист. Я никогда не теряю веры и надежды. Вопреки болезням, невзгодам, утратам. Только так и можно жить и выжить. Этим моим опытом мне и хочется поделиться с читателями.

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Понедельник, 23 октября 2017 г.

Погода в Липецке День: -2 C°  Ночь: C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Занавес!

Евгения Ионова
// Культура

Бегущая по волнам

Евгения Ионова
// Культура

Покровские традиции

Евгения Ионова
// Культура

Когда душа хочет праздника…

Наталья Сизова
// Культура

«Союз нерушимый» для маленьких и больших

Наталья Сизова
// Здоровье
Даты
Популярные темы 

Не тяни резину

Марина Кудаева // Общество

Без права на ошибку

Ольга Журавлева // Общество

Встречайте циклоны с Атлантики

Александра Панина // Общество

Партпроекты работают на опережение

Михаил Зарников // Общество

Шитье по воздуху

Ольга Журавлева // Общество

Интернет – проще сбыта нет!

Михаил Зарников // Экономика



  Вверх