lpgzt.ru - Власть Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
31 декабря 2014г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Власть 

Хранитель справедливости

31.12.2014 "Липецкая газета". Виктор Страхов
// Власть
Фото Ольги Беляковой


Председатель Липецкого областного суда Иван Марков назван в уходящем году лучшим судьей России. Вручение известному юристу диплома и знака «Судья года» стало поводом для визита корреспондента «Липецкой газеты» во Дворец правосудия. «Кем бы вы могли стать, если бы не стали судьей?» — спросил я Маркова в самом начале нашей беседы, и он ответил, почти не задумываясь.


— Может быть, спортсменом, учителем физкультуры, тренером, историком. Хотя в школе я видел себя и спортивным комментатором.


— Но не судьей?


— Конечно, нет. В десятом классе готовить себя к столь серьезной роли было бы смешно (ну какой судья в 16 лет, если интереснее в футбол погонять или с историческим романом уединиться) и излишне самонадеянно. И о юридическом факультете я тоже не думал. О нем думал мой отец. Я был для него долгожданным сыном и появился на свет после того, как родились три моих старших сестры. За мое воспитание он взялся сам. Повлиял и на выбор если не профессии, то образования. Поэтому после школы я поехал в Харьков. Но в юридическом институте мне объяснили, что поступить в вуз без армии за плечами или двухлетнего рабочего стажа, да еще при средней школьной оценке 4,5 балла невозможно, даже если я сдам все остальные экзамены на «пять». А поэтому я не стал искушать судьбу и отправился в Елец на «Эльту» учеником токаря.


— Насколько знаю, областной суд вы возглавили довольно молодым человеком, что было и непривычно, и нетипично, и против всяких правил. Во всяком случае, неписаных…


— О том же самом в 1991 году на представлении в Мин­юсте мне в шутку говорил и тогдашний 33-летний министр Николай Федоров (ныне министр сельского хозяйства). Он сам, кстати, был на три года моложе, тем не менее счел необходимым попенять на «непростительную» молодость. Ну а если серьезно, то тогда и мне председатель облсуда представлялся человеком в летах, многое повидавшим и испытавшим, прошедшим «огонь, воду и медные трубы» и в силу этого имеющим моральное право быть лидером большого судейского сообщества. Так что относительно скромный возраст и мне какое-то время казался серьезным недостатком, который, как я теперь убедился, довольно быстро проходит.


— В советские времена некоторые юристы становились судьями после того, как получали солидную практику в других правоохранительных структурах — милиции, прокуратуре, адвокатуре или поработав в юротделах крупных предприятий. А как складывалась ваша карьера?


— Намного проще. После армии я поступил в Воронежский университет. Окончив вуз, был помощником судьи, потом судьей, а в 27 лет, когда я не был еще даже членом партии, а партийность негласно считалась обязательным условием продвижения по службе, стал председателем Грязинского районного суда. И стал вовсе не потому, что мечтал о более высокой должности. Так складывались обстоятельства, что я должен был браться за более сложную работу. А должен — для меня очень важное слово. Я вырос в большой сельской трудовой семье, и у каждого из нас были свои обязанности. И так было и дома, и в школе, и в армии, и в университете.


— В свое время профессия юриста была если и не штучной, то далеко и не самой массовой. Квалифицированных правоведов готовили либо специализированные вузы, либо юрфаки университетов. Сегодня на юристов учат все, кому не лень. Выходит, кадрами правоохранительная сфера обеспечена на много лет вперед?


— Если бы. На мой взгляд, конвейерный подход к юридическому образованию был как раз более уместен в прежние времена, когда о судебной культуре даже не вспоминали, когда независимость и беспристрастность судов больше декларировались, а не казались абсолютом, правовым императивом. От судьи требовалось правильно оценить содеянное, а большинство дел были не слишком сложными, и четко, по закону воздать за украденный кошелек или чемодан. Сегодня же мы работаем в принципиально иной системе координат, когда важно исходить не только из буквы, но и духа закона, когда еще до суда предпринимаются попытки сформировать необходимое какой-либо из сторон общественное мнение, когда адвокаты сразу же после вынесенного вердикта начинают его оспаривать перед телекамерами. Это колоссальная моральная ответственность и постоянное психологическое напряжение. Обдумывание дела не заканчивается в зале суда, а продолжается и вечером, и в выходные. Это непрерывные стрессы, снять которые нельзя даже на исповеди. Судья имеет дело со многими человеческими тайнами, и разглашать их не следует.


— Иван Иванович, вы религиозный человек?


— Не могу назвать себя религиозным в полном смысле этого слова, но верующим — безусловно. Во всяком случае, я не представляю своей жизни без этических норм православия, в основе которых любовь, справедливость, прощение.


— Несколько неожиданно от судьи слышать слова о прощении. Не потому ли вас считают наиболее последовательным и стойким сторонником медиации?


— Я действительно убежден, что многие конфликты — семейные, корпоративные, финансовые, хозяйственные, трудовые — нет смысла доводить до суда. Проще и с любой точки зрения — в том числе истца и ответчика — выгоднее решить спор не в чью-то конкретную пользу, а в общих интересах. Компромиссы, если их поиском занимается нейтральный, не заинтересованный в деле, умный и уважаемый посредник, всегда возможны.


— Вы работали судьей в разные времена. В спокойные советские, когда убийство считалось событием из ряда вон выходящим. В лихие девяностые, когда в лексическом обиходе появился новый термин — киллер. В нулевые и сегодня, когда главной проблемой остается коррупция. Когда было труднее всего?


— Конечно, во время перемен. Ураганная приватизация, поделившая население на богатых и бедных, могла иметь своим финалом только всплеск преступности. И он произошел. Пожалуй, первым относительно новым понятием, который принесли в юрис­пруденцию девяностые, был рэкет. Вымогательство приобрело невиданные масштабы. Противопоставить ему было практически нечего, потому что само законодательство ориентировалось в основном на борьбу с расхитителями общественной собственности — за это могли приговорить и к смертной казни, ну а сбор дани на рынках почитался мелкой шалостью. Однако с дани все и началось. Если можно безнаказанно попросить мзду у торговца на рынке, то почему бы не отжать весь рынок? Дальше — больше. В итоге появились организованные преступные группировки, в том числе и широко известная в свое время «липецкая братва», бороться с ними было очень трудно.


— Судьям угрожали?


— Судьи не дрогнули. Проблема была в другом. В том, что нравственные ценности в обществе деформировались, и важнейшая христианская заповедь «Не убий» перестала быть непреодолимым барьером, запретом даже для, казалось бы, никак не связанных с криминалом людей.


— Невольно вспомнил дикий случай в Хлевном, когда трое деревенских ребят вышли с оружием на большую дорогу и убили ни в чем не повинных водителей фуры…


— Я тоже его помню и до сих пор не могу равнодушно думать о том, что заставило их это сделать. Нищета, безысходность, голод? Но не было всего этого. Криминальные хроники, пестрящие сообщениями об убийствах, изнасилованиях, грабежах и низводящие события экстраординарные до уровня обычных, рядовых? Дефекты психики? Нет ответа. Как нет простого и однозначного решения и у другой проблемы — наркомании. А она стоит сегодня особенно остро. 40 процентов уголовных дел, которые рассматривает Левобережный суд, связаны с наркотиками. Каждое шестое преступление — производное наркомании.


— Тогда, может быть, ужесточить наказания? Или пре­дусмотреть принудительное лечение наркомании?


— Это, скорее, вопрос к депутатам Госдумы и медикам.


— Хорошо, вернемся к праву. После особенно жестоких вызывающих преступлений многие россияне начинают требовать возвращения смертной казни. А что думаете по этому поводу вы?


— Я против высшей меры наказания. Не суд дает человеку жизнь. И не суду лишать его жизни.


— Как вы относитесь к суду присяжных?


— Положительно. Потому что это тот самый случай, когда не судья, а народ отправляет правосудие. Именно присяжные выносят вердикт. Один мой коллега после такого суда заявил, что впервые почувствовал себя профессионалом, свободным от нравственных коллизий, ответственным только за строгое соблюдение всех юридических процедур и вынесение точного, соответствующего вердикту решения. В нынешнем году в области были три таких суда, и два из них вынесли оправдательные приговоры.


— То есть если бы судов присяжных было больше, больше бы стало и невиновных?


— Необязательно. Тем более что далеко не все подсудимые готовы вверить свою судьбу судам присяжных. Дело в том, что обжаловать их решения по закону нельзя.


— Иван Иванович, если не возражаете, несколько личных вопросов.


— Я открытый человек, и ничто человеческое мне не чуждо.


— А что особенно не чуждо?


— Спорт. Вчера вечером полтора часа играл в мини-футбол в команде ветеранов. Это помогает поддерживать нормальную физическую форму. С удовольствием болею за «Металлург». Хожу на хоккей. Отпуски стараюсь совмещать с большими спортивными соревнованиями. В 2012 году был на матчах чемпионата Европы по футболу, который проходил на Украине и в Польше. Много читаю. И не только профессиональную литературу, но и книги политиков, экономистов, психологов. Естественно, много времени провожу с семьей, с детьми. Я отец четверых сыновей. Люблю баню. Прекрасно тонизирует. Иногда бываю на охоте. Но исключительно из любви к природе и общения с коллегами, друзьями. Словом, все, что не чуждо, так сразу и не вспомнить.


— А как проведете Новый год?


— Разумеется, дома. Что касается напитков и закусок, то я не особенно привередлив. Но тост за здоровье близких, знакомых, да и необязательно знакомых я себе позволю. Как и все нормальные люди, хочу, чтобы новый год был счастливым для всех нас.

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Пятница, 24 ноября 2017 г.

Погода в Липецке День: -4 C°  Ночь: -5 C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Постигая Бунина

Владимир Михайлов
// Культура

Ликбез для велосипедистов

Елена Таравкова, elena.taravkova@gmail.com
// Образование

«Спасибо, что не бросили...»

Александр Гришаев, agrishaev@yandex.ru
// Власть

Даже с самолета можно разглядеть

Роман Ромашин, romanromashin@yandex.ru
// Сельское хозяйство

Успех начинается с «Согласия»

Виктор Манаенков
// Сельское хозяйство
Даты
Популярные темы 



  Вверх