lpgzt.ru - Общество Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
6 мая 2015г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Общество 

Так бывает в дни войны… (фото)

06.05.2015 "ЛГ:итоги недели". Ольга Головина
// Общество
Фото Сергея Литаврина

Лётчик Иван Песоцкий награждён медалями «За оборону Сталинграда», «За боевые заслуги», «За оборону Севастополя», «За оборону Москвы», «За взятие Вены», «За взятие Будапешта» и «За победу над Германией». Ивану Николаевичу Песоцкому девяносто пять. Несколько лет назад он решился на мемуары.


ФОТО


– Вот, читайте, тут вся моя жизнь, – протягивает он мне обычную ученическую тетрадь. – Хотя что читать: и так всё ясно – война да труд – вот она, моя судьба.


На пожелтевших страницах неуверенным почерком написано о том, что было: скитания, лишения и страшные бои. Память всё бережёт. Взрывы бомб, гул самолётов, автоматные очереди и даже запах смерти. Как будто вчера…


Я мальчишка беспризорный…


Революция 1917 года расколола всю Россию на два лагеря. Прошлась она и по семье Песоцких… 


В своей тетрадочке Иван Николаевич пишет так: «Отец и Гавриил ушли к красным, два других брата, Степан и Андрей, к белым. Общались между собой мало. Но в семейном архиве сохранилось их фото. Я часто спрашивал маму: «В каком году я родился?». Она отвечала: «Когда Колчак проходил». В нашем Кустанайском крае, где тогда жила семья, эти события случились в 1919–1920 годах. (В документах Ивана Песоцкого дата рождения записана 15 июня 1921 года.Прим. автора). Пришли колчаковцы, сожгли полдеревни, убили немало мужчин. Огонь остановился в двух домах от избы Песоцких. Мать схватила ребятишек и спряталась в погребе. Там Иван и родился…


– Помню, что всё детство мы кочевали, искали лучшую жизнь, – вспоминает Иван Николаевич. – В 1927 году брат отца Гавриил написал письмо и позвал на Алтай, сказал, мол, у них там неплохо живётся. Родители всё бросили и пустились в дальнюю дорогу. Но до брата не добрались, остановились в коммуне «Юный строитель». Отец, Николай Кузьмич, устроился работать, и вскоре они с мамой вступили в партячейку. 

Им дали дом-пятистенкок – хоромы, в которых кулаки жили, с мельницей в придачу. Такого добра Песоцкие отродясь не видели. Взрослые в колхозе с утра до ночи, старший брат Николай начал ходить в школу рабочей молодёжи, а Иван посещал ликбез. Но куда больше грамоты и арифметики его интересовал коммунарский трактор «Фордзон». Так хотелось приручить большую машину, но ни роста, ни сил не хватало, чтобы сесть за рычаги. Пришлось заняться самым простым делом – пойти пастухом. Отец сказал: «Ваня, будешь хорошо свиней пасти, куплю к школе костюм, штиблеты и картуз». А степь алтайская – без конца и края. Как семилетнему пацану восемьдесят голов укараулить? 


– Я тогда так ловко на лошади научился ездить, хоть в цирк на представления отправляй: и стоя, и боком, и с переворотами, – смеётся Иван Николаевич. – А в школу пошёл в станице Карасу Кемеровской области. И сразу – в третий класс, потому что по возрасту подходил. Потом был два года в пятом, один раз в шестом. На этом, пожалуй, мои университеты и закончилось. Батька надумал ещё один переезд, махнули в какую-то деревню под Новосибирском, кажется, Зубовка называлась. Помню, ходили там на Томь рыбу ловить. Однажды увидел родник, подошёл воды попить, а вместе с водой вылетают какие-то кусочки. Собрал их в платочек, отцу отнёс, тот куда-то на анализы отправил. А через много лет узнал, что на этом месте построили алюминиевый завод.


Очень хотелось соединиться Николаю Кузьмичу с братом. На дворе стоял 32-й год, а не виделись они с самой Гражданской. Колхоза в станице Промышленной не было, Гавриил с семьёй жили единоличниками. Отправились Песоцкие в дорогу. Пожитки на бричках везли. А Иван проедет немного, да бегом за повозкой бежит, чтобы лошадям не тяжело было, да и сам не замёрз. В тёплые одежды Кузьму укутали. Малыш родился совсем недавно. Так и добрались потихоньку.

Учиться дальше Иван не стал, поступил в подмастерье к местному портному: распарывал одежду, а мастер перелицовывал её. Бывали заказы на костюмы и даже шапки. Ремесло это на всю жизнь пригодилось Песоцкому. Уже на пенсии он торговал шапками собственного производства.


Однажды шестнадцатилетний Иван отправился в лес за дровами. Нарубил березняку, сложил всё в сани. Вернулся домой, в хате тихо, темно. Непривычно. Глянул, младшие браться-сёстры, прижавшись друг к другу, сидят на печке. Спросил: «А родители где? Отвечают: «НКВД приходило. Забрали».


Родители, Николай Кузьмич и Анна Назаровна, попали под репрессию, которую в 1937 называли «Ежовые рукавицы». 

Младших ребятишек дядя Гавриил забрал. А Ивану с сестрой пришлось идти побираться по соседним деревням. Целый день просили Христа ради, а к вечеру возвращались в холодную избу. Потом решили выживать порознь. Иван отправился на Кемеровский вокзал, иногда питался объедками, иногда сердобольные проезжающие делились провизией. Со станции на станцию ездили зайцами, прячась от кондукторов под скамьями в вагонах. А бывало добрые женщины прятали беспризорников от проверяющих под длинными юбками.


Но однажды их всё-таки накрыли: пятнадцать оборванцев угодили в милицию. Построили их в шеренгу – смотреть страшно: вши, болячки, лохмотья вместо одежды. Отвели в баню, а там печка-каменка. У кого-то одёжонка на угли свалилась, и начался пожар. Ваня в чём был, в том и побежал по улице. Постучал в первый попавшийся дом. Открыла женщина, удивилась, конечно, но пустила. Незваный гость сразу махнул на полати, оттуда и рассказывал про свои злоключения. В это время и хозяин вернулся – настоящий сибирский дед, крепкий, суровый, но справедливый. Дали мальчонке рубаху с хозяйского плеча и штаны, которые он бечёвкой под грудью подвязал, а сверху – киргизский малахай. Идти было некуда. Остался Иван у Карпа Карповича жить. Иногда домой в деревню наведывался. Но сестры там не встречал. В доме стариков Карпенко Иван караулил огород, помогал по домашним делам. Вместе с хозяйским сыном ездил на охоту. Сусликов по 30-40 штук набивали, попадались хорьки, куницы и даже горностаи. Сдавали шкурки, на то и жили.


Через два года мать отпустили. Через три – отца. Анна Назаровна поехала в Сибирь семью разыскивать, а Николай Кузьмич вместе с товарищем по тюрьме – в Рязанскую область, обживаться на новом месте.


Николай, Иван, Мария, Сергей, Кузьма, Катя – всех детей собрала под своё крыло мать. Кто постарше, устроились в колхоз работать. Иван на подводе фляги с молоком возил. Однажды на просёлочной дороге встретились повозка и велосипедист. Лошадь впервые увидела неизвестный транспорт. Испугалась не на шутку и понесла. Фляги разлетелись во все стороны, а мальчонка жуткого страха натерпелся.


Солдат Иван Песоцкий

В апреле 1939 года Песоцкого призвали в армию. Должен был служить три года, а получилось все восемь! Привезли новобранцев в Ворошиловград, в артиллерийские войска. Увидели призывники гаубицу, которую шесть лошадей везут, и ахнули. На построении командир спросил: кто на лошади верхом может прилично ездить? Тут Песоцкий и блеснул своим мастерством. Дали ему сапоги-краги, новую форму и назначали ординарцем командира. Надо было сопровождать его везде и коней в образцовом порядке содержать. Молодому солдату это быстро наскучило. А тут как раз в часть «вербовщики» (так их за глаза называли военнослужащие) пожаловали.


– Я как увидел форму – петлицы с птичками – сразу загорелся. Им шесть человек требовалось. Пять уже набрали, одна вакансия свободной оставалась. Думаю, чем чёрт не шутит, напишу рапорт, попрошусь, вдруг подойду, – вспоминает Иван Николаевич. – Так и оказался в авиационном училище в небольшом городке Лебедин под Сумами. Подготовка сержантов, стрелков, парашютистов, укладчиков парашютов, механиков, мотористов и техников авиавооружения проходила в строгой секретности.


– Меня определили в мастера по вооружению, – рассказывает Иван Песоцкий. – С 1940 года служил в отделе «Стрелок и мастер вооружения». Мы досконально изучали макеты и чертежи иностранных и отечественных самолётов, мины, гранаты, химические газы, укладку парашютов, установку приборов самолёта СБ и ТБ-3. От меня требовалось не только собрать-разобрать пулемёт с закрытыми глазами, но и так настроить его, чтобы стрелял через винт. 10 мая 1941 года в 274-м истребительном полку я принял присягу.


Начались учебные полёты. Один из них закончился трагично: экипаж разбился.


– В воскресенье были похороны. Только дали салют по погибшим курсантам, срочно объявляют построение, – вспоминает ветеран. – Смотрю, и начальство важное пожаловало. Наш-то комсостав в основном в отпусках был. Стоим на плацу, а в репродуктор передают речь Молотова. Голову поднимаю, немецкая эскадрилья летит. Восемьдесят самолётов насчитал, дальше сбился. Но они и до этого летали, мы думали тренировочные полёты. Бомбардировщики наши незаправленные стоят, боеприпасов тоже немного. Посмотрели – большая часть машин уже горит, да и взлётка разбомблена подчистую. Нам сказали: «Вой­на! В казармах не собираться, часть не покидать, в соседнем лесу разбить палатки и устроить лагерь». Выдали оружие на случай высадки десанта. 


Бомбили всё время: утром, днём и вечером. От «мессеров» и «хайнкелей» гул непрерывный стоял. Недалеко от полка Песоцкого располагалась эскадрилья сына Сталина, Василия. Иван Николаевич думает, что это именно её так ожесточённо бомбили немцы. Полк нёс серьёзные потери, но вслух о них не говорили. Вскоре полк расформировали. Песоцкого направили в 73-й полк механиком. С Западной Украины отступали в глубь России, оставляя горящие города. По словам Ивана Николаевича, Брянск пылал весь.


Немцы были хитрыми, агрессивными и очень хорошо подготовленными. Они катком катились по нашей земле. 


– Мы, конечно, огрызались, но лётный состав молодой – сержантики только из училищ, попробуй повоюй. Помню, стояли под Курском, палатки прямо в яблочном саду разбили, – рассказывает ветеран. – Урожай антоновки неслыханный. Все ребята яблоки нахваливают, а я сорву с ветки, попробую – кислое. Оказалось, что самые спелые и вкусные с земли надо было собирать. Я-то ведь в своих сибирских краях и не видел их никогда. Однажды мы ждали Клавдию Шульженко. Накрыли стол прямо в саду. Вечер выдался тёплым, на редкость спокойным. Сидели и слушали её песни. После войны был в санатории в Курсе, в выходной поехал, отыскал этот сад, вроде и деревья те же. Постоял в тишине. Как же хорошо без выстрелов.


Хорошо помнит боец Песоцкий и ещё один день. Он был дежурным, стоял в карауле. Вдруг женщина идёт. Откуда взялась? Подходит и требует пропустить её в часть. Никакие объяснения, мол, это военный объект, запрещено, не действуют. Она говорит: «Я мать и хочу повидаться со своим сыном Серёжей Сахаровым. Он здесь. Я точно знаю». Дежурный ответил, что боец Сахаров действительно здесь, но он на полётах». 


Отказать ей, конечно, никто не смог. Родные повидались, посидели, поговорили, женщина уехала. На следующий день Сергей Сахаров погиб в бою с фашистами. Не вернулись лейтенант Бабенко, подполковник Саламатин, Лиля Литвяк, Дмитрий Силин. Не забыть имён товарищей, оставшихся на полях сражений. Мать Серёжи Сахарова видно почувствовала беду, но как предотвратишь её?.. 


Воевал Иван Николаевич под Старым Осколом, Воронежем, Курском, Орлом. Полк их немцы разбили, оставшиеся силы отправили под Тамбов на формирование. Устаревшие МиГи сменили на быстрые и мощные Як-7, которые были оснащены крупнокалиберными пушками и пулемётами. Вся ответственность за оружие на борту лежала на Иване Николаевиче. Новые заводские самолёты приходили с абсолютно не настроенными прицелами. Да и кто мог это сделать в тылу? На заводах-то трудились по большей части женщины да дети.


– Однажды четырнадцатилетняя девочка письмо мне прислала, рассказала, что трудится на авиационном заводе и очень просит, чтобы самолёты, которые они делают, помогли нам победить ненавистных фашистов. К письму кисет вышитый прилагался. Я не курил никогда, отдал его товарищу, – рассказывает Иван Николаевич. 


Все дни текли одинаково: взлёт – бой – посадка. Вернулись – хорошо, нет – одно объяснение: война. Под Макеевкой и Донбассом полк опять разбили немцы, лётный состав обновляли в Саратове. Однажды вместе с механиком были на аэродроме, возились у подбитой, вернувшейся из боя машины. Вдруг немцы, видимо, увидев «цель», снизились, и снайпер выстрелил точно в пятку напарника Песоцкого. Вот такая шутка. 


В Саратове же посчастливилось заядлому лошаднику Песоцкому наблюдать зрелище, которое запомнил на всю жизнь – парад кавалерии Кириченко. Духовой оркестр грянул «Славянку», и вышла конница. Наряженные, породистые лошади невероятной красоты. Частенько потом между полётами и боями вспоминал Иван Николаевич, как гарцевали кони. Пощадила ли их война?


От Сталинграда до Победы


А потом в одни сутки «Дуглас» перевёз их за Волгу, расположились на Верхней Ахтубе.


– Мне кажется, весь 42-й год здесь стоял один сплошной жуткий гул, не прекращающийся ни на минуту, – рассказывает Иван Николаевич. – Как жаль, что погиб в Сталинграде подполковник Баранов. Какой был человек! Похоронен на Мамаевом кургане. Здесь же в 42-м меня приняли в ВКПб. Тогда многие думали, что в партию вступают перед смертью. Чтобы обмануть немцев, на аэродроме наставили макеты советских самолётов, а настоящие маскировали. Сначала это срабатывало, потом противник догадался, стал спускать на парашютах светящиеся бомбы.


В этом же году в полк прикомандировали Илы. На них легче было летать на недалёкие расстояния, чтобы вести активные бои. Пять машин – с полной комплектацией, а на шестой не хватало стрелка. Иван Николаевич обратился с просьбой к комполка: «Хочу занять свободное место на штурмовике». За трое суток совершили более десяти вылетов, получил ранение и награду. В боевом листе командир написал: «Старший сержант Песоцкий за три дня совершил десять вылетов, уничтожил много живой силы и техники противника».


Весной 44-го освобождали Украину и Крым.


– Когда вошли в Севастополь, пролил дождь, землю так размыло, что пехота ползла. Но всё трудности преодолели: справились, очистили и Симферополь, и Джанкой, и Одессу. 


И пошёл старший сержант Иван Песоцкий со всей Советской армией гнать фашистов из Украины, Румынии, Польши, Чехословакии, Венгрии, Австрии до самой Германии.


С боями, потерями друзей и однополчан добрались до Германии, а отсюда и до Победы – рукой подать. 


– В тот день я дежурным в штабе был. У Знамени полка часовым стоял, – вспоминает Иван Николаевич. – Слышу на улице пулемётные, автоматные очереди раздаются, одиночных выстрелов не счесть. Салют в окно видно. Что такое, думаю. Я к телефону, звоню начальству, а мне говорят: «Война кончилась». Выронил трубку и не знаю куда идти. Стоять или бежать. Кричать или заплакать от счастья. А утром наши машины уже в тыл пошли. А я демобилизовался лишь в 46-м. Ещё почти год служил в Одессе. Так получилось, что авиации я отдал восемь лет.


Приехал Иван Николаевич в совхоз «Агроном» Лебедянского района. Кем только не работал: комбайнёром, трактористом, экспедитором, бригадиром, снабженцем. В 48-м году женился на молоденькой студентке техникума Надежде, приехавшей на практику. 


И на трудовом фронте Иван Песоцкий был лучшим. 48 лет, которые он проработал в совхозе, вставал в 3-4 утра, управлял домашним хозяйством и спешил на службу. Награждён множеством грамот, памятными часами и даже автомобилем «Москвич-412». 


У Ивана Николаевича есть сын, дочь, четыре внучки, четыре правнука и две правнучки. Он всегда желанный гость в агрономовской школе. Встречается с ребятишками, с удовольствием рассказывает о боевом, трудовом прошлом. Его внучка Елена работает пионервожатой в школе. К 70-летию Победы она участвовала в проекте МРСК Центра «История одного подвига». Вот так она написала: «Такие люди, как мой дед, — гордость нашего края, один из немногих свидетелей самой страшной и кровопролитной войны XX века. Он награждён медалями «За оборону Сталинграда» (1942 год), «За боевые заслуги» (1943 год), «За оборону Севастополя» (1944 год), «За оборону Москвы», «За взятие Вены» (1945 год), «За взятие Будапешта» (1945 год), «За победу над Германией» (1945 год). 

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Суббота, 18 ноября 2017 г.

Погода в Липецке День: +2 C°  Ночь: -1 C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Быть первой во всем

Лицей поселка Добринка отмечает 50-летие
Ольга Шкатов, shkatovao@list.ru
// Образование

Приятный «жаркий климат»

День района: репортеры «Липецкой газеты» сообщают из Лев- Толстовского района

// Общество

«Калина красная» себя еще покажет

День района: репортеры «Липецкой газеты» сообщают из Лев- Толстовского района
Роман Ромашин, romanromashin@yandex.ru
// Культура

Свидетели революционной эпохи

День района: репортеры «Липецкой газеты» сообщают из Лев- Толстовского района

// Общество

«Зеленый век» и другие

Александр Дементьев, demenlg@rambler.ru
// Экономика
Даты
Популярные темы 

Уроки Октября. Сто лет спустя

Елена Таравкова // История

Не дань моде, а просто класс

Лариса Пустовалова, larapustovalova@yandex.ru // Культура



  Вверх