lpgzt.ru - Общество Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
26 января 2015г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Общество 

Остановись, послушай тишину… (фото)

26.01.2015 "ЛГ:итоги недели".
// Общество
Староместская площадь Праги

(Продолжение, начало ЗДЕСЬ)



Продолжение публикации Владимира КУРГАННИКОВА о европейских странах, освобождённых Красной Армией от фашистов


Ровно в четыре утра (время какое-то роковое!), когда прибыли на Гданьский вокзал Варшавы, несмотря на темь, всё прояснилось. Как только проводники, разомлевшие в тепле купе и плацкартов, распахнули двери в ночь, из проёмов тамбуров без познавательного интереса в глазах с объёмными, но пустыми (!) матерчатыми хозяйственными сумками наперевес на перрон вывалились бывшие попутчики. Заскрипели-завизжали, ещё не натужно, быстро собранные тележки и мини-платформы для перевозки грузов. Людская масса привычно неслась вперёд через железнодорожные пути, не выискивая установленных переходов-переездов общего пользования. Ночь подгоняла не выбирать дороги, но служащих вокзала и многочисленных тогда привокзальных польских бомжей это нашествие не пугало. Никто не удивлялся и на противоположной стороне у проезжей части с парковкой и стоянкой на обочине – торопливо захлопали и залязгали двери и багажники такси, маршруток. Варшава принимала постоянных клиентов вещевого рынка, который в ту пору считался крупнейшим в Европе. Формула капитализма – деньги с Востока и товар с Запада – начинала действовать здесь, а потом, перемещаясь, продолжала функционировать в Лужниках или в других торговых точках с импортными шмотками городов всей России.


ФОТО


Действо у Гданьского вокзала походило на штурм и взятие населённого пункта. За четыреста с лишним лет столичной биографии Варшавы кто только её не брал. Кто только не навязывал ей и её обитателям своё присутствие, и, пожалуй, каждый раз превосходство над столицей Польши отмечалось и поощрялось. Есть подобные знаки и в наградном активе нашей страны. К примеру, медаль «За взятие приступом Варшавы». Награждали ею генералов, офицеров, нижние чины, медиков и священников, которые взяли Варшаву за два дня! Учредили награду в 1831 году, а скоростной штурм с 25 по 26 августа понадобился при подавлении польского восстания. На лицевой стороне этой серебряной медали изображён герб Российской империи, сверху, вдоль бортика по дуге, надпись: «Польза Честь и Слава». Польза наверняка была, чтобы соответствовать духу времени.


Вряд ли скупилась Речь Посполитая на поощрительные бонусы, когда проворные и неугомонные шляхтичи резвились на территории России, и даже в столице нашей родины Москве. Развить свой успех им, правда, не удалось, но мы до сих пор поминаем Смутное время. И слово «Смутное», когда характеризуем этот период, пишем с большой буквы, и Минину, и Пожарскому, поднявшим русский народ на борьбу против польской интервенции, поставили памятник, причём на самом видном месте – неподалёку от Кремля.


Такие были времена. Память должна быть честной. Но незлопамятной. Так нам хочется. Правда, традиционно не знаем, что из этого получится. Точнее, получим извне – у заграницы ретро-взгляды на прожитое нами уже в других форматах и в новых импортных «очках»…


В Великую Отечественную тоже награждали, причём война заметно расширила и перечень, и географию боевых орденов и медалей. Сначала поощряли «За оборону…», затем – «За взятие…», «За освобождение…». Варшаву тоже освободили, и медаль соответствующую учредили. Кровопролитные бои на каждой пяди руин бывшего города-миллионника развернулись с 14 января 1945 года, а 17 января в десять утра над развалинами главного вокзала столицы взвился бело-красный польский флаг. Улицы ликовали, у костёла Святого Вавжинца хор запел «Варшавянку» – песню, с начала двадцатого века ставшую польско-русской, в Москве прозвучали залпы салюта из 324 орудий. А советские солдаты поспешили дальше, на Запад, освобождать Европу, застоявшуюся на коленях. Более двухсот тысяч наших солдат и офицеров, погибших в боях за Варшаву, покоятся на чужбине – в могилах с именами и безымянных. Сразу же после войны в полностью стёртой с лица земли Варшаве уцелевшие местные жители соорудили памятник. На постаменте – надписи на русском и польском языках: «Слава героям Советской армии. Братьям по оружию, отдавшим свои жизни за свободу и независимость польского народа, жители Варшавы воздвигли этот памятник».


Об освобождении Варшавы я в военных мемуарах читал, и памятнику советско-польскому братству по оружию, когда приехал в Варшаву в первый раз, поклонился. А теперь я его не увидел. Самый первый послевоенный монумент, установленный в Варшаве 18 ноября 1945 года и в народе известный как памятник «четырём спящим» – из-за того, что гранитный постамент окружён фигурами четырёх солдат, склонивших головы, в 2010 году убрали. По словам нашего гида Марины, затеяна реконструкция, и вернуть его на место обещали в 2013-м.



Дарёный Сигизмунд


Наверное, к аистам у поляков отношение заботливо-трогательное, по крайней мере, изображения птицы на гербах различных поселений мелькали часто. За окном автобуса и живого аиста увидели, говорят, «разведчика», то есть прилетает, «пробует» весну, а уж потом и остальные возвращаются, гнездятся. Мы в Варшаву без разведки, наскоком, но дорога понравилась – вроде скоростная, но неспешная. В одном месте нарвались и на пробку, которую местный «гаишник» разрулил быстро. Оказывается, на этом участке укладывали свежий асфальт. Так и подмывало выскочить на трассу и посоветовать польским дорожникам не укладывать его по-липецки, но чувство патриотизма сдержало. В конце концов, не в одном нашем областном центре каждую весну свежие покрытия «распускаются» трещинами и рытвинами вперемешку со щебёнкой, да марки нашего асфальта я не знал – способы его изготовления держатся в секрете уже много лет.


Варшава тоже умеет хранить секреты. Они, конечно, постарше липецкого асфальта, но ещё и не преданья глубокой старины. Речь о том, как складно поляки воспевают свои деяния. Деяния, надо отдать должное, престижно значимые и признанные. И многие из них свершились – не без помощи нашей страны, по крайней мере, в секрете это раньше не держалось. Но созидателей-подельников из бывшей дружественной всё чаще поминают недобрым словом, причём с каждым витком истории всё громче и самоувереннее. Деяния, говорят, – не зеркало души, но есть и документы с фактами упрямейшими, когда в них нуждаешься. Я в них нуждался и к ним вернусь чуть позже, потому что автобусные размышления прервала нарисовавшаяся за окном новая визитная карточка многострадальной Варшавы – Старый город.


Он как на картинке. Впрочем, его и создавали по картинам, гравюрам, чертежам и эскизам. После фашистской оккупации от столицы Польши осталась лишь точка на карте, но руины тоже пригодились, и в процессе восстановления радовал каждый архитектурный кусочек или фрагмент орнамента, найденный в развалинах былого величия. Пожелтевшей от времени метрики Старый город не имеет, он, как говорится, «новодел», но воссозданное средневековье достоверно и убедительно. Здесь и сосредоточены достопримечательности, которыми столица Польши гордится, тем более что включены они в список Всемирного наследия ЮНЕСКО «как исключительный пример почти полного восстановления исторического периода». Шанс сконцентрировать своё внимание на значимых объектах нам подсунули ещё в автобусе – планкарта из серии «сам себе экскурсовод» с пронумерованными дворцами, костёлами, соборами и точками, где можно обменять валюту, приобрести сувениры и справить нужду. Пунктиры с одобренными маршрутами начинаются от Королевского замка.


Сам замок на одноимённой площади в глаза особо не бросался. Больше походил на сооружение казарменного типа. Но не зря говорят: внешность обманчива. По словам гида, внутри бывшая резиденция королей утопает в роскоши. Поглазеть на убранство, на полотна кисти Рембрандта, Матейко и на урну с прахом Тадеуша Костюшко простому люду тоже дозволено – давным-давно в замке-дворце музей. Но мы в Варшаве проездом, и в расписании нашей блиц-экскурсии предусмотрен лишь наружный осмотр архитектурных и исторических памятников. Кстати, Костюшко, как известно, – легендарная личность. Национальный герой и самой Польши, и Литвы, и Белоруссии, и даже США, а также почётный гражданин Франции. В России он тоже оставил свой след: осенью 1794 года в битве с русскими вой­сками под Мацеёвицами попал к нам в плен, и в условиях выше среднего, приличных для знатной особы, почти два года провёл в российской столице – при Петропавловской крепости. В ноябре 1796 года, сразу же после смерти Екатерины II, был освобождён императором Павлом I, которому военный и политический деятель Речи Посполитой принёс верноподданническую присягу.


Пунктиры на карте привели нас к соседствующим храмам – к Кафедральному собору Святого Яна и к костёлу иезуитов. Оба объекта были свидетелями многих значимых событий польской истории. В соборе Яна, в частности, в 1764 году был коронован последний король, а костёл почему-то напомнил выражение «иезуитская улыбка» – улыбка человека коварного, замышляющего или уже совершившего подлое злодеяние. Вероломные и фанатичные католики принесли православному населению Западной Руси столько горя и страданий, что фразеологизм «иезуитская улыбка» в русском языке устойчив и спустя сотни лет. Но мы в настоящем, и улыбаемся естественно, без «чиз» для галочки, как и прохожие поляки – приветливо, и на косые взгляды мы не натыкались.


Особенно это проявляется на Рыночной площади, где всегда многолюдно. Площадь размером с футбольное поле тоже приветлива. Периметр (в обрамлении фасадов эпохи Возрождения, с гармоничным сочетанием ренессансного, барочного и готического стилей и с бронзовой статуей Сиренки посередине) всегда популярен. Кстати, Сиренка – женщина с рыбьим хвостом, прописавшаяся и на гербе Варшавы, в центре внимания постоянно: возле неё фотографируются туристы, возле неё назначают свидание местные влюблённые.


На Королевском тракте Старого города расположилось ещё одно культовое здание – костёл Святого Креста. Двухбашенный фасад, двухуровневая церковь, всё чётно, отчасти символично – в нижнем храме находятся склепы с прахом известных польских деятелей науки и культуры, а в колонне верхнего храма замуровано сердце великого Фредерика Шопена, автора Сонаты для фортепьяно № 2 си-бемоль-минор. Биенье сердца мы, конечно, не услышали, а выдающееся произведение романтизма в музыке нам было хорошо знакомо по её третьей части – Траурному маршу. Раньше духовые оркестры исполняли его во дворах и на кладбищах, когда родные и близкие провожали в последний путь достойного человека. Теперь ритуальные услуги подорожали в разы, во столько, что и музыканты свои медные трубы зачехлили. Ну а если и стране недужится – смотрим по телевизору «Лебединое озеро» под музыку Чайковского, выдающегося и нашего.


Не знаю, под какую музыку, но уж точно не навеянную благодарностью, некоторые поляки мечтают распрощаться с легендарным Дворцом культуры и науки. Здание, построенное советскими строителями и на советские деньги ещё в первой половине 50-х, исправно служит не одному поколению, но своим видом напоминает легендарные «сталинские высотки». Нас они радуют, они даже символом нашей Олимпиады стали. Но в начале 90-х, когда в отношениях стран наметилось похолодание, именно это и стало идеологическим подтекстом дебатов по поводу борьбы с наследием советской эпохи. Многое из этого наследия стало раздражать, в том числе и памятники погибшим воинам-освободителям Варшавы. Дворец культуры и науки и в наши дни входит в десятку высочайших небоскрёбов Европейского Союза, и раньше глаза никому не мозолил. Но времена, но нравы… Высотку сдали в эксплуатацию 22 июля 1955 года – это ещё одна бескорыстная жирная точка во взаимоотношениях наших стран, а до этого, десять лет назад, как таковой столицы Польши не было. Особенно оппозиционно настроенные к нам поляки, подчёркивая своё величие, всё чаще сравнивают Варшаву с вечно возрождающейся птицей Феникс. А теперь просто вдумайтесь и приглядитесь к Фениксу – откуда он прилетел. 17 января Варшаву освободили, через три дня её вновь провозгласили столицей, потому что от нас, из наших городов и весей, до основания разрушенных общей войной, потянулась помощь. Советское и польское правительства спешили показать, что Польша – не без столицы. В первые же дни советское командование организовало питание – и для беженцев, и для местного населения. Безвозмездная помощь выражалась в виде тысяч тонн зерна, продуктов и медикаментов. Сразу же после восстановления электроснабжения из СССР прибыли 30 троллейбусов, доставлено 500 сборных домиков, чтобы было где жить – и привыкшим к Варшаве полякам, и накормленным досыта беженцам, ринувшимся соучаствовать в её восстановлении. В тяжёлое для самого СССР время, когда в руинах лежала бывшая под оккупацией наша территория, именно мы бросились помогать соседям по несчастью. С нашей помощью в Польше восстановлено более восьми тысяч километров железных дорог, с мостами и станциями. Для нас это было затратно, для них полезно. И в послевоенное существование появился Феникс из Советского Союза. Он, делая добро, не знал, что в Польше добро припомнят.


Мы не напоминаем, что в центре Старого города увековечен Сигизмунд – ревностный католик и неудавшийся политик. Памятник себе, Сигизмун- ду III, он и замыслил в честь победы над теми, кто его ненавидел, над подданными, которыми управлял. Все остальные его не любили и его завоёвывали. Плохой политик, втянувший страну в долгую и изнурительную войну со Швецией, себя увековечить не успел – колонну Сигизмунду в первой половине XVII века установил его сын. А в 1711-м в Варшаву приехал российский царь Пётр. Увидев колонну, он онемел от восторга и решил это чудо забрать в Петербург. Август II Саксонский, который тогда правил Польшей, не возражал и охотно подарил, тем более что «Александрийского столпа» в Северной Пальмире ещё не было. Правда, во всей Варшаве, да и в России, не нашлось никого, кто справился бы с перевозкой такой махины. Теперь перевезти всё можно. Но я не про колонну, которой в Варшаве все приезжие любуются, я не про Дворец, который строился на века. Я про дружбу и про памятник советско-польскому братству по оружию, который поляки открыли 18 ноября 1945-го. За окном, когда пишутся эти строки, стартовал уже год 2015-й, а про возвращение памятника на место в Варшаве и не вспоминают. Кстати, ликвидировать его как реликт социалистического строя замышляли ещё в 1992-м. Тогда отстоять его удалось, но и очевидцев – благодарных варшавян – тогда было больше. Теперь в моде санкции, которым с искренней и, казалось, увековеченной благодарностью уже не по пути…


Полностью материал читайте в печатной версии журнала "ЛГ: итоги недели"


(Продолжение в следующем номере)

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Четверг, 17 августа 2017 г.

Погода в Липецке День: +28 C°  Ночь: +15C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

С МИРом в Крым


// Общество

Праздник животноводов пройдет ярко

Михаил Зарников
// Сельское хозяйство
Даты
Популярные темы 



  Вверх