lpgzt.ru - Общество Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
1 августа 2013г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Общество 

Времен связующая нить

Пять рассказов о Задонщине и ее людях
01.08.2013 "Липецкая газета". Александр Косякин
// Общество
Задонск. Памятник Скорбящей Матери в парке Победы. Фото Николая Черкасова

Глава третья. После Победы


Продолжение. Начало в номерах за 18 и 25 июля.


Я родился спустя пять лет после Победы, когда страна только возвращалась к жизни. Но война напоминала о себе всюду. Воронеж, куда мы ездили с матерью, лежал в руинах, а в нашем парке каждый пацан знал дерево с вросшим в его тело осколком после бомбежки.



На улицах было много гимнастерок и галифе. Здоровые с виду мужики беспомощно стучали по мостовой костылями, однорукие учились скручивать самокрутки, молодые парни без ног на тележечках упрямо толкали землю своими утюжками. Победа наша была вся в кровавых и грязных бинтах, худых сапогах, обутых еще под Ельней. Она выглядывала из сырых полуподвалов, каких было в Задонске тех лет немало, она захлебывалась вечерами пьяными слезами и утихала, успокоенная женской жалостью. Но был мир. И была вера в счастливую, похожую на довоенную, жизнь. Потому что когда нет счастья, то за что же воевали?


И не было дома, где бы не наследила война. Эти следы не исчезают насовсем, они только выцветают на солнце...


Мой дед уходил на фронт в сорок втором, и мать, тогда двенадцатилетняя девчонка, бежала за телегой, пока не выбилась из сил. Он быстро вернулся в свою Поповку под Репцом, мой дед Серега — война отпустила его слишком рано. Но его ноги, навсегда обутые в валенки (ранение в позвоночник), теперь волочились вслед за скрипевшими по половицам костылями. В день, когда вовсю цвели вишни, к нему приходили репецкие мужики, они пили подкрашенную смородиновым вареньем самогонку, матерились и плакали. Потом кто-нибудь шутейно отнимал у деда Сереги костыли, и я с ревом бросался на обидчика. Он ушел рано, я так и не успел расспросить его про войну.


Потом уже я узнал «городской» День Победы. Утро всегда было солнечным, а сапоги у фронтовиков надраенными. Их чистил каждый у своего подъезда долго и любовно, наяривая бархоткой, поплевывая на носок, доводя до неистового блеска, чтоб в них могла смотреться вся улица. Они уходили с нашего двора (это там, где сегодня стоит здание районной администрации), взяв под «кренделек» пропитанных «Красной Москвой» супружниц, которые потом почему-то возвращались одни. К вечеру в меру пьяненьких наших мужиков собирали по городу жены, и это был единственный день в году, когда стекла не дрожали от бабьего крика и не было дежурного шмона осунувшихся мужниных карманов.


Мы многое подрастеряли в последнее время. Но у нас остался, нами припрятан на сердце наш День Победы. Это наше, не заемное, не захватанное перестройками и не заглушенное горластыми вождями. Потому что в каждом доме есть или треугольники «похоронок», или спящие в коробочках ордена, или портреты вечно юных героев — наша застекленная память. И — неутихающая боль. А тех, кто чудом выжил в той войне, для нас — История. И правда. И гордость. И надежда.


Возвращались с войны фронтовики — с трофейными аккордеонами (из Германии), термосами и шелками(из Маньчжурии). Задонск, как бинты со старых ран, отдирал с окон бумажные ленты, напоминавшие о недавних бомбежках, мыл стекла, заводил патефоны... и ждал. Они возвращались долго — и год, и два... Война, даже закончившись, все не отпускала. Кто-то долечивался в госпитале, кто-то попал после плена в свои лагеря...


После войны Задонск самовосстанавливался благодаря, как теперь бы сказали, малому бизнесу. В районе работало много частных контор, в городе особо развернулись артели инвалидов. Покалеченные войной фронтовики находили в них себе дело и заработок. Артельщики делали сани, табуреты, тележные колеса, они владели фотопавильоном и даже наладили производство колбасы. Знаменит был квас Тихона Дронова, его мастер изготавливал «по секрету», на дому. Когда он развозил напиток по торговым точкам, несколько бутылок непременно салютовали, пугая «выстрелами» прохожих. Квас назывался «Баварским», но позже его переименовали в «Московский». В самом городе было множество всяких лавок, по-прежнему, как и до войны, шумел базар. На всю округу гремел райпищекомбинат, где директором был Григорий Иванович Шальнев. Чем только не занимались: ловили артельно рыбу, засаливали капусту и мочили арбузы, разводили кроликов и пчел, валяли валенки, имели свиноферму, делали колбасу, заготавливали грибы, имели бахчи...


В общем, жизнь понемногу налаживалась.

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Четверг, 14 декабря 2017 г.

Погода в Липецке День: +3 C°  Ночь: C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Полвека с газетой


// "Липецкой газете" - 100 лет

Шотландский мотив

Сергей Малюков, фото автора
// Общество

Этот «страшный» Дед Мороз

Елена Бредис
// Общество

Сокол ясный

Александра Панина
// Общество

Секрет на миллион. Евтягины

Марина Кудаева
// Общество
Даты
Популярные темы 

Второе дыхание

Владимир Петров // Экономика

Меж прошлым и будущим нить (фото)

Евгения Ионова // Общество

Молитва священномученику Иоанну Кочурову

Светлана и Галина ШЕБАНОВЫ // История

Цепь добра

Евгения Ионова // Общество

Олимп героизма

Ольга Головина // Общество



  Вверх