lpgzt.ru - Общество Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
29 октября 2012г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Общество 

Фермерский конвейер: всё включено (фотогалерея)

29.10.2012 "ЛГ:итоги недели". Виктор СТРАХОВ, Александр ЮШКОВ (фото)
// Общество

Предприниматель из грязинского села Петровка намерен помимо зерна и рыбы начать поставку гусей потребителям


Фотогалерея


Мы встретились у въезда в Петровку. Митряхин был пунктуален. Ровно через десять минут, как и договаривались, чёрная «Волга», описав крутой полукруг, плавно и точно припарковалась у редакционного «Шевроле лачетти». Водитель, несмотря на вполне баскетбольный рост, легко, как-то даже пружинисто и очень привычно выбрался из-за руля. Улыбнулся, представился…


И мне невольно показалось, что когда-то мы с ним уже пересекались. Импозантный, стройный, спортивный. Тёмная мягкая кожаная куртка, яркий контрастный свитер в полоску, отутюженные брюки, сияющие туфли. Ему 43, но выглядит, пожалуй, моложе. Измученного непосильными заботами фермера из борозды Сергей Викторович Митряхин не напоминал совершенно, хотя накануне по телефону он и ссылался на занятость. Утомлённым голосом объяснял: поздняя осень, и дел у них с братом невпроворот.


При встрече уточнил – брат старший. Компаньон. Но председательствует он, младший. Сергей. Коротко и не очень подробно говорит, так получилось. А вообще работают они вместе. И в поле, и на пруду, и вот теперь после того, как Сергей получит грант на дальнейшее развитие фермерского хозяйства, будут заниматься гусятником. Правда, гуси, объясняет Митряхин, это пока перспектива, а есть и заботы насущные. Вот за солярку пришло время платить. А значит, край в Грязи ехать.


– А как же пруд? – поинтересовался я.


Думал он недолго.


– Пруд? Хорошо, поедем на пруд, – и, скептически посмотрев на белый «Лачетти», пригласил в «Волгу». – Дорога, знаете ли, деревенская. Чернозём.


– На чернозёме и на «Волге» не очень комфортно, – возразил я. – Да и в городе тоже. Один бензин чего стоит...


– Нет. «Волга» – машина особая, – решительно встал на защиту отечественного автопрома и уже переставшей выпускаться модели Митряхин. – Просторная, удобная. А багажник? Не то, что в «Лачетти». И двигатель? Кроме того, инжектор. Поэтому о расходе топлива забудьте. Очень даже умеренный расход. Как говорят, испытано на себе.


Впрочем, подобного ответа и следовало ожидать. Машина для Митряхина такой же необходимый инструмент, как авторучка в банке или гаечный ключ в гараже. Здесь у него и рабочий стул, и рабочий стол – заднее сиденье – с кипой дожидающихся своей очереди документов. Ну а почему «Волга»?


Надо сказать, что у Митряхина не только «Волга». «Волга» – представительский на советский манер вариант. В хозяйстве есть машины и побольше, и поменьше. Те же «КамАЗы», или, скажем, «Нива». Как почти и вся остальная техника, предназначенная для эксплуатации в полевых условиях, доморощенной советской или российской сборки и конструкции. На ней, что называется, и в метель, и в ливень.


Конечно, мог бы Митряхин поднапрячься и позволить себе другой автомобиль для личного пользования. По нынешним временам более респектабельный. Но, как всякий фермер, он человек практичный. А поэтому и небывалая агрессия, и фантастический драйв, которыми с заунывным энтузиазмом пытается завлечь покупателя глянцевая автореклама, для Митряхина – пустой звук. Любая машина прежде всего должна быть функциональной, надёжной, ремонтопригодной. И ещё максимально простой.


С поиска таких машин, вспоминает сегодня Сергей, они и начинали со старшим братом своё фермерство. Хотя нет. Всё случилось ещё раньше, когда совхоз «Вперёд», в котором работали братья Митряхины, вопреки названию вдруг отправился назад и начал постепенно, как и всё высокоразвитое советское сельское хозяйство, приходить в упадок. Именно тогда старший брат, чтобы хоть что-то заработать, вынужден был податься на Север. По комсомольской путёвке за длинным рублём, с улыбкой уточняет Сергей спустя много лет.


Под Нижневартовском Валерий практически 20 лет крутил баранку. На финише стал даже предпринимателем. Но, увы, наступали уже те малоприятные для большинства российского населения времена, когда накопления превращались в пыль, а работа на Севере стала терять всякий смысл.


Зарплата клерков в тихих тёплых московских конторах оставила далеко позади все воркутинские, тюменские, норильские коэффициенты. И не мудрено, что Валерий задумался о возвращении. Ну а поскольку уютное кресло клерка ему никак не светило, а должность охранника совершенно не принимала душа, пришлось искать хоть что-то, этой душе родственное.


– Так получилось, что о фермерстве мы вместе заговорили, – признаётся Сергей. – Тема была на слуху, каждый тогда думал, что дальше. Я тоже думал. Точнее, не только думал, но и делал. И кое-чего добился.


К тому времени, когда родной совхоз «Вперёд» окончательно приказал долго жить, Митряхин-младший уже занимался извозом. Он обзавёлся десятитонным «КамАЗом» и широко предлагал свои услуги. Услуги оказались востребованными. Столица бурно развивалась. Скромные трёх-, пятиэтажные виллы в ближнем и дальнем Подмосковье возводили все, кому не лень: олигархи и братки, коррумпированные чиновники и проворовавшиеся генералы, всякий прочий люд, научившийся вылавливать золотую рыбку в мутной воде.


Люду требовались кирпич и балки, блоки и железо. И Митряхин что было сил утолял неуклонно возрастающую тягу столичной элиты к повышению благосостояния. Иногда он не успевал возвратиться из очередного рейса, когда на сотовый звонили и предлагали груз. От работы Сергей не отказывался. Понимал, что это временно, что строительный бум пройдёт, что применение себе ещё придётся искать.


И время настало. Разговор с братом, как это всегда и было, закончился полным консенсусом. Не вызвали никаких споров и цели, которые они перед собой ставили. Хотя о целях надо сказать особо, потому как оказались они не только меркантильными и бытовыми. Обуть, одеть жён, накормить детей, дать им образование – это всё понятно. Это не обсуждалось. Но Митряхины замахнулись на нечто большее.


– Храм у нас прекрасный, – рассказывал Сергей. – Во имя Космы и Дамиана. Построили его в начале прошлого века, но не сберегли, теперь восстанавливать надо. Вот мы с братом и пытаемся хоть как-то помочь.


В бога он верит. А потому и церковь для него не просто исторический или архитектурный памятник, но и категория духовная. Он часто говорит с Божьей помощью и искренне полагает, что только эта помощь и позволила хозяйству выстоять, только она даёт ему силы много лет подряд нести не оставляющую времени ни на что другое ношу. Её истинной тяжести, признаётся Митряхин сегодня, он абсолютно не представлял. Особенно в те дни, когда вместе с братом ходили просить землю к главе районной администрации. Если бы он догадывался, что предстоит, тысячу раз подумал бы.


Тогда казалось, что самыми трудными будут эти стартовые процедуры. Он ошибался. Трудно было всегда. Трудно и сегодня. Но если много лет назад он ещё мог что-то изменить в своей судьбе, то теперь этот фермерский конвейер просто не отпускает. С утра и до вечера. Он делает то, что должен делать.


Это «должен», «должны» и определяло жизнь хозяйства все последние годы. Должны были развиваться, и они внедряли новые культуры, новые агроприёмы. Валерий дело представлял. После восьмилетки он окончил Усманский сельскохозяйственный техникум, или совхоз-техникум, как его тогда называли, и какое-то время работал в Петровке агрономом. Так что ему пришлось лишь вспомнить всё, когда-то уже пройденное. Сергей до армии решил стать помощником машиниста, учился, но судьба сложилась иначе. И сегодня он давно не машинист, а вот агроном, ихтиолог, менеджер, пожалуй. А ещё тракторист, комбайнёр, водитель, слесарь, а если потребуется, и просто разнорабочий с лопатой.


– Это в совхозе я мог разбираться с начальством, где начинаются мои обязанности и где они заканчиваются. Я даже мог порадоваться дождю во время уборки. Как же, лишний выходной. Сегодня же дождь – не просто головная боль, катастрофа. А потому и сельское хозяйство – это рулетка, в которой крупный выигрыш не грозит. Зато постоянно рискуешь проиграться в пух и прах, – размышлял Сергей за рулем.


Мы уже пару километров ехали по узкому влажному серпантину, петляющему в зелёной низине. Вдали, когда машина взбиралась на пригорки, иногда мелькала краснокирпичная колокольня той самой церкви, о которой мы говорили с Митряхиным. Справа в густых зарослях пряталась крошечная речка.


«Р. Лукавчик» было написано на табличке у моста, который мы миновали перед тем, как съехать с шоссе. «Лукавочка», – представил речку, знакомую с детства, Митряхин. На её берегах они с братом когда-то познавали мир, по её берегам простираются сегодня фермерские владения. Те самые 500 гектаров, что братья получили восемь лет назад.


Земли, в начале нулевых совершенно не обрабатывавшиеся, сегодня были аккуратно вспаханы. Правда, не все. Уборка подсолнечника, когда пошли дожди, ещё продолжалась, и комбайны пришлось вывести с поля.


– Гектаров 50 осталось, – в очередной раз на глаз прикинул Сергей Митряхин, но ни катастрофы, ни даже головной боли в его голосе не слышалось.


– Семечка дожди переживёт, – фермер, кажется, размышлял вслух. – Ей и морозы не страшны. Так что урожай мы ещё уберём. И качество его будет отличным.


Урожай Митряхиным нужен. Дело в том, что зерновые нынешним летом не удались. Озимую пшеницу выжгло. Трещины в ладонь в поле были, – широко расставил пальцы Сергей. Какое-то время надежда оставалась на яровые. Во всяком случае, и всходы были отличными, и специалисты в один голос прогнозировали сборы. Но тут пошли дожди, и процентов 30-40 зерна осталось на земле. Подсолнечник от таких потерь более-менее гарантирован. И спрос на него стабильный. Семечки сегодня принимают и элеваторы, и перекупщики.


С кем выгоднее сотрудничать? Готового ответа у Митряхина нет. Конечно, он мог бы присоединиться к хору голосов, клеймящих перекупщиков. Кто их не клеймит сегодня? Разве что ленивый. Однако у фермера язык не поворачивается. Потому как сотрудничество с перекупщиками ему часто выгоднее, чем сотрудничество с элеваторами или, например, с банками.


При чём здесь банки, спросите? А при том, что уборка той же самой семечки требует горючего, а приобретение горючего требует денег. Банки эту сделку, конечно, смогут профинансировать. И с удовольствием профинансируют. Однако попросят за операцию процентов двадцать годовых. А перекупщик может дать денег бесплатно. Под урожай. Ему вполне достаточно будет гарантий, что убранное зерно он у фермера купит. И купит не по максимальной, а по среднерыночной цене, как правило, вполне выгодной и продавцу, и покупателю.


Хотя здесь тоже есть тонкости, связанные с обильными и скудными годами. Эти соображения, кстати, и заставили фермеров Митряхиных в своё время не полагаться на одно зерновое хозяйство, а стать ещё и рыбопромышленниками. Зерновые, как мы уже говорили, культуры капризные. Тем более что и их качество не всегда устраивает потребителей.


Во всяком случае, у Митряхиных проблемы с элеваторами уже были. Случалось, что они отправляли на хранение партию лучшей своей пшеницы с содержанием клейковины, превышающей любые нормы. А адресат сообщал, что обещанной клейковины в поступившем хлебе и близко нет.


В чём причина конфликтов? Самое простое объяснение – некондиционные приборы. Их сегодня сколько угодно. А вот только в них ли всё дело, Митряхин не убеждён. В подобной ситуации аксиома для него лишь то, что клейковина – это главный показатель качества зерна. На её содержание обычно обращают внимание и мукомолы, и пекари в первую очередь. И стоит зерно, пригодное для хлебопечения, гораздо дороже обычного, фуражного. Вот только платить мелким производителям, такова специфика национального рынка, потребители не всегда хотят. Нет, от зерна они не оказываются, но предлагают сбросить цену. И иногда очень значительно. Фермерам это не выгодно. Вот только девать зерно им, как правило, больше некуда. Приходится соглашаться на условия монополиста. Можно ли этому противостоять? Можно, если диверсифицировать хозяйство. В нём, как правило, находится применение любому продукту.


Вот тогда Митряхины и вспомнили о промышленном производстве рыбы. Что для этого производства требовалось? И много, и мало. Для начала получить разрешение на работы. Сделать это оказалось нетрудно. Областные власти в то время решили позаботиться о состоянии прудов. Однако денег на эти цели у них не было. И ответственность они готовы были на весьма демократических условиях передать любому подходящему инвестору. Братья Митряхины на роль инвесторов вполне подходили. Тем более что брались они не просто расчистить и облагородить пруды, а по сути – создать искусственные бассейны для доращивания рыбной молоди.


То есть ориентировались они не на спортивное рыболовство, с помощью которого пытаются покрыть затраты бизнесмены, приобретающие пруды для души, а на товарное производство. И дело братья поставили. Рыба реализуется в Грязях, Липецке, в других райцентрах, в том числе и тамбовских. Уходит всё. Ничего удивительного. Карп в хозяйстве изумительный. Натуральный экологически чистый продукт, как характеризует его Митряхин.


С этим самым продуктом он, случается, сталкивается на рынках. Розничные цены приятно бодрят – 100, 120 рублей за килограмм и более. По словам фермера, такой уровень рентабельности хозяйству даже не снился. Оптовые цены достигают, как правило, 65 и в особых случаях, когда реализуются самые крупные экземпляры, 75 рублей за килограмм рыбы. Но и затраты ненамного ниже. И главное – малёк денег стоит. И немалых.


Удержать минимальный уровень рентабельности удаётся лишь потому, что в покупных кормах прудовое хозяйство совершенно не нуждается. Хватает собственной некондиции.


Вот почему Митряхин иногда мечтает купить «ГАЗель» и обзавестись лотком на рынке. Но пока не получается. Деньги приходится расходовать на более неотложные цели. Нет торговой «ГАЗели» и в документах, которые были подготовлены для получения гранта. И вписать машину туда Митряхин уже не сможет. Он должен будет отчитаться о целевом использовании каждого полученного из бюджета рубля. А эти рубли уже скрупулёзно расписаны.


На что они пойдут? На приобретение ещё одного трактора МТЗ-82. Обязательно с ковшом. Машину планируется использовать на самых разных работах. Кроме того, средства потребуются на сооружение помещений для гусей и приобретение самой птицы


– Почему именно гуси? – спросил я Митряхина.


– Могли быть и бычки, – ответил он.


Как выяснилось, братья уже довольно давно думают над тем, как сделать развитие хозяйства более устойчивым, предсказуемым. При этом перебирали самые разные варианты. Однако последний и, как кажется фермерам, наиболее правильный ответ появился, когда Сергей Митряхин согласился принять за поставленное в соседнюю Песковатку зерно не деньги, как обычно, а гусей.


Хотя поначалу сделка показалась ему кошмарной. Стадо из ста гусиных голов сделала жизнь дома невыносимой. Получив шумных и требовательных соседей, Митряхин тут же возмечтал как можно скорее избавиться от новой живности и навсегда забыть о безумной затее. Просил партнёра простить ему глупость и взять орущее поголовье обратно.


– А ты где гусей держишь? – спросил приятель. Узнав, что дома, удивился: – А пруды зачем?


О прудах Митряхин думал. Воспользоваться водоёмами, казалось, подсказывала и сама природа. Каждую весну и осень здесь на отдых останавливаются огромные стаи перелётных птиц. И аисты, и лебеди, и утки и, конечно же, гуси.


Правда, сомнения оставались. То птицы дикие. А как поведут себя в естественных условиях птицы домашние? Ответа не было. Как не было ясности и во всём том, что касалось безопасности птиц и прудов. Митряхин прежде всего опасался лис и нагрузки на водоёмы. Но всё же рискнул. Не ошибся ли? Абсолютно точного ответа фермер пока не знает, однако убедился, что стартовые сто гусей на самом маленьком пруду оказались абсолютно незаметными.


Судя по всему, и тысяча гусей, которые в полном соответствии с планом появятся на прудах в будущем году, чрезмерным поголовьем для водоёмов не станут. Об этом Митряхин готов говорить с уверенностью. Убеждён он, что и кормов и карповому, и гусиному поголовью хватит с избытком. Однако утверждать, что проект на сто процентов успешен, фермер, сколько я ни пытал его, пока не стал.


– А вы знаете, – подумав, ответил Митряхин, – приезжайте следующим летом. Отдохнёте, рыбку половите. Вот тогда и посмотрим.


Что и говорить, приглашение оказалось очень заманчивым. И, судя по всему, я его приму. 

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Понедельник, 18 декабря 2017 г.

Погода в Липецке День: +2 C°  Ночь: +4 C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Вместо ёлки – букет

Алёна Кашура
// Общество

Партнёров выбирают

Мария Завалипина
// Общество

Красота бескорыстного служения

Наталья Сизова
// Общество

Уроки заботы

Дарья Шпакова
// Общество
Даты
Популярные темы 

Шотландский мотив

Сергей Малюков, фото автора // Общество

Секрет на миллион. Евтягины

Марина Кудаева // Общество

Этот «страшный» Дед Мороз

Елена Бредис // Общество

Чем живет «ближнее Замкадье»

Игорь Плахин // Общество

Под Ельцом вновь били Гудериана

Сергей Банных // Общество

Афиша

// Культура



  Вверх