lpgzt.ru - Общество Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
12 марта 2015г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Общество 

Память ищет приюта

12.03.2015 "Золотой ключик".
// Общество
Владислав Ширяев
Владислав ШиряевОткрытие обелиска в Ломигорах 9 мая 1966 года.К десяти часам утра на высоте собралось не менее 12–13 тысяч человек.

Всё, чем мы жили после Ломигор, принадлежало нашему решению, нашей клятве – воздвигнуть над Кшенью, на «Курганах», памятник. Всю зиму работали. По копеечке, по пятачку пополнялся фонд на строительство памятника. Разносили телеграммы по почте. Собирали металлолом и макулатуру. Мыли окна и полы в квартирах по нарядам бюро добрых услуг. Лопатили зерно на хлебоприёмном пункте. Сколачивали ящики на овощной базе. Складировали заготовки на тракторном заводе.


Уже варили на заводе обелиск по нашему проекту, а ещё полным ходом шла переписка с архивами и военкоматами – искали сведения о погибших на высоте и адреса их родственников. В последние дни и недели перед 9 Мая в штаб клуба стали приходить письма и телеграммы из разных уголков страны. «Приеду. Логунова», – торопливо сообщала одна телеграмма. «Горячее, сердечное материнское спасибо вам за заботу вашу и внимание к нам, одиноким седым матерям, – писала колхозница из Ростовской области Варвара Герасимовна Варламова. – Вот уже двадцать лет не закрываем двери ни днём, ни ночью. Всё ждём – вдруг вернутся они, соколы наши ясные…» «Большое спасибо вам за приглашение. Обязательно приеду. Туда меня тянуло всю жизнь материнское сердце», – писала мать старшего сержанта Ряжских.


Издалека видная со всех сторон безымянная высота над Кшенью привлекла к себе внимание жителей окрестных сёл сразу, как только на ней появились строители, машины. А когда многометровый обелиск застыл в бетонном основании и на него легло белоснежное покрывало, рядом встал почётный караул наших мальчишек. Теперь круглые сутки не расходились десятки людей – молодые, пожилые и совсем престарелые. Стояли группами и поодиночке, тихо, почти шёпотом переговаривались. Многие плакали.


Володя Юдин, отстояв на вахте у обелиска, потом рассказывал:


– Глядеть на них невозможно. Аж колени подгибаются. Маляр покрасил изгородь, сел на приступочек, достал пачку с папиросами, а у самого руки трясутся, никак папиросу не вынет. Смотрю – плачет. Потом встал – и пошёл, а сам шатается. Вот ведь как, оказывается, помнить прошлое можно!..


Первой из тех, кого мы сумели пригласить на открытие обелиска, приехала в Ломигоры семья старшего сержанта Алексея Андреевича Ляшонкова: жена, двое сыновей, дочь и внук. С тремя детьми прилетела из Новосибирска Ирина Павловна Абинова. Они первый раз на могиле отца и мужа: до нашего приглашения не знали, где он похоронен. И вот – здесь. С собой привезли ветхий, читанный сотни раз номер дивизионной многотиражки. Её переслали им в 1943 году друзья Степана Софроновича. Заметка рассказывала, как шёл рядовой Абинов в первых рядах атакующих и за один только день уничтожил здесь, на этой вот высоте, двадцать гитлеровцев…


Занятые подготовкой к открытию обелиска в Ломигорах, мы как-то не успели подумать и не могли, конечно, предположить, сколько же народу придёт на митинг, помимо наших ребят. Несколько десятков родственников погибших на высоте, жители близлежащих сёл. Сколько? Ну тысяча, ну две тысячи человек.


Утро 9 Мая. С раннего утра на высоту со всех сторон потянулись люди. Ехали на автомашинах, автобусах, лошадях, велосипедах, мотоциклах. Шли пешком за десять-двадцать километров. Жители Воловского, Тербунского и Долгоруковского районов нашей, Липецкой, области; соседних – Должанского и Ливенского – Орловской, Советского – Курской. Откуда они узнали об открытии обелиска? Ведь никого, кроме специально приглашённых, не оповещали! К десяти часам утра на высоте, как узнали мы позже, собралось не менее 12–13 тысяч человек. И это в местах, где от села до села порой до десяти, а то и до двадцати километров!..


С развёрнутым знаменем (нам его вручили незадолго до того дня в обкоме комсомола) чётким солдатским строем, колонной по четыре, под звонкую медь военного оркестра мы шли на высоту по живому коридору – мужчины и женщины, старики и дети почтительно расступались. Вот вытянулся по стойке «смирно», отдавая нам честь, приложил негнущуюся ладонь к картузу старик с тремя Георгиями на новой сатиновой рубахе. Перекрестившись, поклонилась в пояс старушка…


Стояли не тысячи людей, каждый сам по себе, а монолит, частица гигантской силы народной, что вынесла все испытания военных лет и подняла из руин сёла и города. Обелиск заставил каждого, кто был на митинге, почувствовать, какая это сила, когда мы рядом, плечом к плечу, бьёмся насмерть за свободу Отчизны, куём металл, растим хлеб, строим! И отдаём дань трепетного почтения тем, кто не дожил до светлого часа. Ветеранам, пожилым людям обелиск напомнил ещё раз о родословной их подвига, юным – позволил прикоснуться сердцем к этой родословной – великой и гордой.


Самим фактом установления обелиска утверждалось торжество слов «Вечная слава героям!». Ведь как же много потеряли мы от нашей памяти, когда одно время по каким-то непонятным причинам стало считаться нескромным носить фронтовые медали и ордена; когда боль пережитого в годы минувшей войны часто хранилась на самом донышке души – не дай бог, упрекнут в слабости, ведь всем было нелегко; когда вроде бы и не считалось чрезвычайным, что многие и многие солдатские могилы зарастали бурьяном…


…Года через три после того, как члены клуба «Неунываки» открыли в Ломигорах обелиск, случилось мне однажды проезжать поблизости. Миновать «Курганы», естественно, не мог.


У подножия обелиска лежали цветы. Свежие цветы. Садовые, полевые. Много-много… Оглядевшись, заметил прислонённый к постаменту металлический венок – по всему видно, ещё не тронутый временем, возложенный, наверное, всего несколькими днями раньше. Поправляя ленту, прочёл фамилию: Карташёву Ивану Игнатьевичу. Я, конечно, не мог помнить все фамилии, которые вычеканены на мемориальной доске, но что этой фамилии не было там, знал точно. Перечитываю список. И вдруг вижу в самом конце эту фамилию, старательно выведенную белой масляной краской. Ниже ещё несколько имён написаны тоже краской, выбиты, нацарапаны… Кто внёс их? Когда?


Объяснили всё местные жители. Оказывается, каждое лето сюда приезжают родственники воинов, погибших в районе Ломигор. Ищут могилы близких, зная примерно по письмам или извещениям, что похоронены где-то здесь. Но где? Сколько могил, сколько кладбищ! Вот и облюбовали это братское кладбище и ездят теперь сюда каждый год…


Мы тогда много размышляли о природе этого явления: почему так важно людям знать точное место, где захоронены их близкие, почему им так важно видеть среди тех, в чью честь воздвигнут памятник или обелиск, родное имя?.. Ветераны, с которыми мы общались, вдовы и осиротевшие матери, с которыми переписывались, ответили: память ищет приюта…


Владислав ШИРЯЕВ,


из книги «Память не бывает безымянной»

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Среда, 18 октября 2017 г.

Погода в Липецке День: +14 C°  Ночь: +3 C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 
Даты
Популярные темы 

Локомотив развития экономики

Андрей Дымов // Экономика

Критерии успеха «политеха»

 Сергей БАННЫХ // Образование

Грипп — не повод для геройства

Вера Геращенко, врач-инфекционист высшей квалификационной категории, заведующая отделением Липецкой областной клинической инфекционной больницы // Здоровье

Рекордам стены помогают

День района: репортеры «Липецкой газеты» сообщают из Данковского района
Роман Ромашин, romanromashin@yandex.ru // Спорт

Учиться у липчан

Игорь Плахин // Экономика



  Вверх