lpgzt.ru - Общество Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
18 марта 2013г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Общество 

Век живи – век люби (фотогалерея)

20 марта – Международный День счастья
18.03.2013 "ЛГ:итоги недели". Ольга Глушкова, Павел Остряков (фото)
// Общество
Золотая пара Вороновых – Михаил Николаевич и Мария Степановна

Свадьбу они играли в один день – 19 января 1963 года. Вороновы на одном краю села, Вишняковы – на другом. О дате не договаривались – просто совпало. А спустя 50 лет не думали и не гадали, что золотой юбилей их супружеской жизни станет событием, о котором будут говорить, писать, вспоминать.


Юбиляры не догадывались, что, прожив полвека в любви и верности, они ответили на самый важный вопрос: в чём секрет семейного счастья? И мы, в надежде узнать его, едем в село Крутые Хутора Липецкого района, где живут золотые пары: Вороновы – Мария Степановна и Михаил Николаевич и Вишняковы – Евдокия Фёдоровна и Николай Матвеевич.


ФОТОГАЛЕРЕЯ


В поисках Казбека



Улицу Гагарина, где стоит старенький домик Вороновых, раньше именовали Казбеком – в честь кавказского пятитысячника. А всё потому, что улица приютилась на вершине самого крутого склона самого глубокого оврага.


Всё село и его окрестности оврагами изрезаны. Первый встречает уже километра через полтора после поворота с трассы Липецк-Воронеж. Машины словно проваливаются в него, исчезая из поля зрения, а потом выныривают и медленно ползут вверх.


…Казбек мы искали долго. Или Разбегаловку (так местные жители тоже называли улицу Гагарина: новые дома после 1900 года здесь почему-то строили далеко друг от друга). В сельсовете объяснили, как доехать: 50 метров направо, потом 120 налево, потом снова направо… С полчаса блуждали по улицам, привлекая внимание редких прохожих. Ленина, Школьная, Садовая, Центральная… Наконец добрались.


В гости мы сами напросились. Накануне поездки я позвонила Марии Степановне: вот узнали про золотую свадьбу, говорю, хотим приехать, посмотреть да расспросить, как живёте.


– Ой, да ведь писали уже про юбилей, – начала было хозяйка. Но тут же засуетилась: – Приезжайте, приезжайте, про моего Михаила Николаевича расскажите, он известным на весь район свекловодом был, его делегатом на съезд посылали. А теперь забыли про труженика.


С этого и начали разговор по приезде.


Работали, как все


Хозяин дома очень волновался – не ожидал такого внимания. Супруга его выручала – подхватит рассказ и продолжит, будто по написанному, будто сама его жизнь прожила.


Родился Михаил Николаевич 8 ноября 1940 года в Частой Дубраве. В родном селе прожил до 8 лет. Отец погиб на фронте. Матери тяжело было одной детей на ноги поднимать, и она перебралась с ними в Крутые Хутора – к своей маме. Михаил Николаевич окончил здесь семилетку и сразу пошёл работать. Сначала в колхоз разнорабочим (тогдашний «Строитель коммунизма» был передовым в районе), потом пристроился в тракторную бригаду прицепщиком: отцепить, прицепить агрегат, подремонтировать, трактористу помочь.


Так до армии и трудился: летом – в колхозе, зимой – на сахарном заводе в Боринском. Служил в погранвойсках в Мурманске и Петрозаводске. Вернулся – опять в колхоз. Отучился на тракториста, получил права. Поначалу на стареньком тракторе работал, а на второй год поновей машину дали – Т-38 (такой на постаменте у ЛТЗ стоит). И отправили свёклу обрабатывать.


– Весна начинается – культивировать поля нужно, готовить под зерновые, – рассказывает Михаил Николаевич. – Потом свёклу сеять, обрабатывать её – бороновать, удобрения вносить и яды от вредителей. И так всё лето. А осень пришла – на уборку урожая.


– Напарником у него был Иван Михайлович Смыков, – подхватывает Мария Степановна. – Так его многие отцом Мишиным звали, до того они сработались и сдружились, как родные. Оба – трудяги, и с вином не дружили.


– А как пить-то? Напьёшься – всю свёклу порежешь, – говорит Михаил Николаевич. – Тут точность нужна: 45 сантиметров от борозды до борозды и 5 сантиметров – от рядка до плуга.


В ноябре 1969 года в Москве проходил III Всесоюзный съезд колхозников. В числе делегатов от Липецкой области был и Михаил Воронов.


– Поселили нас в гостиницу «Россия», из окна Кремль виден – красота, – вспоминает Воронов. – Брежнев перед нами выступал. Всем делегатам вручили памятные часы с гравировкой, – показывает. – Они до сих пор ходят, раньше ведь на века делали.


«Ветеран труда», «За трудовую доблесть», – медалей у Вороновых каждой по паре – для него и для неё. Мария Степановна – тоже передовой колхозницей была, свекловичницей. Но о своих трудовых заслугах супруги говорят скромно: да разве ж мы что-то выдающееся сделали – работали, как все. Но односельчане Вороновых уважали. Михаила Николаевича не раз избирали народным депутатом местного Совета. Говорят, честно работал и о людях заботился.


Ругаться было некогда


– А как вы познакомились? – спрашиваю супругов.


– Да как – он жил по Садовой, а я по Гагарина, в клуб ходили. Иду, гляну – а он за мной, – Мария Степановна улыбается. – Один раз остановилась, разговорились. Стал до калитки провожать. Постоим, постоим у дома, поцелуемся, да и в разбежки. Два года походили, а уж потом он замуж позвал.


– А чем он вам приглянулся?


– А что с вином не связан был – вот что понравилось. И по сей день не признаёт спиртного.


4 ноября 1963 года у Вороновых родился сын. Говорить о нём родителям тяжело – пять лет назад умер он от тяжёлой болезни.


– Красавец был, умница, – со слезами рассказывает мать. – В армии служил в правительственной связи, в Сокольниках. С красным дипломом окончил машиностроительный техникум, и по направлению его сразу на тракторный завод взяли в конструкторское бюро… Заболел сын – онкология. Операцию сделали – вроде на поправку пошёл. А через семь месяцев кровотечение открылось. Привезли в больницу, а врач говорит: кто ошибку допустил, тот пусть и исправляет…


Из родных у Вороновых остались сноха и внук. Живут в городе, но почти каждый выходной навещают стариков…


«Ну как спрашивать у них, переживших военное лихолетье, голод и холод, смерть единственного сына, о счастье?» – думала я. Но Мария Степановна, словно услышав мои сомнения, неожиданно сказала:


– Всё было. Где поругаемся, где посмеёмся. А я никогда не ходила жаловаться – ни к соседям, ни к подругам, ни в сельсовет. Сор из избы не выносила. Да на мужа за что было ругаться? Вино не пил, работал…


– Да и некогда было, – подмечает Михаил Николаевич. – Утром встаёшь в четыре, скотину покормил, к шести надо в бригаду попасть, она стояла за семь километров от дома. Пришёл, трактор заправил, наряд дали – поехал. Домой вернулся вечером – скорей на огород, и часов до одиннадцати.


– А зимой он на кузнице работал, – рассказывает Мария Степановна. – Тяпки делал, плуги ремонтировал. Даже лошадей ковал – их к нему со всей округи вели. А я зимой на току рапсовом трудилась и на ферме. А дома – свои хлопоты: огород большой, куры, поросята. Вся жизнь в работе. Так ведь счастье тому бывает, кто в труде ума набирает. И выходных мы почти не видали, и отпусков раньше не было. Это уже позже стали деньгами компенсировать… А сейчас мы никому не нужны. Пенсия вся на лекарства уходит. А нам и крышу надо перекрыть, и окошки новые поставить – да что говорить. У стариков такая участь. Но вот до золотой свадьбы дожили и, даст Бог, ещё поживём, главное, что вдвоём мы, вместе, друг за дружку держимся – вот оно и счастье.


На прощание Мария Степановна дала мне наказ. Вы, говорит, про нашего главу Валентину Васильевну Аксёнову обязательно напишите. Она нас никогда не забывает: если мимо едет, остановится у дома, спросит, как живём, не болеем ли? И про золотую свадьбу она первая вспомнила – праздник нам устроила с гармошкой, песнями, цветами и подарками.


Сватовство Николы


– Я и на стол-то ничего толком не собирала, думала, посидим с детьми да внуками, отметим свадьбу, а тут смотрим – Валентина Васильевна идёт, да с артистами нашими из клуба, – Евдокия Фёдоровна Вишнякова руками разводит, качает головой.


– Прям, как молодые! – заливаясь смехом, показывает фотографию с юбилея.


Вишняковы живут на самой окраине Крутых Хуторов у длинного глубокого оврага, за которым – лесополоса и бывшие колхозные поля. Район этот, улицу Титова, селяне называют Каменкой. Добраться сюда ещё сложней, чем до Казбека – грунтовая дорога занесена снегом. Каждый день её не чистят, и местные ходят в магазин и на работу по натоптанной через огороды дорожке.


Николай Матвеевич встретил нас на улице у дома. Он только вышел из конюшни – кормил свою помощницу – кобылу Малышку. Она хоть на чужих людей пугливая, как предупредил хозяин, но фотокамеры не испугалась: вела себя спокойно и даже позировала…


– Ой, ой, это ж мои морщины по району пойдут! – засмеялась Евдокия Фёдоровна, когда фотограф защёлкал затвором.


– Да что ж ты думала, что всё молодая? – шутит муж.


– Так я платок другой повяжу, – хозяйка достала из сундука новый цветной платок. – Я его берегу. Купила, когда премию на октябрьские давали. Да хватить меня щёлкать, такую старую!


Евдокия и Николай жили на одной улице – через два дома друг от друга. Только родилась она на шесть лет раньше будущего мужа, в 1933-м, и потому не воспринимала его как жениха. Даже когда тот болтал, что заберёт её к себе.


– Да врёшь ты! – отвечала девушка.


Но жених слов на ветер не бросал. На Николу, 19 декабря, в свой день рождения Николай воспользовался случаем, пока Евдокии дома не было, и явился к её родителям свататься. С собой позвал двоюродную сестру и крёстную. А будущая невеста ничего не подозревала – в клубе была на празднике. Жених пошёл избранницу встречать. До дома довёл и всё ей рассказал. Опять не поверила.


– Девок было много, я ему говорю: да что ж ты за мной ходишь, я ведь бабка перед тобой. Помоложе себе найди. А он ни в какую отступать не хочет, – смеётся Евдокия.


Только когда мать сказала, что сватья приходили, поняла: намерения у него серьёзные.


– Сильно нравилась соседка? – допытываюсь у Николая Матвеевича.


– А почему нет? Да она и сама ко мне ходила, – отшучивается.


– А за что нравилась – за красоту или характер?


– Да что работящая, – отвечает. – Как ни иду, она то в огороде возится, то со скотиной.


День думала над предложением Евдокия Фёдоровна и… согласилась. И вот уже 50 лет совместной жизни позади.


– Ругались, наверное? – спрашиваю.


– А кто не ругается? Вы живёте – разве не ругаетесь? – со своей стороны вопрошает хозяйка. – У всех всё бывает. И поскандалишь, и покричишь. Когда он на меня, когда я на него…


Тут зять пришёл. Я к нему с вопросом: в чём секрет семейного долголетия юбиляров?


– Я думаю, в уважении, друг от друга они не бегали – вот секрет, – отвечает Сергей Александрович. – Работали всю жизнь, дочь на ноги поставили, потом внуков нянчили. Помогали нам, чем могли. Газ провели – денег у нас не было, двое детей, а они деньжонок скопили. Порядок в доме всегда поддерживали. А теперь и мы им помогаем. Я их не брошу. Трудно им было, конечно. Но худо ли, бедно ли, а 50 лет прожили. Дай Бог, ещё бы столько.



Радоваться, чтоб не «склевала»


Их жизнь – это тоже одна большая трудовая биография. Николай Матвеевич – потомственный чабан, с детства работал на овчарне. Сначала отцу помогал, а как подрос, сам стал выходить и за сторожа, и за пастуха.


– Отец его в плену у немцев был, – рассказывает Евдокия Фёдоровна. – Да хоть целый пришёл. А мой с фронта без ног вернулся. По-пластунски ползли в мороз сильный, а как на ноги вставать – не может. Однополчане его на руках до деревни донесли, до первого дома, стали ботинки снимать – оторвать не могут, примёрзли… Теперь уже 18 годов как умер…


– Муж на овчарне, а я всю жизнь на свёкле работала, – вспоминает Евдокия. – Однажды, помню, холода настали, а мы только уборку заканчивали. И вот вечером к нам в поле бригадир с овчарни бежит, кричит: овцы начали котиться, а ягнят некуда сажать. Мы даже домой не успели зайти переодеться, помыться – скорей туда. Всё вычистили, подготовили. И бригадир назначил: двое в день будут ходить, двое в ночь... Жалко – колхоз развалили и овчарню. Как было хорошо: выйдешь вечером, овцы блеют. А сейчас – тишина. Будто в пустыне живём. И работать молодым негде – кто в город ездит, кто в Боринское. Вот внучка сейчас ищет место поближе к селу.


– При советской власти, когда ферма работала, тут и дороги чистили. А теперь у нас – тёмный угол, – говорит зять…


В комнате супругов есть большой сундук. Он тоже «золотой». Сделал его местный плотник 50 лет назад по заказу Вишняковых, аккурат после их свадьбы. И хранятся в сундуке «несметные» богатства: утирки и скатерти, вышитые рукодельницей Евдокией. Сейчас за вышивку она не берётся, но со швейной машинкой не расстаётся – всё понемногу что-нибудь строчит.


Напоследок я задаю всё тот же вопрос: что такое счастье? На что хозяйка, смеясь, отвечает:


– Да почём я знаю! Живём потихоньку, всё вместе: и смех, и слёзы. Да никогда не жалуемся – что ж, плакать, что ли, на людях? Жизни радоваться надо, а то совсем «склюёт»…

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Среда, 23 августа 2017 г.

Погода в Липецке День: +27 C°  Ночь: +11C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 
Даты
Популярные темы 

Кооперативный рассвет (ФОТО)

Ольга Головина // Экономика

Приехал и поел! (ФОТО)

Мария Завалипина // Общество

«Мы всегда одни из первых на выставке...»

Александр Хаустов // Сельское хозяйство

«Луч солнца» – символ Липецка

Евгения Ионова // История

А осенью поедем с ветерком…

Николай Рощупкин // Общество



  Вверх