lpgzt.ru - Культура Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
10 ноября 2012г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Культура 

Как быть современным

Дань любимому роману
10.11.2012 "Липецкая газета". И. Неверов
// Культура
Фото из архива Сергея Бугровского

Липецкие художники Ольга Буева и Сергей Бугровский стали участниками только что открывшейся в Москве выставки, посвященной выдающемуся колумбийскому писателю Габриэлю Гарсиа Маркесу и его любимой многими нашими соотечественниками книге «Сто лет одиночества». Выставка называется «45 лет роману — 45 взглядов из России». Она проводится Институтом Сервантеса (это организация, которая занимается популяризацией испаноязычной культуры по всему миру) и Посольством Колумбии в РФ.


— Почему именно Ольгу и тебя пригласили на этот проект? — поинтересовался обозреватель «Липецкой газеты» у Сергея Бугровского.

— Мы давно сотрудничаем с центром современной живописи. Его создатели пытаются делом оспорить расхожее мнение, будто живопись умерла. Руководитель Центра Дмитрий Плотников, заинтересовавшись инициативой Института Сервантеса, предложил нам подготовить что-то, связанное с творчеством замечательного прозаика.

— Вы довольно часто выставляетесь в Москве, Санкт-Петербурге...

— И не только. У Ольги, к примеру, состоялись две выставки в Нью-Йорке.

— Как же это происходит? Где Липецк и где Нью-Йорк, где Центральное Черноземье и где Колумбия...

— Искусство объединяет. В разных точках России и за рубежом есть художники, искусствоведы, любители живописи, которым мы интересны. А они — нам. Наши работы можно увидеть, в частности, в экспозициях, устраиваемых движением «Русская метафизика».

— Разве вам так уж близки метафизика, мистика, дух тайн и таинств?

— Любое творчество — и тайна, и таинство. А мы к тому же уходим от визуальной ясности, жесткости, образы в наших работах размыты, в них угадывается некий второй план, не переводимый в слова. По крайней мере, и Ольга, и я к этому стремимся.

— Твои картины я всегда считал романтичными, часто загадочными. Честно признаюсь: твои коллажи и живопись привлекают меня куда сильнее, чем эксперименты с обертыванием вымазанной красками натурщицы в бумажные листы, на которых должно отпечататься ее тело.

— Ну какой же это эксперимент! Такая техника не то что традиционная, а древняя. Уже в каменном веке наши предки опускали руку, допустим, в коричневую глину, а потом прикладывали ладонь к стене пещеры, оставляя на ней отпечаток. Когда я делаю что-то подобное, то чувствую себя не столько художником, сколько режиссером. Тональность отпечатков меняется, бывает то светлой, нежной, то грубой, контрастной. Отпечаток может быть многократным. И беру я для него разные материалы — и просто бумагу, и обои, вот сейчас работаю над серией «Большая фольга». По-моему, получается выразительно и красиво.

— А зачем, Сергей? У тебя ведь и вправду хорошая живопись.

— Наверное, я человек достаточно беспокойный. С детства. Все время внутри себя как бы расталкиваю локтями какие-то стены, преграды, расширяя свое творческое пространство.

— А как ты относишься к нынешним экспериментаторам-акционистам? Ты не находишь, что эпатажные, вызывающие арт-акции вроде тех, которые придумывает группа «Война», отталкивают зрителей от современного искусства, хотя, на мой взгляд, как раз к искусству-то они отношения и не имеют?

— Вероятно. И ты в принципе прав: это больше политика, чем искусство. Но ни я, ни Ольга политикой не занимаемся. И хотелось бы, чтобы то, что мы делаем, называлось не «современным искусством», а просто искусством.

— Тем не менее для рядового зрителя ты непонятный авангардист, фокусник. Тебя это огорчает? Или ты считаешь, что твое искусство, как выражается один мой знакомый, — не для средних умов, а исключительно для аристократов духа?

— Конечно, на выставки ныне живущих авторов народ не ломится как в Третьяковку или Пушкинский. Не ломится ни в Липецке, ни в Москве. И меня это, естественно, не радует. Думаю, тут явный пробел в образовании, в воспитании. Причем не только школьном, но и в вузовском. Даже гуманитарии, изучая изобразительное творчество, останавливаются где-то на Васнецове. А Сезанн, Пикассо, Модильяни, тем паче Поллок, им вообще не знакомы. Но искусство-то продолжается. Язык его меняется, поскольку меняются душевное состояние творца и зрителя, да и все вокруг — и в нас, и вовне. Просвещать надо. Учить видеть, учить сопереживать тому, что родилось вчера, рождается сегодня.

— Кстати, о просвещении. Ольга ведь многие годы работает с детьми…

— Двадцать лет. И с удовольствием.

— А главное — успешно. У ее уже повзрослевших учеников проходят собственные выставки, очень любопытные и на зависть профессиональные и дерзкие.

— Да-да, в школе-студии она занимается и с трехлетними малышами, и с пятнадцатилетними подростками, и со взрослыми людьми. Говорит с ними и о Сезанне, и о Дюшане. Причем они легко, естественно осваиваются с отпугивающей многих эстетикой, приемами, постигают законы и секреты пластики, цвета — вплоть до выбора формы листа.

— Но вернемся к «маркесовской» экспозиции…

— Между прочим, там как раз был показан один из моих «отпечатков». Называется он «Исчезновение». И две картины Ольги Буевой — «Середина века» и «Окончание дождя». Делались они специально для этого проекта, в них мы попробовали передать настроения, дух романа «Сто лет одиночества». Конечно, об иллюстративности и речи не было. Но я книгу перечитывал за свою жизнь раз пятнадцать, хорошо чувствую ее атмосферу, своеобразие, масштаб.

— А кто из других сорока пяти участников тебе понравился?

— Талантливый художник Константин Сутягин поместил в узких глубоких ящиках изображения военных и невоенных людей, очень соответствующих героям книги. Кубинец Омар Годинес проявил изобретательность: поставил на островок из песка старую пишущую машинку, протянул от нее струны к сложному коллажу на стене, и на каждую струну надел кусочек маркесовского текста. Получилось красиво, я бы сказал музыкально. Инсталляция земляка Маркеса художника Даниэля Эрнандеса тоже впечатляла: из гильз он выложил карту Колумбии, в центре поместил огромный красный цветок из обломков пластика. Наконец, замечательные — текучие, завораживающие — произведения Клары Голицыной. Кстати, ей восемьдесят семь, она из старинного дворянского рода. Это удивительная женщина! До сих пор полна энергии, ездит по всему миру, общается с массой людей и — работает на зависть молодым.

— Выставка открылась неделю назад. А продлится до…

— До Нового года и даже пару недель после. Так что, если окажетесь в Москве в ближайшие месяцы, — может быть, вам захочется ее посетить.

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Четверг, 17 августа 2017 г.

Погода в Липецке День: +28 C°  Ночь: +15C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Сухо, жарко

Александра Панина
// Общество

В садах, цветущих круглый год

Ольга Чистякова, Галина Кожухарь
// Общество

«Здравствуйте! Я родилась...»

Ольга Журавлева
// Общество

Вспоминая об утраченном

Елена Бредис
// Образование
Даты
Популярные темы 



  Вверх