lpgzt.ru - Культура Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
7 февраля 2014г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
12
3456789
10111213141516
17181920212223
2425262728
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Культура 

ЖСЛ: жизнь современной литературы

07.02.2014 "Молодежный вестник".
// Культура
Михаил Анищенко (9.11.1950 – 24.11.2012)
Михаил Анищенко (9.11.1950 – 24.11.2012)Анастасия КОЛОБОВНИКОВАРисунок автораЖанель. Рисунок автораВарвара Юшманова

Колонка редактора


Дорогие читатели!


Редколлегия «ЖСЛ» поздравляет всех с прошедшими праздниками и наконец-то наступившей снежной и морозной зимой. А пока снег мотыльками порхает за окнами и стужа, завывая в окна, призывает ко сну и отдыху в обнимку с отопительными приборами, мы приглашаем вас к неторопливому чтению и свежим прозаическим формам молодого литературного искусства.


Сегодня на наших страницах продолжение «Диалогов» Варвары Юшмановой и зарисовки нового автора Насти Колобовниковой, оформленные ее же рисунками. Ведь Анастасия пробует себя в различных видах искусства, и живопись этого автора достойна внимания не меньше, чем ее литературные опыты.


А пока предлагаем вашему вниманию отзыв Александры Рыжей о посещении фестиваля Анищенко в Самаре, который состоялся в конце прошлого года.


Приятного прочтения.



Фестиваль имени Михаила Анищенко в Самаре

22–24 ноября 2013 года в Самаре прошел первый литературный фестиваль, посвященный ушедшему из мира в 2012 году поэту Михаилу Анищенко. Я побывала на этом фестивале сторонней участницей, вольным слушателем. Какова же была моя радость узнать о давно знакомом, но, увы, недавно оставившем нас поэте из уст его ближайших друзей.

Да, Анищенко был сложным человеком, но и жизнь поэта была не менее сложна, чем его характер. Последние годы он жил в забытой богом деревне Шелехметь, под Самарой, в нищете, практически оторван от цивилизованного мира. Но в это же время создал большинство своих лучших стихотворений. Все их, в хронологическом порядке, можно увидеть на портале stihi.ru, где Анищенко публиковал свои творения.

В эту ночь – без Родины, без Бога, без сиянья вечного огня –
Выхожу один я. Но дорога сквозь туман уходит от меня.
Убегает зло и сиротливо в темноте уходит из-под ног,
Словно кто-то нитку торопливо в небесах мотает 
на клубок.

Самарский самородок с гнусным характером и тяжелой судьбой. Положительный отзыв Евгения Евтушенко в свое время дал ход его творчеству. После смерти Михаила Анищенко самарские литераторы организовали фестиваль его имени. В память, так сказать. Чтобы помнили. И ярко, и громко. И вполне заслуженно. Поэзия Анищенко носит в себе лавры настоящей, глубоко духовной и метафизически пророчествующей поэзии. Его лирика наполнена горечью, но горечь эта не темна и депрессивна, как часто бывает у молодых стихотворцев, амбициозно именующих себя поэтами, а полна искрами надежды, всепонимания и фундаментально-религиозных основ любого мало-мальски духовного человеческого бытия, отвлекшегося от мирской суеты и сумевшего заглянуть, хоть ненадолго, внутрь Вселенной.

Рекомендовать стихи Анищенко нет смысла, их нужно читать и знать. Я уверена, что скоро будет создана комиссия по исследованию его творчества, которая облегчит задачу знакомства с ним неподкованного читателя и поможет понять Анищенко тем, кто уже успел полюбить его стихи.

Я верю, я верю, а верить нельзя,
Отторгнут я жизнью и веком.
Так капелька крови, по сабле скользя,
Считает себя человеком.

Организаторы фестиваля – Самарская областная организация молодых литераторов и администрация г. Самары, а также Самарское отделение Союза писателей России, Центр чтения Самарской областной универсальной научной библиотеки – планируют проводить фестиваль ежегодно. И знаю, что о Михаиле Анищенко мы услышим еще не раз.


Александра Рыжая



Анастасия КОЛОБОВНИКОВА

Пленник

Он смеялся! Сидел и смеялся. Я с немым изумлением уставилась на него. Да как он смеет?!

Я встала, обошла его стул вокруг. Ничего! Да что такое?! А он продолжал смеяться. Хохот был похож на раскаты грома: «Хо-хо-хо».

ОН СМЕЕТСЯ!!! Я вновь уставилась на него (надеюсь, в моих глазах не так явно читались ненависть и презрение). Он ответил мне печальным взором узника. «Хо-хо-хо». Он сполз на пол с табуретки.

На полу он бился, как в агонии, от нестерпимого смеха… Я села на его кровать и поджала ноги.

В голове печально бродили в поисках друг друга одинокие обрывки мыслей. Может, я тоже должна смеяться? Я выдавила из себя слабенькое «Хи-хи». Нет. Это не выход. О Боже! Куда делась дверь?! А-а-а… Ее и не должно быть.

– Спаси… хи-хи-хи!.. Пожа… Хо-хо-хо! Ну, по… Ахаха!.. – раздалось с пола… Он пытался залезть ко мне на табуретку. Я отпихнула его ногой. Как он смеет?!

– Ты можешь… Ахаха! Спасти… хо-хо-хо! Меня! ПРОШУ!!! – завопил он, корчась от хохота. Руки его вцепились в ножки моего несчастного кресла…

***

– Что случилось в палате № 7?

– А что, что-то не так?

– По-моему, у больного опять припадок!

– О Боже, что с ним сделаешь?! Черт! Эй, все сюда, в палату № 7… А ведь говорят – хорошее число… Эх-ма… Ну что опять случилось?! Тащите снотворное!

– Ты… Ахаха!!! Ты… спаси… УМОЛЯЮ!.. Хо-хо-хо, – обращался душевнобольной из палаты № 7 к немногословной лавочке.

– Ну нет с ним никакого сладу! Когда ж он успокоится?! Черт тебя подери! – пробурчал врач, вкалывая буйному снотворное…

***

– Куда делась софа?!

2009 г.

Ночные взгляды

По улице неторопливо шел дождь. За ним, раскинув руки и крича нехорошие словосочетания, бежал ветер. Дождь задумчиво смотрел на асфальт и вдруг ме-е-едленно, как во сне, обернулся… Растерянно взглянув на ветер, он пошел обратно. Ветер вымученно вздохнул, раздавил несколько машин, забрался на крышу ближайшей девятиэтажки и, продолжая кричать нехорошие словосочетания, раскинув руки, побежал по крышам. Так кончилась гроза в городе, а люди спали…

2009 г.

Слушай

Мне нужен тот, кто больше меня. Мы разменяли понятия, которые говорили, на четверти и восьмые. По сути остались те же, поменялись, как получилось, внешне. Перестали слышать. Заткнули уши музыкой ли, словами ли и еще невесть какой чужой-своей ложью. А попросту, перестали петь вместе, ибо просто испугались – так проще оправдаться. Мне страшно. Без тебя, с тобою, в себе, в чужих, в своих. Всюду страх. Ты мой Дом. С дикими, невразумительными законами. Где мы оба – один Вожак. Две сути одного человека, где нас отталкивает-притягивает от/к друг другу. Я боюсь тебя. Ты поселился во мне верным спутником, и твой молчащий гневный образ уже не имеет ничего общего с тобою. Отныне я не знаю, люблю ли тебя. Но если не люблю тебя, то кого в конечном счете я люблю? С тобой везде война. С тобой. А не с тобой война еще пуще. Я хожу меланхолически по поликлиникам, больницам. Как бы знаю причину болезни. Ты выпустил меня в Наружность, и теперь у меня Болезнь Потерявшихся. Разорвал все ниточки. Больно ли тебе? Кто знает. Общие претензии. Хотели оба свободы в созвучной душе. А получили свой же океан боли, помноженный на два. Я скучаю. Мы оба потерялись. Оба.

2012 г.

Цикл «Город»

1.

Город рассматривает то, чем стал сейчас. Галдение вывесок и надписей: «Не ставьте машины на три метра», «Я ем детей», «Закрывайте дверь». Острозубые рекламные тетки предлагают вкусить очередную порцию легких наркотиков – шопинг. Раз, два, три – вальс, – тянет руки, щурит глаза. Отныне непонимание – основная реформа образования. Петарды шипят маленькими салютиками. Тепло с неба не рассматривается. Затем и делалось тепло. Маленькие подкожные монстры фехтуют с представителями ЖЭКа. Переросло все это в голубиное желе под ногами. Маленький бредет в беспристрастности. Мир одинаково фиолетов и слева, и справа. Мальчики чешут языки по подъездам. Беспристрастность. Тук-тук-маленький салют-тук-тук-раз-два-три.

2.

Город рассматривает то, чем стал сейчас. Сине-зеленые провода аллей уходят в горизонт. Перспектива натыкается на скользящие блоки домов. В них празднуют праздники жизни. Зовущие, кричащие светофоры: «Я ЗДЕСЬ! Я ЗДЕСЬ!» Попытки проникновения в межличное пространство радужной цепи. Щербатые улыбки выбоин асфальта грозят укусить цепкими зубами, заглотить, прожевать и закинуть тебя в Центр Земли. Шаг-шаг-вдох-шаг-шаг-выдох. Осознание каблука врезается в пыльную мысль медным ножом. Кошки выкатывают зрячие глаза из щелей в листве на плоскости. Пальцы парализует шипящее молчание холода. Шаг-шаг-вдох. Небо раздает индульгенции. А ты помоги себе сам, жалость моя ненаглядная. Зоркое небо твое кончается посредством моего возгласа. Шаг-шаг-выдох. Серийная разбитость сознания – раз кусочек, два кусочек – ты целый. Свободные величины перифразов. Течение небоземли. Горько-шаг-шаг-выдох. Путешествие от А до Б сквозь скрипучее время двери. Еще шаг-шаг-вдох-Земля.

3.

Город рассматривает то, чем стал сейчас. Серые птицы, сидящие на сером асфальте. Где-то вдалеке детский смех. Заглядывает на лавочки – нежатся парочки, под ногами окурки. Светит фонарем себе на рукав. Испачкался в побелке. Трогает нос по привычке. Мимо шаркают старушки, пробегают собачники с питомцами. Никакой магии. Листья пожелтели.

Я смотрю в глубь себя. Чем же я стал сейчас?

2012–2013 гг.

Без названия

– Я спасатель на дереве, внизу которого кружат котята. Хищная толпа обезумевших тварей. Выпей воды и приведи себя в чувство. Надо пришить назад те оторванные тобой пуговицы. От лука послевкусие мужских духов. Я спрячусь. Я спрячусь. Светофор горит синим. Я пою звонкую песню. Она льется из меня – я уже по щиколотку в ней; если продолжу, то рядом со мной, на моем берегу, можно будет построить небольшое поселение. Съешьте ваши театральные буклеты и запомните, что актер на сцене всегда один. Раскусите пломбы в зубах – в них осталось еще немного мышьяка. Я закончен.

*Занавес*

– Будешь кофе?

2013 г.

Про любовь

За что Он полюбил Ее?

– За что ты полюбил ее, а, несчастный?

– Радужка Ее глаз показывала меня больше, чем ее. Но теперь все поменялось.

Он сидит, переплетя свои паучьи пальцы. Поменялось! Конечно! Раньше ты не видел Ее трусов на батарее. Раньше ты не помогал Ей ходить на рынок. За что ты любишь Ее, ведь именно ты возишь Ее на этот, вами обоими ненавидимый, огород? Ты так и не запомнил рисунок на Ее пальцах, таких милых. Нет уже ничего в них милого, не запомнил. Это ведь ты терпишь Ее брюзжание, Ее мысли, полные этих чужих сплетен. Ты всегда ненавидел кошек. Она же, как известно, тащит их десятками в дом. Ты так не любишь шерстяные вещи и всегда теряешь один из двух Ее колючих носков. Бегаешь, чинишь, успокаиваешь. Вовсе не это ты любил в Ней.

***

Но за что Она полюбила тебя?..

2013 г.

Мой ласковый и нежный бродяга 

(А. Ю. К.)

Короткий стук. Двери зашелестели от сквозняка. Цветы как-то повернулись разом в удивлении своем немом. Штора стукнулась о подоконник. Цветы испуганно отвернулись. Поделом! Нечего смотреть куда не надо! Резкий собачий запах от волос, ну оно и немудрено ведь. Снова какие-то окна, ручки, листы и книги непонятого содержания. Коридоры становятся тоннелями в своей одинокой пустоте. Вот и нам стать тоннелями. Посмотрим-посмотрим. Сердечко мое-твое хрупкое. Не ломайте, люди добрые. А то там бог знает что за скорлупой. Ящичек с драгоценностями Пандоры. Честно будет примерно так: не ври – и обманутым не будешь. А в Серых господ играть будем? Давай будем жрать время? Но только смотри. Только друг у друга. Алле оп! Начали! Нам ненадолго…

2011 г.

Без названия

Где этот твой Запад? Зачем он тебе? Вернись, а? Заклинаю тебя, вернись. Тут и кров, и уют. Я приготовлю еды, излюблю тебя, дикого. Что, ну… пусть исчезнет твой Запад у меня в волосах, в моих песнях. А там страна чужая нам, тебе, мне. Там реки чужие. А тут речка течет с нашими слезами. Захлебнись, как воздухом. По привычке. Ведь дыханье твое теперь не такое. Захлебнись, чужак с Запада. Ты не нужен мне. 

2012 г.

Без названия

Я впитал в себя банальную, обывательскую красоту Города. Отказался от буйной, немыслимой красоты Леса. Я воспел Город и решил именно его поставить на вершину эстетической завершенности. Но именно Город сдался Лесу. Они долго говорили, и в итоге посреди щепетильной уличной продуманности я сам, своими руками, полил дерево. Я брезгливо плеснул воды из пластиковой бутылки. Уродство есть я. На следующий день на дереве кто-то вырезал ножом: «Боже, храни королеву!»

***


Мой сад уже расцвел.



Варвара Юшманова. Диалоги. 2 часть

4.

– Скажи, а ты совсем несчастлив в жизни?

– В смысле?

– Ты сказал, что если бы стал футболистом, то был бы счастлив.

– Да нет. Я счастлив!.. Просто мне нравилось бежать с мячом… бить по воротам… Когда забьешь гол – ты самый крутой на свете!.. Я мог играть весь день не переставая. Просто замучивал всех этим. Другие уже расходились, а я все равно тащил всех на поле. 

– Это любовь.

– Да! Мне даже сны снились про футбол.

– Очень грустно.

– Почему?

– Ну, что мечты не сбываются.

– Сбываются. Но не все.

5. 

– Что же Вы ей совсем ничего не сказали?

– Ей не нужно пока ничего этого.

– Она так надеялась услышать что-нибудь ободряющее.

– Ей не нужно это слышать.

– Мы же Вам заплатили, могли бы и сказать хоть что-то для приличия. 

– Деньги тут ни при чем.

– Ну, в принципе, я так и думала.

– Как?

– Что все это плохая затея. Не надо было сюда приходить.

– Зачем же пришли?

– Я только из-за нее. Сама-то я вообще не верю во всю эту чушь! 

– Зря ты так говоришь. 

– Я Вас умоляю, гадания, предсказания… ерунда!

– Вот про тебя я как раз многое вижу и могу сказать. 

– Нет-нет-нет. Спасибо. Я как-нибудь обойдусь. Вот мне точно ничего этого не нужно.

– Ты разлюбишь беса.

– Что? 

– Ты разлюбишь беса. Так будет.

– Что за бред Вы несете?!

– Есть способ. Нужно родить ребенка.

– Какого ребенка?! Какого беса?! Вы в своем уме?!

– Ты родишь ребенка от другого мужчины. И тогда разлюбишь своего беса. Уйдет это страшное.

– Я не понимаю, о чем Вы.

– Это простой способ. Все закончится. Поверь. Нужно просто родить ребенка.

– И я полюблю снова?..

– Да. Но не так сильно. 

6.

– …Ну мы его и взяли. Жалко же!

– Прям в отель?

– У нас же что-то типа турбазы было. Домик свой отдельный. Никто к нам не ходил. А когда Яшу взяли, сказали, чтоб и горничная к нам не ходила. Нам все равно пять дней оставалось. Сами убирались. Я пол мыла.

– И что потом?

– Кормили его. Втихаря выносили и на пляж. Там весь день. Купаемся, а он у шезлонгов наших. Сторожит. Малыш такой, а уже все знает.

– А как же экскурсии… там… шопинг?

– Да ты что! Я когда увидела его первый раз – маленького, замерзшего, лежит в грязи, скулит, – я обо всем на свете забыла. Все думала: что за сволочи его выбросили?! Ведь видно, что не дворняга. Маленький мой Яша! Как он там?!..

– И куда же вы его дели?

– За три дня до вылета я начала действовать. Узнала про все приюты, предлагала всем самым приличным местным. Никто не брал. В приютах какая-то там система – надо данные паспорта оставлять, а иностранные паспорта не принимаются. В общем, кошмар. Я вся на нервах.

– Не отдых, а черт знает что!

– Да какой там отдых… 

– И что в итоге?


– Ну, сидим в последний день. Чемоданы собрали. Виталик меня даже не успокаивает уже. Яша бродит вокруг грустный. Заходит вдруг горничная наша, от которой мы скрывались пять дней. «Ой, – говорит. – Извините. Я думала, вы уже уехали… О, у вас собачка!..» И как заплачет. И зовет Яшу: «Фити! Фити!» Видимо, имя такое у него. Он к ней подбежал, задорно так, в руки сразу, и лизнул… 

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Понедельник, 21 августа 2017 г.

Погода в Липецке День: +32 C°  Ночь: +19C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

В активном стиле


// Общество

«Луч солнца» – символ Липецка

Евгения Ионова
// История

Дорога по России начинается с Чаплыгина

Евгения Ионова
// Культура

«Малиновый звон» под куполом неба (ФОТО)

Дарья Шпакова, фото автора
// Общество
Даты
Популярные темы 

Как купец стал писателем

Виктор Елисеев, член Липецкого областного краеведческого общества, лауреат областной премии имени И.А. Бунина // История

От Москвы до Владивостока

 Юлия СКОПИЧ // Общество

Жизнь хороша, когда крутишь не спеша

Олеся ТИМОХИНА // Общество

«Волонтёры»-обманщики

 Юлия СКОПИЧ // Общество

В молодёжном «РИТМе»!

 Сергей БАННЫХ // Общество

«Деревня викингов» превратится в Хель?

Елена МЕЩЕРЯКОВА // Общество

Безграничные возможности

Татьяна СИДОРУК, студентка ЛГПУ // Общество



  Вверх