lpgzt.ru - Власть Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
25 августа 2014г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Власть 

Олег Королёв: "Моя жизнь простой никогда не была" (фото)

25.08.2014 "ЛГ:итоги недели".
// Власть

Сегодня журнал «Липецкая газета: итоги недели» предоставляет площадь для бесплатной предвыборной агитации кандидату на должность главы администрации Липецкой области на выборах 14 сентября 2014 года Олегу Петровичу Королёву и публикует отрывок из его воспоминаний

ФОТО


Хотелось быстрее повзрослеть



Моё детство – это Тербуны. К тому времени, когда я родился (случилось это 23 февраля 1952 года), станция Тербуны была райцентром Курской области. Своим именем, как признавалась моя мама Антонина Ильинична, обязан плакату. Это было первое, что она увидела в родильном доме. Посвящён плакат был подпольщикам – вчерашним школьникам, зверски замученным во время оккупации, но не сломленным немцами. Их подвиг стал широко известен благодаря роману Александра Фадеева «Молодая гвардия». Ну а поскольку я появился на свет не просто в обычный зимний день, а в День Советской Армии, мама и назвала меня в честь вожака молодогвардейцев Олега Кошевого.


Я родился предпоследним из братьев и сестёр, а всего в нашей семье было шестеро детей (правда, свою старшую сес­тру Валю никогда не видел: она умерла в 1941 году, когда немцы вошли в Тербунский район). Мы жили дружно. Потому что росли в дружной семье, а отец и мама были хорошими родителями. Моя мама работала бухгалтером. Отец, Пётр Иванович, – инженер, всю жизнь связанный с техникой. С родителями мне действительно повезло. Трезвые, умные, общительные, что называется, компанейские. И ещё исключительно честные. Семья стала для нас школой человеческой доброты, совестливости, порядочности.


Учился я в Тербунской средней школе и был круглым отличником, хотя примерным поведением, если честно, не отличался. Может, во мне бурлил юношеский максимализм, а может, обострённое чувство справедливости. Но я мог вступиться за товарища, когда мне казалось, что учителя к нему придираются, мог вообще увести класс с занятий. Поэтому сегодня я обязан отдать должное долготерпению, а если точнее, то и такту, пониманию, педагогическому искусству своих учителей Прасковьи Петровны Клоковой и Лилии Филипповны Корняевой. Вообще о школе у меня самые добрые, самые светлые воспоминания. Школа тогда была для нас настоящим вторым домом. Мы буквально дневали и ночевали там. То соревнования, то кружки, то конкурсы, то внеклассные занятия...


Окончив восемь классов, отправился поступать в Хреновской лесной техникум, что в Воронежской области, хотя педагоги убеждали, что я реальный претендент на золотую медаль, а это – пропуск в престижный вуз. Члены приёмной комиссии, увидев мои документы, глаза округлили: мол, к нам отличники не поступают. Удивился и директор Владимир Фёдорович Бардин (недавно я к нему в Хреновое на могилу ездил): «Послушай, парень, а ты не горячишься? Заканчивай одиннадцатилетку, сразу в институт поступишь». Но отговорить меня ему не удалось.


Как я уже упоминал, семья у нас была большая, и жили мы хоть и дружно, но трудно. И мне хотелось быстрее начать зарабатывать, хотелось большей самостоятельности, хотелось быстрее влиться в реальную жизнь, что ли.


И через три с половиной года уже стал специалистом, получив диплом с отличием технолога лесного хозяйства. А вместе с ним – удостоверения вальщика леса шестого разряда, это самый высший разряд, тракториста-машиниста, водителя автомобилей, токаря. То есть техникум дал то, что осталось со мной на всю жизнь.


Потом была служба в армии, после чего – работа в Тербунском лесхозе, в Долгоруковском лесничестве. В 24 года был избран председателем колхоза и взвалил на себя ответственность за посевы, за надои, за ремонт техники, за урожаи и в принципе за всё, что происходило на селе. При этом параллельно я продолжал учиться и делаю это всю жизнь. Заочно окончил несколько вузов, защитил кандидатскую, докторскую диссертацию, продолжаю учиться и сейчас.


В смутные годы мы растеряли многое из того, что всегда было нашей гордостью, и сегодня вынуждены вновь говорить о модернизации, развитии науки, внедрении инновационных технологий и даже об уважении к труду. И это самое грустное, а для большинства людей моего поколения, может, и непонятное. Ведь для нас труд был так же естественен, как футбол или волейбол на лужайке. И, наверное, потому в школьные годы я ни разу и не был на каникулах, во всяком случае, в привычном понимании этого слова. После первого класса каждое лето работал пастухом в откормочном совхозе «Тербунский». А вот закончив четвёртый класс, почувствовал себя достаточно взрослым и отправился на более серьёзную работу – на стройку. Правда, использовали меня там в основном на подхвате, но, тем не менее, деньги, пусть и небольшие, я получал.



Два года, отданные армии


Этот подзаголовок, наверное, не совсем точен. Потому что трудно с абсолютной уверенностью сказать, кто кому и что отдал. То ли я два года армии. То ли армия два года мне. Нет, я никогда не был хлюпиком, и вопроса, служить или не служить, передо мной, как и перед большинством ребят моего поколения, не стояло. Однозначно служить. Да и после встреч с ветеранами Великой Отечественной войны, познавшими и кровь, и боль, и горе, но сохранившими оптимизм, энергию и готовыми, если потребуется, вновь встать на защиту Отечества, мы не могли думать и поступать иначе. Ну а для меня был примером и отец, который прошёл три войны – с финнами, с немцами и с японцами. Ему было что рассказать. И он рассказывал. И не только мне. Ветераны тогда довольно часто бывали и в школе.


Именно на таких встречах мы особенно отчётливо понимали, что стоит за такими абстрактными, казалось бы, понятиями, как долг, патриотизм, преемственность поколений. Мы понимали, у кого наследуем историю страны. Молодёжные организации нас не отпускали от себя ни на час. На вредные привычки просто не оставалось времени. Я никогда не курил. Мне было некогда. Я об этом вспоминаю как о примере для сегодняшних педагогов. Может, стоит что-то позаимствовать из тех времён, когда на воспитание детей, молодёжи работало всё общество: школа, ветераны, а потом ещё и армия. Она тоже стала своеобразной школой, ускорившей возмужание, взросление, закалившей характер.


Служил я с 1971 года по 1973 год. Тогда призывали на два года, но меня задержали на месяц, потому что в Балтийское море вошёл авианосец «Энтерпрайз» и остановился у острова Борнхольм. РИЦ под Минском, где я служил (РИЦ – это разведывательный информационный центр), был немедленно приведён в полную боевую готовность, и хороших специалистов (нужно было выяснить, чего ради американский корабль пожаловал к берегам Дании и чем он там занимается) попросили на какое-то время задержаться.


Словом, в армии я многое увидел, многое узнал, и мне жаль ребят, которые пытаются уйти от службы всеми правдами и неправдами. Не армия теряет их, они теряют. А это не лучшие стартовые условия для жизни. Тепличные растения не очень хорошо чувствуют себя в естественной среде.


А ещё армия – это встречи. Никогда не забуду, как к нам в РИЦ на командный пункт приехал первый секретарь ЦК компартии Белоруссии Пётр Миронович Машеров. Это был человек, который сразу же подкупил всех своим обаянием. Причём в нём удивительно гармонично сочетались и величие, и человечность, и простота. Потом я видел его ещё дважды, но первое впечатление сохранилось.


Не знаю, может быть, мне повезло с местом службы. Может быть, мне вообще везло и везёт на хороших людей. Но армию я вспоминаю так же тепло, как и школу, и техникум. Эти два года вместили столько всего! И оставили столько незабываемых впечатлений. Нас, липецких ребят, в часть было призвано около двух десятков, мы и сейчас поддерживаем добрые отношения, иногда встречаемся.



Сажал леса и тем горжусь


Вернувшись из армии, я сразу же пошёл устраиваться на работу. В Тербунском лесхозе меня ненадолго взяли инженером, а вскоре, через пару-тройку месяцев, назначили лесничим Долгоруковского лесничества. Что такое лесничий, я расскажу. В моём ведении были обходы, лесники, рабочие, была техника. То есть лесничий, если попытаться подыскать ему должностной аналог в промышленности, – это что-то вроде начальника цеха. А если взять не количество работников, а территорию, то очень большого цеха. Правда, лесов в Долгоруковском районе было мало, а поэтому главной задачей лесничества было создавать новые леса – полезащитные, овражно-балочные и придорожные лесополосы. И мы создавали. Пусть это не очень скромно прозвучит, но могу сказать, что все сегодняшние лесополосы вдоль дорог и вдоль оврагов в Долгоруковском районе были посажены коллективом, которым я руководил. Чем и горжусь.


Мы выполняли огромные объёмы работ. Ежегодно сажали по триста пять гектаров лесополос. Что такое триста пять гектаров, думаю, будет хорошо понятно, если скажу, что пять лет назад вся область с невероятным трудом сажала по триста гектаров. А мы триста пять!


Посадка леса – это тяжёлый, кропотливый ручной труд. Это пять тысяч саженцев на одном гектаре. А всего – умножьте – более 15 миллионов будущих деревьев. Безусловно, с этим невозможно было справиться силами лесничества. И мы нашли энтузиастов: десятки, сотни добровольных лесоводов, совершенно бескорыстно помогавших нам. Энтузиасты, конечно же, обитали в школе. А школа семидесятых, когда я работал в лесхозе, сохраняла все старые традиции, когда делить образование и воспитание никому и в голову не приходило, а посему моими единомышленниками оказались и педагоги, и руководители, а потом и сами школьники. Повсюду были созданы школьные лесничества: в Стегаловской, в Меньше-Колодезской, Больше-Колодезской школах... Откликнулись на просьбы о помощи директора Тимирязевской, Красотыновской, Дубовецкой и других школ района, ребята из райкома комсомола. И всё делалось на энтузиазме, практически без поддержки властей.


Меня нередко спрашивают: где было сложнее всего? Моя жизнь простой никогда не была – ни в лесничестве, ни в лесхозе, ни в колхозе, ни в районе, ни в тресте, ни в области, ни в Совете Федерации… Ни тем более в дни государственных переворотов: имею в виду ГКЧП и октябрьские события 1993 года, расстрел Белого дома… Так вот, тяжелее всего, не удивляйтесь, было в лесничестве. Почему?


Да потому, что меня не просто не понимали, но и не хотели слушать и слышать. Вся власть работала на показатели, которые спускали сверху. А поскольку сверху требовали зерно, свёклу, молоко, мясо, то всё остальное хозяйственников не волновало. Природа, леса… Да кому они нужны?! Тем более что в одно время с лесопосадками в колхозах и совхозах начиналась очередная битва за урожай. Но если весенний сев был на контроле и в обкоме, и в ЦК, то за посадку леса не спрашивал никто. А это значило, что если у тебя сломался трактор, ты можешь хоть сам впрягаться в плуг – к «Сельхозтехнике» тебя и близко не пустят. Вот и приходилось даже самые ходовые запчасти тайком на «магарыч» выменивать.



Больничный роман


Лес, лесное хозяйство – это то, что со мной на всю жизнь. След в душе и сердце. И память. Именно тогда всё начиналось. Я был молод, спортивен, ловок. Мне, как лесничему, по штату был положен мотоцикл. И у меня был «Днепр». Но были и две лошади: выездная и скаковая. Одна – под седло, а вторая: зимой – сани, летом – легковая упряжка. Тогда я по-настоящему увлёкся лошадьми и завоевал репутацию лихого наездника. Даже цыгане, бравшие лошадей на обучение, самых норовистых направляли ко мне в лесничество. Я любил их укрощать, обучать. И эта любовь к лошадям стала прелюдией другой любви.


Всё началось морозным зимним днём, когда я взялся за обучение не просто необъезженного, а какого-то бешеного жеребца по кличке Буян. И то ли был не в лучшей форме, то ли самоуверенность подвела, но конь меня так растрепал… Тащил по снегу несколько километров, я, естественно, перемёрз и заболел воспалением лёгких. Попал в больницу и вот там познакомился с медицинской сестрой. А вскоре и женился на ней, на моей Татьяне. С тех пор мы вместе, у нас двое детей, теперь уже четверо внуков.


Женившись, я обрёл прочный тыл.

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Понедельник, 20 ноября 2017 г.

Погода в Липецке День: +1 C°  Ночь: +1 C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Рождённая в октябре 1917 года

Марина Гольц
// История

Правда была его естеством

Евгения Ионова
// Культура

Услышать голос

Евгения Ионова
// Общество
Даты
Популярные темы 

Быть первой во всем

Лицей поселка Добринка отмечает 50-летие
Ольга Шкатов, shkatovao@list.ru // Образование

Уроки Октября. Сто лет спустя

Елена Таравкова // История

Афиша

// Культура

Хотели как лучше…

Петр Новиков // Спорт

Какие головы нынче в цене

Михаил Зарников // Общество

Не хочу учиться

Елена Бредис // Образование



  Вверх