lpgzt.ru - Общество Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
8 мая 2015г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Общество 

«Потомки солдат Победы помнят...»

08.05.2015 "Липецкая газета".
// Общество
Коллаж Николая Черкасова

По закону благодарной памяти


Кто мог подумать в мае 1945-го, что через семь десятков лет потомкам победителей выпадет на долю защищать подвиг дедов и прадедов, отстаивать правду о Великой Отечественной. Сегодня наша страна испытывает беспрецедентное давление тех, кто хочет вытравить из памяти человечества всё, что совершили народы Советского Союза в смертельной схватке с фашизмом. Мало того, недруги не жалеют «патронов, снарядов и бомб» в развернутой ими информационно-пропагандистской войне, стремясь убить память и самих россиян, прежде всего молодых.


Чтобы выдержать этот напор, эту агрессию нигилизма, нам всем надо действовать, а не наблюдать, надо сопротивляться эпидемии беспамятства. И сегодня как раз настал черед молодых взять на себя этот нелегкий для души и духа труд.


Собственно, именно ради этого редакция «Липецкой газеты» и объявила без малого полтора года назад конкурс под девизом «Потомки солдат Победы помнят». Это было в канун Дня защитника Отечества. Мы предложили читателям рассказать на страницах нашего издания о родных, близких, быть может, соседях, знакомых, кому довелось пережить ту войну, кто сражался с врагом на передовой или работал, не покладая рук, в тылу. Первый этап конкурса был завершен к 9 мая 2014 года. Второй длился до 23 февраля 2015-го. А итоги третьего подводятся сегодня, когда страна отмечает семидесятилетний юбилей Великой Победы.


Ряд рассказов, присланных нашими читателями (подчеркнем: как мы и рассчитывали, в первую очередь, молодыми), уже был опубликован. Это биографии ветеранов войны, записанные с их слов или восстановленные по сохранившимся документам, письмам с фронта, воспоминаниям родственников. Их авторы подошли к делу неформально, постарались найти незатертые слова, уловить подробности происходившего с героями этих маленьких зарисовок в «сороковые, роковые».


И вот в праздничном номере редакция печатает наиболее яркие, эмоциональные материалы конкурсантов. А заодно мы называем имена лауреатов и призеров. Но, думается, суть этого литературно-исторического марафона не в том, кто поднялся на высшую ступеньку условного пьедестала почета. Главное — читательская активность показала: патриотическое чувство — не пустое словосочетание для нового поколения. Пусть не у всех, но у многих в сердце живет признательность фронтовикам, раздавившим коричневую гадину. И тот самый труд души и совести, который именуется памятью, им по силам.


Пол-Европы прошагали, пол-Земли


За время, пока длился конкурс, в редакцию поступило более двухсот рассказов о близких и дорогих фронтовиках, о земляках, защищавших нашу Родину от фашистов. Сразу два письма пришло из села Панино Добровского района. Девятиклассник Александр Радомиров поделился воспоминаниями о трех своих прадедах, которых война застала совсем молодыми.


Один из них, Николай, в 16-летнем возрасте был угнан в Германию и всю войну провел в рабстве. После об этом времени он не любил говорить. Когда речь заходила о войне, он замолкал и закуривал самокрутку. Другой, тоже Николай, служил в военно-воздушных войсках и погиб под Смоленском. Третий, Алексей, на войну ушел добровольцем. Отважный пехотинец, награжденный множеством орденов и медалей, и после войны долго носил начищенные до блеска кирзовые сапоги, армейские штаны и гимнастерку. Прадеды не дожили до рождения правнука. О них мальчику рассказал его отец.


Одноклассница Александра Радомирова, Арина Крючкова, тоже не знала своего прадеда, Ивана Ивановича Стрижова, который до войны работал начальником железнодорожной станции в Иркутской области. Имея бронь, он не раз ходил в военный комиссариат с просьбой отправить его на фронт и всякий раз получал отказ. На передовую он попал в составе штрафбата.


— Беда в дом пришла неожиданно, — пишет Арина. — Какое-то время на станции стояла цистерна со спиртом. Когда груз дошел до пункта назначения, оказалось, что спирта не хватает. Наказали начальника станции. Тот факт, что поезд останавливался и в других местах, что цистерна не была опломбирована, никого не волновал. Деда отправили на передовую в штрафной батальон, входивший в состав дивизии под руководством генерала Рокоссовского.


К штрафникам отношение было особое — их не жалели и бросали на самые опасные участки фронта. Они всегда были в гуще событий. Прадедушка пешком прошел пол-Европы, дошел до Берлина, участвовал в освобождении концлагеря «Освенцим». Моя мама была еще маленькой девочкой, когда ее дедушка рассказывал внукам о войне. Он не мог без слез вспоминать о наших военнопленных. Навсегда в памяти мамы остались мужские слезы, катившиеся всякий раз по морщинистой щеке деда, и ясные глаза старика, устремленные в даль воспоминаний…


9 мая 1945 года мой прадедушка был в Берлине, расписался на Бранденбургских воротах. Мой дедушка Боря, бабушкин брат, когда служил в армии в ГДР в 1955-1958 годах, видел роспись своего отца-победителя.


Бережно хранят историю, связанную с Отечественной войной, и в семье студентки Лебедянского торгово-экономического техникума Татьяны Ковыряловой, которая рассказала нам о прадедушке, Серафиме Ивановиче Голубеве. Он прошел славный боевой путь от Смоленска до Кёнигсберга. Из-за серьезного ранения и контузии встретил Победу в госпитале.


— В декабре 44-го советские войска подошли к Кёнигсбергу. Полк, в котором служил Серафим Иванович, стоял неподалёку от деревни Котово, — описывает правнучка один из военных эпизодов. — Рота Голубева вела бои за освобождение населённого пункта от фашистов. Бои были упорные и длились несколько дней. Уже погиб ротный, а один из полков дивизии попал в окружение. Провиант закончился, силы были на исходе. Старший сержант Голубев вызвался помочь. Командование назначило его командиром отряда, который должен был доставить нашим бойцам провиант и боеприпасы. Взвалив на себя рюкзаки, добровольцы отправились через поле к окружённому полку. Где шли, а где ползли. Выполнив задание, на обратном пути отряд нарвался на засаду, устроенную немцами на дороге. В короткой схватке фашисты были уничтожены, а троих немцев захватили в плен. Отряд благополучно вернулся к нашим. Так Серафим Голубев заслужил воинское звание гвардии старшины.


Татьяна гордится прадедом, награжденным за ратные подвиги орденами Красной Звезды и Отечественной войны I степени и многочисленными медалями. Имя ветерана хорошо известно землякам, потому что и в мирное время он немало потрудился на благо родной Лебедяни. Серафим Голубев работал электриком в Лебедянском городском Совете, директором Кураповской газовой электростанции, главным энергетиком Лебедянского машиностроительного завода, мастером производственного обучения и преподавателем электротехники СПТУ № 7. Обладая творческой натурой, Серафим Иванович ставил любительские спектакли и стал инициатором создания районного хора ветеранов.


Подготовила Ольга Шкатова.



Бедовый мальчишка Маршал


Мне было 8 лет, когда в июне 41-го к нам в город Раненбург из подмосковной Сходни приехала бабушкина сестра Анастасия Евдокимовна. Она так интересно рассказывала о Москве, что мне очень захотелось увидеть всё своими глазами. Я стал просить Анастасию Евдокимовну взять меня с собой, а маму — отпустить хоть на недельку.


К этой просьбе они отнеслись с пониманием, и 20 июня мы прибыли на Павелецкий вокзал, а через пару часов уже были на месте. Дом, где жила Анастасия Евдокимовна, находился в прекрасном сосновом бору, спускавшемся к небольшой речушке Сходне.


Не терпелось скорее попасть в Москву. Утром 22-го июня мы уже гуляли по Красной площади. Любовались её красотой и величием. Сказочным видением в небесной синеве казались купола собора Василия Блаженного.


На площади было много людей, никто никуда не спешил. Незаметно проходило время. Ничто не предвещало беды. Как гром среди ясного неба из громкоговорителей раздалось обращение Молотова к народу Советского Союза: «Сегодня в 4 часа утра… германские войска напали на нашу страну… Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами».


Мне показалось, что всё на миг замерло. Потом люди куда-то заспешили. Мы вернулись домой. Анастасия Евдокимовна сокрушалась: «Как мне вернуть тебя к матери? Ведь билетов не достать. Ладно, поживёшь пока со мной, а там видно будет». Я старался помочь бабе Насте в ее заботах о хлебе насущном: бегал на рынок и в магазины, собирал для самовара сосновые шишки и даже ловил пескарей. Не забывал забегать на железнодорожную станцию. День и ночь через неё безостановочно шли воинские составы, заметно сбавляя ход у вокзала.


С фронта поступали тревожные вести. Война была уже рядом. В лесу, недалеко от дома выстроили бомбоубежище. Участились сигналы воздушной тревоги. По ночам вражеские самолеты на большой высоте с жутким надрывным воем летели бомбить Москву. Яркие лучи прожекторов находили стервятников, брали их в перекрёсток, и тогда начинали работать зенитки. Осколки зенитных снарядов градом пронзали землю, срезая ветви деревьев. Приходилось отсиживаться в бомбоубежище. Осенью там стало сыро и холодно. Хотелось скорее вернуться домой. Мама засыпала нас письмами. Просила Анастасию Евдокимовну как-нибудь отправить меня в Раненбург. Вернуться в родной дом удалось только в октябре. В школу я уже не попал.


За мое отсутствие многое изменилось. В город прибывали воинские части. Через станцию Раненбург проходили составы с эвакуированными детьми, санитарные поезда, платформы с военной техникой: танками и орудиями. Недалеко от дома в корпусе районной больницы был развёрнут военный госпиталь. Мама пошла работать туда санитаркой.


Скоро к нам поселили десять девушек-связисток. Спали рядком на полу. Было очень тесно. Одна из них, Ирина, уезжая на фронт, оставила на память свой форменный голубой берет и долго писала нам.


Во всех уголках страны собирались средства для оказания помощи фронту, отправлялись посылки с тёплыми вещами и подарками бойцам.


Война продолжалась, жить становилось всё труднее. Особенно в холодные зимние дни и ночи. В нашу семью пришли три похоронки — погибли братья моей мамы: Николай, Василий, Валерьян — все Николаевичи, Архангельские. Николай погиб на западной границе, успев послать прощальное письмо, случайно до нас дошедшее. Василий был тяжело ранен и в 1942 году находился в Новосибирском госпитале. По возвращении на фронт погиб в 1943 году. В этом же году не стало и Валерьяна — сражался на Курской дуге.


Чтобы выжить, приходилось ходить на станцию за углём. Там я и познакомился с Виктором — детдомовским парнем лет тринадцати. Приютила его одинокая бабушка Лиза, сын которой сражался на фронте. При знакомстве он сказал: «Зовите меня просто — Маршал». Сначала мы смеялись над этим, потом привыкли: Маршал, так Маршал. Отчаянный был парень, ничего не боялся. На ходу пыхтевшего на подъёме поезда он забирался на платформу и сбрасывал драгоценные для нас куски антрацита.


Для нас, сорванцов, Виктор был непререкаемым авторитетом. Благодаря ему мы не так голодали. Он запросто мог подойти к вагону-кухне, завести разговор с поваром, добыть что-нибудь поесть.


Все дни наш Маршал обитал на станции, встречая и провожая поезда, как будто ждал и искал кого-то. В один из осенних дней 1943 года мы проходили с ним вдоль прибывшего состава. В конце поезда в товарном вагоне перевозили лошадей. В раскрытых дверях этого вагона стоял солдат. Вдруг раздался крик: «Витя! Сынок! Как ты оказался здесь? Давай сюда, скорее». Отец протянул руки и подхватил мальчика. Поезд тронулся. Мы не успели проститься. Мне было обидно до слёз потерять такого друга.


Не сразу я пришёл в себя и только на следующий день сообразил, что надо рассказать обо всём бабушке Лизе. Она перекрестилась, сказав: «На всё Его Господня воля, видно Господь и помог ему отыскать своего батюшку».


Шло время. Наступил 1944 год. По радио стали передавать радостные вести об освобождении нашими войсками городов Украины и Белоруссии. Я по-прежнему бегал на станцию. Там было интереснее. Иногда воинский эшелон задерживался. Из него выходили музыканты. Военный оркестр играл вальсы, под которые кружились солдаты с прибежавшими на звуки музыки девушками. Обменивались адресами.


Раздавалась команда «По вагонам!», и перрон пустел. Жизнь продолжалась в ожидании скорого окончания войны.


Вениамин Мароков, историк-архивист, г. Липецк.


Версты полковника Назарова


Фронтовая биография полковника авиации Павла Назарова началась в октябре 1944 года, когда советские войска, освободив Прибалтику, западную Украину и Восточную Европу, уже перешли границу Восточной Пруссии.


Девятнадцатилетний Павел Назаров после окончания Челябинского военно-авиационного училища был направлен на 3-й Белорусский фронт в качестве штурмана и правого пилота экипажа самолета Ли-2. В задачи экипажа входили снабжение продовольствием и боеприпасами партизанских отрядов, действовавших в тылу врага, доставка плит для строительства за линией фронта посадочных площадок для штурмовиков и истребителей по мере продвижения наших войск. Не раз приходилось бомбить передовую линию противника в процессе подготовки наступательных операций.


Огромную роль сыграла военно-транспортная авиация и в разгроме японских войск в августе 1945 года.


По воспоминаниям полковника Назарова, летать приходилось в тяжелейших погодных условиях, радиолокационное обеспечение при этом полностью отсутствовало. Горный хребет Хинган танковые части преодолевали под проливными дождями с грозой. Самолетами доставляли горючее для танков и десант. Чтобы летчикам было легче ориентироваться, танкисты выстраивали на земле из машин огромную букву «Т».


Японцы, считавшие Большой Хинган непроходимым для тяжелой техники, были буквально ошеломлены, увидев у себя в тылу советские танки. А китайцы, когда танковые части, одновременно с высадкой советского десанта, вошли в Мукден, радостно кричали, что машины «упали с неба».


Аэродром Мукден, где в это время находился последний император Маньчжоу-Го Пу И, которого должны были вывезти в Японию, был захвачен практически без боя. Только нескольким японским летчикам удалось поднять свои самолеты. Взмыв в воздух, один из японских истребителей атаковал наш самолет.


— В нем потом насчитали 62 пробоины. А второй самолет произвел «воздушное харакири» — врезался в землю метрах в десяти от одной из наших машин. Высадкой десантов нашего полка была освобождена Маньчжурия, Северная Корея, Порт-Артур и множество других городов. На обратном пути мы забирали раненых, которых доставляли в тыл, в госпитали, — вспоминает Павел Павлович.


В Северной Корее, в Пхеньяне, авиационный полк, в котором служил Назаров, поступил в распоряжение высшего командования для выполнения особых задач на освобожденных от японцев территориях. В качестве штурмана на американском самолете С-47 Назаров летал вместе с командующими генерал-полковником Людниковым, генералом Белобородовым, начальником штаба Забайкальского фронта генералом Захаровым. Приходилось возить и маршала Монгольской Народной Республики Чойбалсана, а также президента Северной Кореи Ким Ир Сена.


За успешное выполнение заданий, дисциплинированность и личное мужество Павел Назаров был не раз отмечен благодарностями командования и боевыми наградами, а после войны продолжил службу в военной авиации, в частности на Липецком военном аэродроме.


Ирина Вишнева, г. Липецк.


Смерть пощадила бойца


Во время войны всякое бывало. Случилось так, что мать Алексея Тарасова, Александра Ивановна, получила извещение о гибели сына. На фронт Алексея призвали в марте 1943 года. Уже в октябре 1944-го выпускник Моршанского стрелково-миномётного училища младший сержант Тарасов был назначен командиром отделения связи 29-го гвардейского артиллерийского полка. И вдруг такое страшное известие. Чуяло материнское сердце, что жив её Алёша, потому и не поверила Александра Ивановна в его смерть.


— Я хочу видеть своего сына! — твёрдо заявила она хворостянскому военкому. — Не верю я этой бумажке. Живой мой сын. Сделайте запрос, пусть приедет хоть на один день.


— Вы в своём уме? — возмутился военком. — Как это я могу с фронта сына вернуть на один день? Кто мне такое позволит?


— Сын, возможно, после ранения находится в каком-то госпитале, — настаивала на своём Александра Ивановна. — После лечения на два дня могут отпустить раненого домой.


Делал ли запрос военком в ту воинскую часть, где проходил службу Алексей Тарасов или нет, но сын через некоторое время прибыл домой. Мать сажала картошку на огороде, когда он подошел и поздоровался.


— Так ты же умер, Алёша! — прошептала она в изу­млении.


— Что ты, мама? Вот я живой и здоровый, — ответил сын.


Когда мать показала извещение о его гибели, Алексей не удивился: такое на фронте часто случалось. Санитары подбирали раненого — и в госпиталь. Если при перекличке не оказывалось кого-то в строю, значит, и в живых его нет. Так вот случилось и с Тарасовым. Свою историю он не раз рассказывал после войны односельчанам и школьникам, приглашавшим ветерана на традиционные встречи в преддверии Дня Победы.


Служить Алексею Тарасову довелось целых семь лет. Связист на войне — человек незаменимый. Ожесточённые бои шли на Карпатском хребте. Во время Карпато-Ужгородской операции в октябре 1944 года войска 4-го Украинского фронта во взаимодействии с 1-м Украинским разгромили противника в Восточных Карпатах и вышли в район Ужгорода и Мукачева. В ходе операции наши солдаты освободили от врага не только советскую территорию, но и Западную Украину, и часть Словакии.


— В жесточайших схватках я снова был ранен и сильно контужен, лишился слуха и речи. Очень переживал из-за этого: кому я такой нужен? — вспоминал ветеран. — Даже попросил товарища по палате раздобыть для меня гранату, чтобы уйти из жизни. Тот понял мои жесты и боеприпас доставил. Но наш тайный замысел разгадала медсестра. И гранату забрала, и меня в другую палату перевела. Со временем контузия затихла, возвратились слух и речь.


После долгожданной Победы сержанту Тарасову пришлось ещё два года воевать с бандеровцами. Когда в 1950 году он демобилизовался из армии, его грудь украшали боевые награды — орден Красной Звезды, ордена Отечественной войны 1-й и 2-й степеней и медаль «За отвагу». После войны ему вручили медаль «За победу над Германией».


Вернувшись домой, Алексей Иванович стал обучать сельских ребят военному делу. Хворостянский военком, оценив работу Тарасова, направил его преподавателем физической культуры в Богородицкую школу. Этой работе Алексей Иванович посвятил более двадцати лет жизни. Позднее, переехав в родное село, ветеран трудился завхозом в местной школе и активно участвовал в патриотическом воспитании молодежи.


Николай Путилин, село Хворостянка Добринского района



Коси, коса, пока роса...


Наш народ действительно непобедим. Я об этом говорю на примере самого близкого человека — моей матери Поляковой Ксении Семеновны.


Начавшаяся 22 июня 1941 года война круто изменила ее личную жизнь и жизнь всей нашей семьи. Отца сразу же призвали в армию. Мне было всего два года, поэтому я смутно, как в тумане, представляю его образ.


В возрасте 34-х лет мать осталась с тремя малолетними детьми. Через два года пришла «похоронка» на отца. Рассчитывать, как прожить, было не на кого. Моя деревня находилась в пяти километрах от села Больше-Попово, где сейчас Лебедянский сахарный завод. Насчитывалось в ней всего 30 дворов. Так вот на 22-х жителей пришли такие же «похоронки». Мужского населения практически не осталось.


Все заботы о семье, о делах колхоза легли на плечи таких же женщин, как моя мать. Сельскохозяйственной техники не было. Пахали на волах. Сеяли вручную. На повозках вывозили зерно в райцентр за 20 километров, работали круглосуточно.


В нашей семье сохранился уникальный документ 1944 года. Выданное районной властью удостоверение «Лучшему косцу Лебедянского района». Сегодняшнее поколение вряд ли представляет, что такое скосить вручную зерновых, в основном рожь, высотой до 1,5 метра в количестве 15 гектаров. Я прикинул. Это площадь примерно размером в две улицы Интернациональная и Ленина вместе взятые.


По прошествии лет вспоминаешь военные и послевоенные годы и думаешь, что двигало людьми. Слава, почет, какая-то корысть? Ведь по сути они ежедневно совершали хоть маленькие, но подвиги. Думается, что людьми двигало чувство долга перед страной, перед своей маленькой родиной, чувство личной ответственности. Когда близкие погибали на фронтах, труженики тыла не могли поступать иначе.


Александр Поляков, г. Липецк.


С высоты птичьего полета


С каждым годом число участников Великой Отечественной становится все меньше и меньше. Нет в живых и нашего земляка, ветерана Кононова Андрея Сергеевича, вернувшегося с фронта целым и невредимым. Но в семье его сына, Николая Андреевича и Надежды Фёдоровны Кононовых, до сих пор бережно хранятся два альбома фронтовика-аэросъемщика.


Он рос пытливым и сообразительным мальчишкой, играл в оркестре, рисовал, но получить образование детям купца в Советской России было невозможно. Вместе с братьями Андрей помогал по хозяйству, освоил несколько ремёсел. Изучив не очень распространённое в те времена фотодело, оказался востребованным в уездном Задонске. 25-летним ушел на фронт на второй день войны.


Специальность фотографа очень пригодилась ему с первых дней на аэродроме под Орлом. Каждый щелчок затвора его фотоаппарата «стрелял» по врагу. География его снимков — от Ельца до Берлина, а это Брянский, Воронежский, Первый Украинский фронты…


Андрей со своими товарищами занимался на войне опасным делом — фоторазведкой. На лёгких самолётиках У-2 (их фашисты называли «руссфанер») над позициями врага они снимали ландшафт, военные объекты, словом, помогали командованию разрабатывать стратегию и тактику боевых действий.


Листая страницы военных фотоальбомов Андрея Кононова, мы переживаем ужасы той страшной войны. Вот снимки, сделанные с небольшой высоты: железнодорожный мост, среди копёнок сена полевой аэродром, лоскуты пашни и пятна зелёных массивов... Одна из страниц получила название «Прерванный полёт». Посвящена она Герою Советского Союза Юрию Горобко, погибшему в 1942 году. Сопровождать командира в том полёте должен был старшина Кононов. Лишь по случайности Горобко взял с собой в полёт другого аэросъёмщика.


Самолеты летали на небольшой высоте, это позволяло делать точные фотокопии местности. Но разведчики сильно рисковали: сбить У-2 с земли можно было даже автоматной очередью. Однажды уже после съёмки подбитый самолёт стал падать. Удар о землю смягчили деревья. Кононов с пилотом с трудом выбрались из горящей машины за считанные минуты до ее взрыва. Но отснятые плёнки были доставлены в штаб вовремя. Данных фоторазведки ждали всегда с нетерпением, часто на стол командования ложились еще мокрые снимки.


Документальные кадры, сделанные Кононовым, отражают не только военные события, но и фронтовой быт. Без них не было бы полной правды о войне. На одном из них двое бойцов распиливают толстенное бревно, неподалеку третий машет топором, а перед объективом — пожилая женщина, повязанная платком, держит в руках поленца наколотых дров. На другом двое солдат сидят на берегу пруда и ловят удочками-хворостинками рыбу. А вот целая серия снимков по названием «Проводы сержанта Шершнёва в отпуск в Москву». И еще одна совсем не фронтовая фотография. На ней — свадебное застолье и надпись «Жизнь продолжается, Петроченко женится, а мы танцуем». И кажется, нет войны, но, переворачивая страницу, видишь ­— вот она, страшная и беспощадная: разбомблённый Воронеж, бои под Ельцом, военная дорога Воронеж—Задонск, немецкое кладбище в Кольцовском сквере в Воронеже, состоящее из одних могильных крестов. А рядом подпись: «Немецкие захватчики пытались захватить нашу землю. Это расплата».


Андрей Кононов сумел передать и последние дни и часы великой трагической битвы с фашизмом: разбомблённый рейхстаг, маршал Жуков на его ступенях, знаменитая надпись «Мы из Ельца». Это уникальные и редчайшие снимки.


Вернулся с войны Андрей Сергеевич только осенью 1945 года. О том, какой непростой была его фронтовая жизнь, говорят награды — орден Красной Звезды, медали «За боевые заслуги», «За взятие Берлина», «За победу над Германией», «За оборону Москвы». Сегодня и они являются достоянием его потомков.


А я, родившаяся через много лет после окончания вой­ны, задаюсь вопросом: всё ли мы знаем о страшных временах, знаем ли действительную цену Победы и сможем ли сохранить ее значимость для будущих поколений?


Олеся Кононова, г. Задонск


Он погиб подо Ржевом…


Липчанка Александра Огурцова родилась в конце 1941 года. Вовсю гремела война. Фашисты остервенело рвались к Москве, подбирались к Волге, осаждали Ленинград. Наши войска отступали, сдерживая мощный натиск врага и накапливая силы для сокрушительного удара.


На Калининском фронте воевал ее отец Иван Федорович Чернышов. Смело бил неприятеля, не раз был ранен, отмечен боевыми наградами. Фронтовая биография его была недолгой. В конце 1942-го боец Красной Армии Иван Чернышов погиб, получив тяжелое ранение в одном из сражений подо Ржевом. Многие годы Александра Ивановна пытается разыскать могилу отца. Отправляла запросы в разные инстанции, но отовсюду получала отказ. Только из военного архива города Подольска дали ответ: «Умер от ран 15 декабря 1942 года. Место захоронения неизвестно». Накануне Дня Победы она принесла в редакцию грустное, но очень теплое письмо, в котором рассказала о своем отце ­— фронтовике Иване Чернышове.


«Я никогда не видела отца, знаю его только по фотографиям и рассказам мамы, старших братьев и сестры. Со слезами перечитываю отцовские письма с фронта. Вот пожелтевший фронтовой треугольник со словами, полными отцовской любви и заботы о жене и детях. В нем он писал: «Здравствуйте, дорогие супруга Аксинья, малютка Шура, сыночки Вася, Коля, Лёня, доченька Наталья. Я жив, здоров, воюю на Калининском фронте.


Бьем фашистов, стараемся остановить их продвижение в глубь страны. Если фронт будет приближаться к вам, то никуда не уходите, не покидайте родного дома, чтобы не растерять деток, как это бывает при эвакуации. Выкопайте в огороде землянику, заложите ее слегами в два наката, обмажьте глиной, сверху засыпьте землей. Обязательно сделайте лестницу, запаситесь водой, продуктами. Во время бомбежек укрывайтесь в этой землянке».


Мама и старшие братья выполнили наказ отца, вскоре укрытие было готово. Свои письма он заканчивал словами: «Враг будет разбит, и мы снова будем вместе». Но встретиться нам не пришлось.


Отец лежал в госпитале с ранением, с пулей в ноге был вновь отправлен на передовую. В конце сорок второго умер от ран. Отцу тогда было сорок два года. У него были больше планы на жизнь после войны. Он собирался строить новый дом, выучить и вывести в люди четырех сыновей и двух дочерей, мечтал работать на земле. Ведь до войны он был бригадиром колхоза «Красное знамя» Грязинского района. Его ценило руководство, уважали колхозники за трудолюбие, отзывчивость, желание помочь людям. Я горжусь своим отцом, помню его и стараюсь быть достойной наследницей его добрых дел. Мечтаю поклониться его могилке, но не знаю, где он погребен. Буду благодарна, если кто-либо поможет мне отыскать хоть какие-то сведения от отце».


Подготовил Николай Васильев, г. Липецк.



Судьбы её весенние года


О самой кровопролитной в истории человечества войне — Великой Отечественной — я знаю из рассказов своих родственников, книг и исторических передач, которые смотрю с большим интересом. Трагические события 1941—1945 годов до сей поры отзываются эхом в сердцах миллионов людей, потому что война накрыла своим чёрным крылом каждый дом, каждую семью. Мои прадеды тоже принимали участие в боях за освобождение нашей Родины от фашистских захватчиков. Об одном из них я уже писала в «Липецкую газету». Это Николай Фёдорович Карасёв, миномётчик, который дошёл до Берлина, мастерски играл на гармошке. Но победа, как мы знаем, ковалась не только на фронте, но и в тылу. И даже те, кто тогда не по своей воле были вдали от Родины, преодолели тяготы и унижения, потому что в их душах жила надежда на победу и скорое возвращение домой…


Я хочу рассказать о своей прабабушке Зинаиде Петровне Захаровой, на годы юности которой как раз и пришлось огненное лихолетье. Она родилась в 1927 году в Славянске Донецкой области Украины, прожила 59 лет, вырастила трёх дочерей — Тамару, Нелю и Нину. Нина, моя бабушка, живёт теперь вместе с нами в Измалково — из-за военного конфликта на юго-востоке Украины она и другие мои близкие родственники были вынуждены покинуть свою малую родину.


На новогодних каникулах я и бабушка Нина пересматривали старый семейный альбом, в котором с пожелтевших от времени фотографий смотрит на меня совсем еще юная моя прабабушка Зина. На фото ей лет 25, только что закончилась война... Воспоминания о ней бабушка пронесла через всю свою жизнь и многое поведала своим дочерям.


25 октября 1941 года Славянск был оккупирован немецкими захватчиками. Бои за его освобождение продолжались в течение двух лет с переменным для советских войск успехом. Все мужчины ушли на фронт, ушёл и мой прапрадед Пётр, оставив дома жену и двух дочерей. Больше они не виделись: Пётр Захаров погиб в боях под Орлом. Во время вторичной оккупации Славянска, летом 1943 года, немцы стали насильно отправлять крепких и здоровых молодых людей из числа даже подростков на принудительные работы в Германию — на заводы и фермы. Не обошла стороной эта участь и мою прабабушку. Ей было тогда 16 лет.


Немцы устраивали облавы в деревнях и лесах. Младшую сестру прабабушки, Валю, мать спрятала на сеновале, а Зину не успела. Подружка тоже оказалась хитрее. По чьему-то совету натёрла она подмышки крапивой, в результате чего кожа покрылась волдырями и поднялась температура. Немцы сочли её за больную и отпустили, а прабабушку отправили в Германию.


Как она рассказывала после, везли их в деревянных товарных вагонах. Было холодно, голодно и страшно. Находились отчаянные смельчаки, которые снимали доски с пола, прыгали на рельсы, рисковали жизнью. По тем, кто бежал, немцы открывали огонь из автоматов. Лишь единицам удалось скрыться в посадках. В Германии прабабушку отправили работать на ферму к богатой немецкой семье. Она ухаживала за скотом, делала всю грязную работу, недосыпала. А ведь прабабушка была маленького роста, худенькая и совсем ещё юная. Немка-хозяйка позволяла себе жестокие развлечения, особенно после того, как под Сталинградом погиб её сын. Намажет, бывало, хлеб маслом сливочным и спрашивает: «Зина, Зина, будешь?». Бабушка, голодная, кивнёт, протянет руку, мол, буду, а немка тут же бросала этот хлеб собаке и смеялась…


Но моя прабабушка испытания выдержала, потому что верила в победу нашей армии и очень хотела вернуться на Родину. А когда наступил долгожданный победный май и русские войска взяли Берлин, многих пленных освободили наши союзники. Казалось бы, всё наконец-то закончилось. Но Иосиф Сталин — руководитель СССР — отказался забирать советских людей обратно, назвав их предателями Родины. То поселение, в которое увезли на работы мою прабабушку, освобождали американцы. Именно они в этот переломный момент предложили русским пленным уехать вместе с ними. Многие так и сделали. Но прабабушка Зина не теряла надежду, и вскоре у неё представилась возможность вернуться в родной Славянск.


Великая Отечественная война закончилась, люди привыкали жить под мирным небом, отстраивали города и сёла, заводы и фабрики, налаживали свой быт, но страх ещё долго не выпускал их из своих объятий. Нелегко пришлось моей прабабушке и в послевоенные годы. Строго-настрого наказывала она своим дочерям не проговориться в школе о том, что была их мать в плену на работах в Германии…


Я не видела свою прабабушку, но знаю, что была она хорошим, добрым человеком, умела ценить то, что есть, и радовалась жизни. Её фотографии я буду бережно хранить и расскажу о ней потом и своим детям.


Ирина Мирошниченко, ученица 8«б» класса Измалковской средней школы № 1




P.S. А теперь пришло время назвать лауреатов нашего конкурса. С точки зрения редакционного жюри, работы именно этих авторов оказались наиболее интересными, вызвавшими широкий читательский резонанс. Это Ирина Мирошниченко, восьмиклассница Измалковской средней школы № 1, ученица 9 класса средней школы села Панино Добровского района Арина Крючкова и коллектив историко-краеведческого клуба «Поиск» грязинской школы № 2, которым руководит учитель истории и краеведения Серафим Соколиков.


Победителей мы ждем в редакции «Липецкой газеты» (г. Липецк, ул. Московская, 83) для вручения призов. Дата и время будут определены позднее.

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Понедельник, 25 сентября 2017 г.

Погода в Липецке День: +15 C°  Ночь: +5C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 
Даты
Популярные темы 

«Лабиринт» для умников

Ольга Журавлева // Образование

Тепло сентября

Александра Панина // Общество

Золотые руки плюс светлые головы

Владимир Петров, petrof2332@yandeх.ru // Экономика

«Что мы натворили!»

// "Липецкой газете" - 100 лет

Красная шапочка из ВАловского Кавказа

Александр Гришаев // Общество

Сладкая страда – идем на рекорд

Михаил Зарников, фото автора // Сельское хозяйство



  Вверх