lpgzt.ru - Общество Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
11 июня 2012г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
Общество 

Воин Христов (фоторепортаж)

11.06.2012 "ЛГ:итоги недели". Игорь Сизов, Владимир Акимов (фото)
// Общество

Впервые редакционное задание стало праздником. И праздник был Вознесение Господне. И праздновать посчастливилось в приветливой и какой-то по-домашнему милой церкви иконы Божией Матери Казанская в селе Старое Ракитино, что в нескольких километрах от Лебедяни. И был подарок к празднику – знакомство с настоящим подвижником православной веры батюшкой Николаем.


Фоторепортаж ЗДЕСЬ


Гостевая гора


Да, умели наши предки находить места для храмов! Действительно, ещё с дороги открывается удивительно живописная панорама. Справа в зелени деревьев скрывается извилистое русло Дона, слева раскинулись бескрайние поля. А в центре этой величественной картины – Гостевая гора. Над ней, словно парит в голубом бесконечно прекрасном небе, – белоснежный храм.


В былые времена купцы останавливались погостить на этой горе, которая была расположена рядом с почтовым трактом, ведущим из Лебедяни в Данков. Здесь в 1836 году и была построена на пожертвования жителей села церковь в стиле классицизма – с колоннами и портиками. На горе стоял столб с ковшиком, в котором оставляли пожертвования на храм. Но, видно, «колокольный звон силам зла не давал покоя, а золотые купола кому-то чёрный глаз слепили», как пел Игорь Тальков. И в 1936 году – ровно через сто лет после открытия – Казанскую церковь обезглавили. Причём как в переносном смысле, разрушив колокольню, так и в самом страшном прямом смысле этого слова. Нет, местного священника отца Владимира и прислуживавшего ему монаха не лишили головы, как варвары, а просто цивилизованно расстреляли, как истинные революционеры.


Вскоре были осквернены и старинные могилы бывшего священника протоиерея Павла Александровича Индолева на территории храма. Для совершения надругательства в село приезжала специальная бригада. Есть свидетельства, что колокола и чугунное семейное надгробье разбили тяжёлой гирей, обломки погрузили на подводы и отвезли в Лебедянь на переплавку. Из икон соорудили помост в Доме культуры и топили школы в окрестных деревнях. Будучи детьми, некоторые местные жители играли в карты на дубовых гробах в осквернённом семейном склепе Индолевых. Гробы потом были вскрыты, и кости пропали. А в самой церкви долгое время располагался склад зерна. Рядом стоял агрегат витаминной муки, который через жёлоб в окне подавал корма прямо в храм. На куполе росла бузина.


Может быть, новоявленные иуды, предавая веру и устои своих отцов и дедов, достигли счастья и процветания? Может быть, им удалось построить на обломках разграбленной и осквернённой малой родины свой новый мир справедливости и добра? Мы ходим по залитому солнечным светом селу с живописнейшими окрестностями, благодатными полями и лугами вокруг него. И что же слышим и видим? Ничего! Не слышно звонкого детского смеха, не видно довольных стариков, отдыхающих на скамеечках у домов. Мёртвая тишина и запустение! Словно гнилые зубы торчат остовы полуразрушенных и заросших бурьяном животноводческих помещений. Да, к чему описание. Достаточно привести сухие цифры статистики. Вот запись о селе Старое Ракитино, относящаяся к 1911 году: «Церковь каменная, тёплая. Дворов 210, лиц мужского и женского пола 1545, великороссы, земледельцы. В приходе три деревни. Томилино – 255 жителей, Крутая – 346 жителей, Фурсов Верх – 77 жителей. Один хутор. Школы: церковно-приходская и три земские». Интересен и другой факт: «За 1912 год в селе бракосочетались 15 пар, родилось 85 детей». Согласно переписи 1926 года число жителей сократилось почти втрое. А вот печальная статистика наших дней – сейчас в Старом Ракитино зарегистрировано немногим более сотни человек. Число их за сто лет сократилось более чем в 20 раз! Это ли не главный итог богоборческой деятельности. Как не вспомнить тут предостережение уроженца расположенного неподалёку села Шовское преподобного старца Силуана Афонского «Мир стоит молитвою, а когда ослабнет молитва, тогда мир погибнет».



Пути Господни неисповедимы


Вряд ли думал Николай Еремеев, залезая мальчишкой в полуразрушенную церковь за голубями, что восстановление храма станет главным делом его жизни. Но пути Господни неисповедимы. Родился он в Старом Ракитино. Как и многие после школы, покинул родные места. Помотало его по свету, от Норильска до Новороссийска, от Курска до Кушки, пока не решил он вернуться в родные места.


– Семья у нас была одна из самых бедных, – вспоминает отец Николай. – Мама Екатерина и её сёстры Фёкла и Марфа рано остались без отца. Мама всю жизнь работала дояркой да свинаркой. Но все мои предки были людьми набожными, ходили в наш храм, пока он не был закрыт. Поэтому, когда я родился на праздник Николы Зимнего, бабушка Варвара Ивановна сказала: будет Николаем. Вот я всю жизнь и стараюсь соответствовать своему имени, которое означает «всепобеждающий». А побеждать, прежде всего, следует свои страсти и немощи. Хотя и бед у русского народа всегда хватало. Я с детских лет был пастухом. В семилетку ходили в Лебедянь. Зимой во время метелей ставили вешки, чтобы не сбиться с пути. До Михайлова дня, 22 ноября, дом не отапливали из-за недостатка угля. После школы я работал в кузнице молотобойцем. В армии служил в конвойном полку в норильских лагерях. В Норильске окончил техникум цветной металлургии. Одно меня огорчало – не было там ни одного храма. Даже на Пасху некуда было пойти. Когда дочка заболела, мы с женой уехали на материк. Поселились в Новороссийске, где я работал на цементном заводе.


Я слушал рассказ отца Николая и удивлялся, как он, сельский простолюдин и вечный работяга, смог в советские годы не просто сохранить в себе веру, но и перенять лучшие качества русского священства. У него отлично поставленная ясная речь и чистое произношение, словно риторике обучался в лучших университетах. Память отца Николая просто поражает, когда он перечисляет десятки священников, их саны, названия храмов и даты жизни, которые неизменно связывает с православным календарём.



Крест по силам


Начало его служению было положено в Курской епархии, где в советские годы была сложная ситуация. После смерти священников храмы стояли пустыми по несколько лет, служить было некому. В результате их снимали с регистрации и закрывали.


– Здравствующий ныне бывший архиепископ Курский владыка Хризостом благословил меня учиться заочно и рукоположил в священники, хотя в советские годы это было не просто сделать, – вспоминает отец Николай. – Храмы были запущены, без полов, окна замазаны глиной. Власти у священника не было. Служили по договору – оклад 120 рублей. Держали подворье, чтобы кормить семью. К слову сказать, и сейчас сельский священник живёт скромно, на зарплату в 10 тысяч рублей. Но тогда ещё была беда в том, что произошёл разрыв поколений. Старшие ушли, а молодых вере никто не учил. Но я уже в те сложные годы, несмотря на запрет, начал восстанавливать храмы. А как восстанавливать без копейки денег? Значит, нужно ходить просить за ради Христа или, говоря проще, побираться. Московские батюшки мне помогали иконами, облачением. Особенно меня понимал и привечал иеромонах отец Димитрий из церкви Троицы у станции метро Новослободская. Он сам прошёл войну, ссылку и гонения. Ну и на мою долю хватило невзгод – меня сняли с регистрации за то, что крестил ребёнка на дому в одном из сёл. Прихожане написали письмо патриарху Пимену, он прислал ответ, что, мол, отца Николая не снимал. Но я уехал в Краснодарскую епархию, где стал служить в большой станице. Край благодатный, народ радушный и щедрый. У нас был свой повар, трапезная, все собирались за большим столом и жили одной общиной.


В советские времена отец Николай успел послужить в Ташкентской и Среднеазиатской епархии. Уполномоченными там были местные жители – узбеки и туркмены, которые к православной вере относились мягче, чем в России. Отец Николай прослужил семь лет в старинном казачьем храме на самом юге Туркмении. Но душа уже рвалась в родное село, настало время повсеместной передачи храмов верующим. Архиепископ Ташкентский и Среднеазиатский владыка Владимир долго не отпускал отца Николая. И только в 1992 году патриарх Алексий II разрешил вернуться на родину. Здесь пришлось служить в храмах, которые только начали открываться в Лебедянском, Краснинском, Данковском, Чаплыгинском районах. Первую службу он провёл и в полуразрушенном храме Архистратига Божьего Михаила в Троекурово.


– Спасибо моему одногодке, однофамильцу и тёзке Николаю Дмитриевичу Еремееву, что помогает восстанавливать Троекуровский монастырь, – говорит отец Николай. – Дай ему Бог здоровья за то, что не погнался за богатством, а ценит своё Отечество, веру предков и свой народ. Я же мечтал восстановить храм именно в своём родном селе. Многие меня отговаривали. Но моё слово к односельчанам было коротким: не быть мне батюшкой, если не восстановлю нашу церковь. Я даже не знал, какой тернистый путь меня ждёт, какие страшные гонения суждено будет пройти. Сначала работники совхоза «Первомайский», который ныне сам приказал долго жить, выломали полы и стали разрушать фундамент. Так усердствовали, что одну колонну сломали. Мне приходилось у родных и знакомых прятать закупленные стройматериалы, чтобы не растащили. Потом стали писать кляузы, мутить местных жителей, что, дескать, он болтун и трепач, что старается только для себя, а для храма ничего не сделает… Конечно, в одиночку мне было не по силам восстановить такую церковь. Это можно сделать только всем миром.


Всем миром


– Были люди, которые мне предлагали выступить с клеветой против отца Николая, – говорит журналист Владимир Акимов. – Не буду называть их имена, Бог им судья. Я отверг эти предложения, потому что вижу, насколько многотруден путь этого истинного подвижника. Однажды зимой в лютый мороз отец Николай позвонил мне и рассказал, что автобус из Москвы сломался, а он замерзает с чемоданом мелочи в чистом поле. Переживал он не за своё здоровье, а за общественные деньги. И после этого у кого-то поворачивается язык сказать, что им якобы движет корысть или гордыня.


Осенью исполнится двадцать лет, как отец Николай приехал в Старое Ракитино. Двадцать лет равнодушия, несправедливой хулы, подвижничества и бесконечных непосильных трудов. Не знаю, как смог в этих условиях 72-летний священник не озлобиться, не отчаяться и не уехать в благополучный приход. А ведь в Новороссийске у него страдающая полиартритом жена и взрослый сын – инвалид с детства. Вот и разрывается больной сахарным диабетом отец Николай в разъездах между Лебедянью, Липецком, Новороссийском и Москвой. Живёт в Лебедяни у родственников. Своего дома и машины у него нет, так как каждую копейку несёт в храм. И это не художественный образ, а правда жизни. Из Первопрестольной, где он служит на кладбищах и собирает пожертвования, привозит по чемодану мелочи. Вот так и восстанавливает церковь, о чём местный пиит написал бесхитростные, но очень точные строки:


Было ль на то ему виденье,


Сам ли он выбрал тот путь –


Церковь родную в Ракитино


Людям обратно вернуть.



С миру по нитке – копеечки,


Где только он не искал.


Поездом тюки пудовые


В церковь руками таскал.



Господу Богу помолимся:


«Крепости духа нам дай», –


Так призывает в Ракитино


Старец отец Николай.


– Наш батюшка послан нам Богом, – говорит Валентина Ильинична Аравина. – Сколько он обивает порогов, сколько грузов на себе привозит из Москвы. Не каждый выдержит такие испытания, тем более что ноги у него слабеют с каждым годом. Иногда приезжает радостный – что-то удалось сделать для храма. А порой возвращается в слезах и с пустыми руками. Если бы не его труды и вера, храм бы так и стоял полуразрушенный. А что у нас в селе делать без церкви? Нет магазина, школы, медпункта, клуба, библиотеки – всё закрыли. Мне уже 78 лет, порою устаю страшно. А приду в церковь, помолюсь и возвращаюсь домой как новенькая. Отец Николай – крёстный всем шестерым моим правнукам. Они с детства ходят в свою родную сельскую церковь. Эти воспоминания останутся в их душе на всю жизнь.


У каждого свой крест в этой жизни, и каждому даётся он по силам. А ещё даются помощники в благом деле. Немалые суммы жертвуют благотворители. Среди них живущие ныне в Москве и преуспевшие уроженцы села, Юрий Романович Лазаренко, например. Местные жители принесли сохранённые после закрытия храма иконы, в том числе старинную – Пресвятой Троицы. А икону святого великомученика и целителя Пантелеймона подарил архиманд­рит и наместник московского Сретенского монастыря Тихон Шевкунов, автор книги «Несвятые святые и другие рассказы». Однажды познакомившись с отцом Николаем и побывав в Старом Ракитино, многие верующие из других мест навек прикипели душой к Казанской церкви и её настоятелю. Пять семей из Москвы откликнулись на призыв отца Николая в журнале «Русский дом» приезжать в Старое Ракитино, чтобы трудиться над созданием здесь православной общины. Знакомые над ними откровенно смеются, ведь как можно променять благополучную жизнь в столице на бедную российскую глубинку. Но Людмила Ивановна Саторская считает, что только высокая нравственность и православная вера могут спасти молодое поколение от растлевающего влияния современной идеологии потребления и бесконечных удовольствий. Она мечтает открыть в селе детский приют и православную школу, где в труде и молитве будут коваться крепкий дух защитников Святой Руси.


– Мы давно помогаем восстанавливать храм, – рассказывает москвичка Людмила Павловна Овчинникова. – Останавливаемся у родственников. Особенно эту церковь любила моя дочка Лариса. Она спешила на день рождения отца Николая с иконами и различной церковной утварью в подарок батюшке. Но под Данковом попала в аварию и погибла. На самом большом из колоколов, которые недавно привезли, выбито её имя. Я дала себе зарок: до последних дней помогать храму за Ларису. Это будет лучшая память о моей дочери.



Даруй мир Твой людям Твоим


Господь сказал: по делам узнаете их. Дела отца Николая и его сподвижников на виду у всех. В 2004 году в трапезной храма прошло первое богослужение, и был освящён предел в честь святого Николая Чудотворца. Затем в летнем храме и алтаре церкви был положен новый пол, установлен резной иконостас, приобретённый на средства благотворителей. В 2010 году состоялось великое освящение главного престола храма, которое совершил епископ Липецкий и Елецкий Никон. А скоро по окрестностям, как в былые времена, вновь будет разливаться малиновый звон. Подобрать звучание колоколов обещал звонарь Сретенского монастыря. Конечно, сделано многое, но предстоит сделать ещё немало. Нужно подвести газ и воду к храму, ведь он до сих пор не отапливается. Да и ограда необходима для территории церкви, где сделаны памятники служившим некогда здесь священникам.


Мы идём с отцом Николаем поклониться памяти невинно убиенных за веру православную. Место захоронения расстрелянного отца Владимира неизвестно. Постояв у его символической могилы и некогда разорённой могилы отца Павла, я решаюсь задать наивный, но волнующий меня вопрос: что такое вера и зачем она современному человеку?


– Вера – это вечность, – мгновенно, как о чём-то давно обдуманном и решённом, отвечает отец Николай. – Что наша жизнь? Она подобна лодке, которая прошла по воде и не оставила следа. Ведь точно говорил затворник Георгий Задонский: «Сегодня на троне, а завтра во гробе, сегодня в порфире, а завтра в могиле, сегодня с друзьями, а завтра с червями». Бог даровал нам жизнь вечную, и сия жизнь в Сыне Его. Сегодня во время праздничной службы звучали слова Христа «Се аз с вами есть до скончания века». Каждого ждёт своё восхождение в Царство Божие. И мы все в ответе и за чистоту своей души, и за великую нашу державу, которая несла свет и справедливость всему миру. Как же можно было отдать на растерзание своё Отечество? У меня сердце болит, и плачу я о судьбе русского народа, душа которого страдает и мучается от несправедливости. Людей, детей наших не только кормят гнилой пищей, но и питают гнилыми идеями нашего смутного времени. Пока Бог даёт силы, буду следовать завету старца Силуана Афонского. Он писал, что тот не рассеивается и не теряет мира в людской сутолоке, и даже в искушающих обстоятельствах, кто не перестаёт любить народ и не перестаёт за него молиться: «Господи, даруй мир Твой людям Твоим».

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Пятница, 18 августа 2017 г.

Погода в Липецке День: +30 C°  Ночь: +14C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Встают «кордоны» на дорогах

Сергей Константинов
// Общество

Союз под патронатом Меркурия

Владимир Михайлов
// "Липецкой газете" - 100 лет
Даты
Популярные темы 



  Вверх