lpgzt.ru - Образование Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
5 сентября 2012г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Образование 

Если есть привычка к праведным трудам…

05.09.2012 "Липецкая газета". Вера Власова
// Образование
Иван Гаврилович Гузенко и его ученики и коллеги.

Не уверена, что даже с помощью ЭВМ можно подсчитать, сколько студентов слушали лекции, дискутировали на семинарских занятиях, защитили дипломные за 38 лет работы этого человека в Липецком государственном педуниверситете. Зато точно известно: шестнадцать аспирантов выполнили исследования, подготовили диссертации и стали кандидатами педагогических наук под его руководством. Семнадцатым, возможно, буду я — жду защиты.


Итак, Иван Гаврилович Гузенко, профессор кафедры теории и истории педагогики. Ему восемьдесят. Но он по-прежнему увлеченно трудится. Общение с ним многое дает тебе не только как исследователю, но и как человеку. Он умеет удивительно рассказывать о том, что пережил, передумал, понял в этом мире.


— Первые воспоминания о себе связаны со стихами Пушкина. Я рано научился читать и сносно писать. Мне часто давали книжки в затертых обложках. В Сибири в предвоенные и военные годы такой обмен литературой был распространен. И вот однажды, когда я в сотый раз почти молитвенно читал: «…Бу-у-ря мгло-о-ю не-е-бо кро-о-ет…», раздался такой силы удар бури в стену нашего дома, что все затрещало, посыпалось, а у соседей снесло и развеяло крышу. «Боже праведный», — молилась матушка, и мы с сестрой Лидой, сидя на русской печке, повторяли за ней: «Боже милостивый, помоги и защити».


В памяти навсегда соединилась незримая сила поэзии с угрожающей мощью природы. В пору юности, когда случались другие «удары судьбы», у меня в памяти всегда всплывали молитвы матушки и строки поэзии. Это давало силы все выдержать.


С Евангелием я познакомился в военные годы. Мне было десять-двенадцать. Как сейчас помню: убранная деревенская горница, семилинейная лампа и чистый стол, за которым сидят бабушки и дедушки (они мне казались тогда такими древними) и слушают, как я читаю Евангелие. Это была очень большая книга с ажурным задымленным переплетом и закапанными воском страницами. Уже студентом Института стали и сплавов (МИСиС) мне посчастливилось вновь взять Евангелие в руки. Я был очень удивлен: как мог я читать его на древнем церковно-славянском языке тогда, мальчишкой, в сибирской глубинке?


Старушки показывали церковные книги и хоругви, спрятанные на полатях — это такое устройство под потолком в крестьянском доме. Они лежали завернутые в полотенца. Когда начались погромы церквей, жители спасали, разбирали по домам иконы, книги, алтарное убранство и хранили многие десятилетия. Теперь я понимаю: глубокая православная вера русских людей никогда не прерывалась! Только Господу Богу известно, почему те старики доверялись мне. Хранение и чтение богословской литературы могло плохо кончиться.


Мои чтения Евангелия прекратились неожиданно. Я уже знал известные молитвы, некоторые богословские тексты. Наверное, что-то из них упомянул в школе. Учительница стала пристально на меня посматривать. Матушка, по-видимому, это поняв, не разрешила больше посещать те вечерние чтения. А они мне очень нравились. Думаю, что если бы они продолжались, я бы склонился к богословскому образованию. Но реальность вернула на землю, где шли уже победоносные бои на всех фронтах. И у нас в Сибири призыв «Всё для фронта!» определял смысл жизни.


К тому времени я умел делать все, что необходимо сельскому жителю — работать в огороде, запрягать лошадь, рубить и возить дрова из леса, косить траву, доить корову, ловить рыбу, зайца в петельку, собирать грибы и ягоды. В конце вой­ны матушка работала на свиноферме. Там постоянно требовалось много воды. Рук не хватало. И она отправила меня работать водовозом. Сказала:


— Надо, сынок. Вона как трудно всем.


Два огромных быка, рога которых были длиннее, чем мои руки, тянули огромный рыдван с бочкой в двести ведер. А я наверху размахивал самодельной сабелькой и распевал военные песни. Быки были умными. Знали, когда можно не выполнять прихоти погонщика. Зай­дут, бывало, в условное место в озеро и дальше ни шагу. Я ведром таскаю воду в бочку (двести ведер!), а они дремлют. И ни за что не выйдут из воды, если бочка не полная. А потом я стоял на качающейся в ритме мерного хода животных бочке и под скрип колес, размахивая сабелькой, как умел распевал песни о каторжанах и танкистах. А вокруг — сибирская благодать, напоенная солнцем и щебетанием! Диво-дивное, как у Лукоморья!


Иногда соседи приходили и просили прочитать письма с фронта или написать солдатам про их житье-бытье. А когда солдаты возвращались — после ранения или героями после Победы, — односельчане, показывая на меня, говорили: «Смотри, кто тебе писал письма!». И не было для меня большей награды, чем дружеский хлопок по плечу человека в военной форме.


Суровое время привносило драматизм в мою жизнь. Но все в молодости, если есть привычки к праведным трудам, закаляло характер. И одновременно укрепляло потребность в знаниях. К шестнадцати годам было у меня только начальное образование. И вот вместе с матушкой решаем: надо учиться, чтобы выбраться из нищеты. Осенью 1948-го я поступил в железнодорожное училище. Приняли только на самую тяжелую специальность — кузнец свободной ковки. Закончил и был направлен на вагоноремонтный завод. В первый же день после смены, возвращаясь из цеха, увидел вывеску на двухэтажном доме: вечерняя сменная школа объявляет набор. Я записался, благо школа располагалась на территории завода. Меня спросили в канцелярии: «В какой класс пойдешь?» (документов тогда не требовали). Я ответил: «В седьмой» (при начальном-то образовании!). Что-то у меня еще спросили и сказали: «Нет! Пойдешь в шестой». Я был доволен, но и сожалел. Может, сказал бы — в десятый, и меня бы в девятый определили?


А после школы был Керченский металлургический техникум, работа по направлению на Новолипецком заводе, затем Институт стали и сплавов (Липецкий вечерний факультет). Активно заниматься наукой начал уже студентом — появились научные публикации, авторские свидетельства на изобретения.


Как все мы тогда жадно, увлеченно учились! Вот пример и образец для современного образования. На лекциях со мной рядом сидели фронтовики. Знаете, столько лет спустя мне хочется повторить, наверное, всем хорошо известную истину: «Фронтовики спасли мир, восстановили страну, а науку возвысили до Космоса!»


По рекомендации педагогов кафедры прокатного производства я поступил в аспирантуру на заочное отделение Института машиноведения Академии наук в Москве. Мне везло. Готовя диссертацию, составил дифференциальное уравнение невиданной сложности. Мой научный руководитель профессор Бессонов хитровато спросил: «Ну, что дальше?». И я понял: необходимо обратиться к фундаментальным основам науки. Это и способствовало успешному завершению диссертации.


Расскажу, как я оказался в педагогическом университете. В 1974 году еду в купе московского поезда, любуюсь только что полученным дипломом кандидата технических наук. Уже рассмотрел его со всех сторон, не знаю, как еще повернуть. И вот входит в купе статный мужчина и бесцеремонно берет у меня диплом: «Да ты технарь? А мне нужен заведующий кафедрой. Приходи». Это был ректор педагогического института Борис Николаевич Бабин, человек высокой культуры, необыкновенных организаторских способностей, доброты и порядочности. Одним словом — настоящий русский интеллигент.


И вот с тех пор я в пед­университете. В немалой мере благодаря ректору до тонкостей освоился с миссией заведующего кафедрой. Накопил опыт, организовав пять лабораторий, три учебных мастерских, преподавание инженерных дисциплин в педагогическом вузе и так далее. Это послужило основой для двух монографий, двух учебных пособий, пятидесяти публикаций, которые стали базой докторской диссертации. Защитил я ее в 1996 году. Теперь вот сам работаю с аспирантами.


Шестнадцать кандидатских защищено, готовятся еще пять перспективных тем. Закончено масштабное исследование «Педагогика рефлексивной праксеологии», за что я получил грант. Опубликовано в 2009 году. Лауреат областной премии имени К.А. Москаленко, премии Минобразования и науки РФ, медали К.Д. Ушинского «За заслуги в области педагогических наук». Победитель конкурса научных работ в 2007 году. А уже в нынешнем году получил авторское свидетельство — вместе с двумя соавторами — на «Обучающую компьютерную программу для изучения и исследования общеобразовательных дисциплин».

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Среда, 18 октября 2017 г.

Погода в Липецке День: +5 C°  Ночь: C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Грипп — не повод для геройства

Вера Геращенко, врач-инфекционист высшей квалификационной категории, заведующая отделением Липецкой областной клинической инфекционной больницы
// Здоровье

Лазер против слепоты

Лилия Сергучева, врач-офтальмолог областной больницы № 2
// Здоровье

Боль моя, ты покинь меня

Сергей Кудаев, главный специалист по паллиативной помощи управления здравоохранения Липецкой области, главный врач Липецкой городской больницы № 6 им. В.В. Макущенко
// Здоровье

Промедление опасно для жизни

Елена Рыбина, врач-невролог Липецкой областной клинической больницы
// Здоровье
Даты
Популярные темы 

Локомотив развития экономики

Андрей Дымов // Экономика

Грипп — не повод для геройства

Вера Геращенко, врач-инфекционист высшей квалификационной категории, заведующая отделением Липецкой областной клинической инфекционной больницы // Здоровье

Критерии успеха «политеха»

 Сергей БАННЫХ // Образование

Учиться у липчан

Игорь Плахин // Экономика

Рекордам стены помогают

День района: репортеры «Липецкой газеты» сообщают из Данковского района
Роман Ромашин, romanromashin@yandex.ru // Спорт



  Вверх