lpgzt.ru - Образование Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
9 октября 2014г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Образование 

Формула русского мира

09.10.2014 "Липецкая газета". Елена Бредис
// Образование
С коллегами по работе. Евгений Барышников в центре.(Фото из личного альбома Александра Кондратьева)

Ровно восемьдесят пять лет назад в этот день родился выдающийся российский филолог, один из основателей современного отечественного толстоведения Евгений Барышников. По счастливой для Липецка судьбе с тысяча девятьсот семидесятого года Евгений Петрович работал в нашем педагогическом институте.



Фигура отнюдь не провинциального масштаба, Барышников был удивительно скромным человеком, для которого понятия «карьера» и «личный успех» были просто пустым звуком. Но поразительная глубина его знаний, степень проникновения в художественное слово, способность увидеть в исследованном, как говорится, вдоль и поперек классическом произведении то, чего до него не видели другие, оказывали магическое влияние на его студентов. Для многих из них он определил не только профессию и дело всей жизни, но и совершенно особое отношение к миру. «Барышниковские чтения», которые регулярно проводятся в ЛГПУ, — дань памяти учителя. Рассказывает один из его учеников и последователей, доцент филологического факультета ЛГПУ Александр Кондратьев:


— Евгений Петрович не был оратором, не превращал лекции в «театр одного актера», но своим тихим голосом он делал для нас такие открытия, которые кардинально меняли наше мироощущение, заставляли совершенно по-новому взглянуть и на себя, и на этот мир. Вы знаете, как студенты «любят» ходить к первой паре. Но на лекции Барышникова мы не опаздывали, независимо от того, во сколько накануне легли спать. Он был нашим кумиром.


— Мне как дилетанту трудно представить, что нового можно открыть в творчестве Толстого…


— О, Толстого можно открывать бесконечно, поскольку он всегда актуален, что бы ни происходило у нас за окнами. Именно это и доказывал Евгений Петрович всю жизнь. Сам он открыл в Толстом «формулу русского мира», на которую до него мало кто обращал внимание: человек — это все и одновременно часть всего. Именно эта «формула», эта диалектика лежит в основе русского православия, русской традиционной культуры. Сам Евгений Петрович в эпоху нашего воинствующего атеизма был человеком глубоко православным и по отношению к жизни, и по отношению к людям, и по манере выстраивать диалог. Ну и по тому, что он давал нам на лекциях.


— Но каким образом ему удавалось это делать? Ведь открыто верующие тогда на самом деле подвергались гонениям.


— Для него православие не было средством борьбы, эдаким знаменем несогласного с властью, да и сам он никогда не был оппозиционером, диссидентом. Он так ощущал мир, так воспринимал его. Он был просто до глубины души русским человеком. Сегодня многие уже осознают, к чему привело диссидентство, а мы, благодаря Барышникову, понимали это уже тогда. Он показывал нам тот путь, по которому на самом деле должен был бы пойти русский народ. И на Руси, и у Толстого человек состоялся лишь тогда, когда он исчез с социального горизонта, слился с народом. Но для этого он сначала должен стать самим собой. Ведь князь Андрей, который сначала считает себя исключительной натурой, в итоге приходит к пониманию того, что единственный верный путь — это стать частью всех. Вы чувствуете, насколько это противоречит западным установкам на личный успех и личные достижения, которые нам последние четверть века навязываются?


— Барышников дал вам больше как ученый или как педагог?


— Это невозможно разъединить. В нем было потрясающее сочетание и ученого, и педагога, и человека. Представьте, студенты тихого провинциального вуза едут на конференцию в Ленинградский пединститут имени Герцена, и их доклады признаются лучшими. Потому что Евгений Петрович умел не только передать нам результаты своего аналитического опыта, но и научить самостоятельному анализу. Он показывал нам, что такое на самом деле русская традиция, русский дух. Вот сейчас стало модным слово «соборность». А что это? Это когда чужая боль становится твоей собственной. Я помню из своей юности бабушек на лавочке, которые сокрушались по поводу судьбы негров в Америке. И ведь это было искренне! Сегодня нередко антропологию Толстого преподносят совершенно неверно: дескать, он призывал к стадной, роевой модели жизни. Неправда! У Льва Николаевича ты не можешь стать частью всех, пока ты духовно не состоялся. Сегодня нам неустанно твердят о свободе личности. А по-русски свобода — это смирение перед исполнением предначертанного Богом пути. И тогда никакая темная сила, никакой «спайс», никакие соблазны не совратят тебя с этого пути. И вот именно это открывал для нас Евгений Петрович. Сам он даже не осознавал, какой величиной в отечественном литературоведении является. Работа в Липецке — значит, работа в Липецке. Надо поехать со всеми на картошку — значит, на картошку. А ведь он был на равных с московскими представителями профессорско-академической среды.


— И все-таки, ведь Барышников начал работать как раз в период оттепели, каким образом он не попал под влияние диссидентского движения?


— Но оттепель — явление куда более сложное, чем просто диссидентство, которое являлось лишь верхним слоем. На более глубинном уровне оттепель — это еще и возвращение к корням. Это Распутин в литературе, это Рубцов в поэзии, это гражданские стихи Рождественского. Да, порой нам приходилось подбирать формулировки, темы, но не это являлось главной трагедией или главной проблемой, никто из нас не рвал на себе волосы и не кричал, что ему зажимают рот. Перед нами просто был другой пример. Проводя семинар по статье Ленина о Толстом, Евгений Петрович параллельно давал колоссальный пласт той же русской религиозной философии. Но для него это не было подвигом, не было «фигой в кармане», не являлось предметом собственной гордости. Он делал это естественно и органично. И, обратите внимание, никто его тогда за это «не привлекал»! А что мы видим сегодня при полной свободе слова? Вдруг обнаружилось, что сказать-то людям нечего! А диссидентство выродилось в «пятую колонну». Ведь еще несколько лет назад нам пытались втолковать, что, если наши ценности мешают нам войти в Европу, то надо сменить ценности. А Барышников как раз был хранителем русских ценностей, русских традиций. Именно поэтому он не мог примкнуть к диссидентам, глумящимся и оплевывающим прошлое России.


— А студентам доводилось общаться с Евгением Петровичем вне стен аудитории?


— Конечно! Он был удивительно, как сегодня бы сказали, демократичным человеком. В нем не было ни капли эстетства, элитарности, снобизма: мол, я посвященный, а вы-то кто? С ним было очень легко общаться, потому что он был истинно русским интеллигентом, русским мыслителем и педагогом. С ним невозможно было скатиться ни до панибратства, ни до низкопоклонства.


— А как бы Барышников отреагировал на сегодняшние украинские события?


— Как бы мог отреагировать человек, естеством которого было ощущение русского мира, причастности к русскому миру?! Ведь то, что сегодня происходит на Украине, это не что иное, как попытка уничтожить и русскую культуру, и православную веру, и русское самосознание. Я не сомневаюсь, что Евгений Петрович воспринял бы эти события не как войну за территорию, а как битву именно за самосохранение русского мира. Ведь наши либералы сегодня в своей демагогии доходят до цинизма. Недавно в передаче у Соловьева Борис Надеждин стал всех призывать к терпимости и настаивать на том, что на Украине нет никакого фашизма. И только когда Соловьев процитировал ему Порошенко, который называет Бандеру героем нации, господин Надеждин стушевался. Нынешняя бандитская свора, называемая украинской армией, никогда не сможет победить русский народ, живущий на юго-востоке. Потому что народ наш силен как раз своей укорененностью в традициях, в культуре, в вере. А укоренненность эта порождает ощущение защищенности. И это всегда раскрывала и показывала классическая русская литература, что и подчеркивал на своих лекциях и семинарах Барышников.


— Мы сегодня постоянно говорим об инновациях в самых разных сферах, в том числе и в гуманитарных. Но тогда как это сообразуется с той укорененностью, о которой вы упомянули?


— Так смотря что считать инновациями. Когда в семидесятые годы прошлого века тоже стали говорить о новаторстве, Евгений Петрович любил повторять, что любое новаторство плодотворно лишь в том случае, когда оно зиждется на традициях, а не отметает их. Новаторство может быть только по вертикали, когда ты поднимаешься на новую ступеньку для обзора опыта, когда с этой ступеньки ты можешь разглядеть в этих традициях то, чего не видел вчера. Как только с введением ЕГЭ мы попытались отмахнуться от традиций российской словесности, российского образования, то практически оказались на грани катастрофы. Мы получили не только безграмотных детей, но еще и детей, не умеющих выражать свои мысли, вообще не умеющих думать. Вот к чему привела тестовая система сдачи экзамена, к чему привел отказ от сочинения. К счастью, сегодня мы постепенно начинаем возвращаться к исконно нашим традициям. Возвращаемся с тяжелым опытом, но именно он-то и поможет увидеть в них то, что позволит нам сделать огромный шаг вперед.

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Суббота, 19 августа 2017 г.

Погода в Липецке День: +30 C°  Ночь: +14C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Найди меня, мама!

Галина Кожухарь, ведущая рубрики, фото
// Найди меня, мама!

Одухотворение стекла

И. Неверов
// Культура

Не жалея любви и заботы

Ирина Смольянинова
// Общество

Изысканный вкус сырной геополитики

Сергей Малюков
// Общество
Даты
Популярные темы 

Такие «свидетели» нам не нужны

Кирилл Васильев // Общество

Жара. Разгром. Реванш

Альберт Берзиньш // Спорт

Как купец стал писателем

Виктор Елисеев, член Липецкого областного краеведческого общества, лауреат областной премии имени И.А. Бунина // История

Пока ещё «пчёлы»

Денис Коняхин // Спорт



  Вверх