lpgzt.ru - Общество Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
7 мая 2012г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Общество 

По правде и по совести

07.05.2012 "ЛГ:итоги недели". Исаак Розенфельд
// Общество
Столетний дубровновский дуб – свидетель истории
Столетний дубровновский дуб – свидетель историиКомсомолец Владимир СапрыкинВ.А. Сапрыкин в концлагере. 1944 г.

В тот давний зимний день полковник Дунаев стоял у холмика с пластиковой табличкой, где значился номер двести сорок семь, на православном участке кладбища канадского города Торонто. Это была могила среди других русских могил, которых здесь с начала двадцатого столетия появилось немало. На ней – четыре цветочка и чисто по-русски, цинично и беззаботно, брошенная кем-то жестянка из-под «Краша». Рядом покоилась великая княжна Ольга Александровна. А с другой стороны – офицер-бендеровец.


Пётр Михайлович стоял, смот­рел, думал. Год за годом шел он по следам человека, лежавшего теперь под уже полупровалившейся насыпью. Ему все казалось, что он успеет восстановить справедливость, вернуть вычеркнутые из хроники великой войны имя и подвиг комбата Сапрыкина при жизни героя. Не успел. С убедительными документами в руках, с неопровержимыми свидетельствами Дунаев стучался в кабинеты Минобороны, писал и публиковал статью за статьей в «Известиях», в липецкой газете «Ленинское знамя», рассказывая, доказывая, как бесстрашно, жертвенно сражался Сапрыкин с врагами, как достойно, не давая себя сломать, держался в плену. Но его не желали ни слушать, ни слышать. Чиновников в генеральских и офицерских мундирах, а также в дорогих штатских костюмах абсолютно не интересовал какой-то комбат, которого сперва посчитали убитым и посмертно наградили звездой Героя Советского Союза, а потом, когда выяснилось, что тот выжил и после войны оказался за рубежом, бестрепетно лишили и высокого звания, и права на память.


Но Дунаев, сам фронтовик, почти ровесник и, кстати, земляк Владимира Сапрыкина – они оба уроженцы нашего Краснинского района, – не отступал. У него, офицера и журналиста, был к тому времени опыт борьбы за возвращение правды о забытых или оболганных защитниках Отечества. И наступил-таки день, поставивший, наконец, точку в долгой истории дунаевского расследования. Четвертого декабря 1991 года одним из последних Указов первого и последнего Президента СССР Михаила Горбачева Сапрыкину было возвращено звание Героя. Только комбату не суждено было узнать об этом. Спустя три недели Петр Михайлович прилетел в Канаду, пришёл на кладбище и тяжело размышлял о том, что же дальше.


Через восемь лет ранним утром в скромной гостинице белорусского городка Дубровно он рассказывал мне об этих минутах. Как решил сам для себя: не может комбат-герой, русский человек, патриот оставаться в канадской земле. Лишённый при жизни безжалостными обстоятельствами возможности возвратиться на Родину, он должен быть среди своих хотя бы после смерти.


С Дунаевым мы познакомились, к слову заметить, как раз благодаря Владимиру Сапрыкину. После газетных публикаций о комбате из Красного мой тогдашний редактор Владимир Савельев загорелся идеей издать книжку о герое-земляке. У Петра Михайловича была готова рукопись, несколько сумбурная, поскольку автору хотелось вместить в неё уж очень многое, в том числе массу, безусловно, интересного материала, однако имевшего не слишком прямое касательство к подвигу и трагедии Сапрыкина. Дунаеву требовалась редакторская помощь. Выбор Савельева пал на меня. Так я впервые по-настоящему понял, каким человеком был герой Дунаева и что совершил мой старший коллега, исполняя долг па-мяти.


В небольшой книге, которую мы назвали «Звезда и крест комбата», подробно говорилось о том, как Пётр Михайлович докапывался до истины, как шаг за шагом, крупицу за крупицей собирал документы и показания свидетелей о судьбе своего героя. Начиналась она с выписки из наградного листа. Там говорилось о трёхдневном сражении у деревни Красная Слобода Дубровенского района Витебской области между батальоном Сапрыкина и во много раз превосходящими его силами немцев. Комбат и его люди ежедневно отбивали десять-двенадцать контратак. Наших в живых оставалось несколько десятков человек. Но они не сдавались. Немцы перли ожесточенно и безоглядно. Пехоту поддерживали танки. И тем не менее враг никак не мог сломить сопротивление советских бойцов.


На трений день немцы пошли ва-банк. Наших – человек тридцать. А гитлеровцы бросили в атаку свеженький батальон, да еще с пятнадцатью танками. Кольцо вокруг Сапрыкина сжималось. И тогда он вызвал огонь на себя. Последние слова, переданные капитаном по радио, были: «Заканчиваю работу, прощайте, товарищи, умираю за Родину».


«Смертью героя погиб капитан Сапрыкин, – говорилось в наградном листе, – истребив со своим батальоном за три дня боев до полка немецкой пехоты. Его подвиг заслуживает высшей правительственной награды. Он достоин присвоения звания Героя Советского Союза».


Но Сапрыкин не погиб. Тяжело контуженный, он попытался выползти из траншеи. И тут прямо в него ударила очередь из танкового пулемёта. Он потерял сознание. Всего в крови, без сил Сапрыкина обнаружил немецкий солдат. Так наш комбат попал в немецкий госпиталь для пленных командиров. Чудом одолев смерть, он поправился, в первую очередь, благодаря другому военнопленному, врачу по фамилии Анохин. И начались мытарства краснинца по гитлеровским концлагерям. В лагере «Валли» Сапрыкина пытались завербовать, требовали, чтобы он стал изменником. Не вышло. Он не принял шанса спастись такой ценой. Хотя позднее, не имея на то никаких оснований, высокопоставленные бюрократы подозрительно щурились: а вдруг?..


Какое там «вдруг»! Он до дна испил чашу плена. Как написано в книжке «Звезда и крест комбата»: «В учётной карточке военнопленного капитана Сапрыкина указано: вес – 43 килограмма, рост – 176 сантиметров. Наверное, больше можно ни о чём не говорить».


И всё-таки он и в лагере, и в страшной каторжной тюрьме города Таннеберг не погиб. Дожил до Победы. И – остался в лагере, но уже созданном для «перемещённых лиц» союзниками. В надежде, что вот-вот его отпустят домой, Сапрыкин терпел и ждал. Он сильно болел – сквозные раны в груди не были залечены как следует. За ним ухаживала фельдшер, русская женщина Ирина. Они мечтали вместе возвратиться на Родину. И тут случился инцидент с полковником Советской Армии, посетившим лагерь и бесстыдно потребовавшим, чтобы Ирина жила с ним. Сапрыкин выбросил его за порог, отнял пистолет, передав потом ординарцу. И услышал злобное полковничье: «Попомнишь этот день. Пощады тебе не будет, лагерная тля…». Сапрыкину стало ясно: теперь ему назад, к своим, дорога заказана.


А дальше – эмиграция поневоле. Германия, Канада. Ни языка, ни денег, ни профессии, ни крыши над головой. Кому нужен за океаном учитель из села Красное, кому нужны командирский опыт и талант чужака с труднопроизносимой фамилией? Он, однако, опять-таки не спасовал, не превратился ни в бомжа, ни в бандита, ни в нищего. Подрабатывая грузчиком, дворником, овладевал языком. Затем поступил в университет и стал инженером в солидной фирме. Всё сложилось, наконец, всё удалось. Если бы…


Если бы не тоска по России. Его друзья вспоминали, как он всю квартиру заставил книгами на русском языке – классикой и литературой по истории России. Как встречал в порту наших моряков, жадно расспрашивал о том, что происходит в СССР. Как радовался, узнав вдруг, случайно, что ему было присвоено звание Героя…


Владимир Алексеевич не догадывался, что на Родине уже есть журналист, заинтересованно отслеживающий его фронтовую биографию. Им так и не довелось встретиться, Дунаеву и Сапрыкину. И о том, что сделал для него Пётр Михайлович, его земляк не узнал. Он умер от рака лёгких – то роковое ранение возле траншеи под Красной Слободой не прошло даром, война настигла того, кого не добила в окопах, в бою…


…Мы с Дунаевым говорили не только о Сапрыкине. Ему было чем поделиться. Он дружил и работал вместе с легендарным Покрышкиным. Он близко знал не менее удивительного человека – генерала Горбатова, репрессированного, освобождённого и великолепно воевавшего в Великую Отечественную. Короче – собеседник Пётр Михайлович был интересный, только слушай. Но, разумеется, больше всего мне хотелось выяснить, как он бился за Сапрыкина. Сперва – за то, чтобы Герой остался Героем. Потом – за то, чтобы прах его вернуть из-за океана. Дело это оказалось долгим, сложным, почти невыполнимым. Наши военные «верхи» пальцем о палец для этого ударить не желали. И Дунаев решил просить о помощи Александра Лукашенко. Эту идею ему подкинул старый товарищ, тогдашний председатель Дубровенского райисполкома Михаил Лещинский.


…И вот второго июля тысяча девятьсот девяносто девятого года в Дубровно состоялась скорбная и торжественная церемония захоронения переправленного на самолёте праха Владимира Сапрыкина на том месте, где лежали сотни бойцов его батальона. Была в тот день в Дубровно и делегация Липецкой области. В неё включили телевизионщиков, журналистов «Липецкой газеты». По свежим впечатлениям от той поездки я подготовил репортаж, кусочки из которого позволю себе привести.


«Первое и, пожалуй, самое сильное впечатление: война для дубровенцев закончилась не более полувека назад, а гораздо позже. Чуть ли не вчера. В городке до сих пор не восстановлена довоенная численность населения… Горькая статистика: в районе насчитывается двадцать три тысячи жителей. А погибли на этой земле тридцать тысяч воинов. В Дубровно невольно вспоминалась Хатынь. Там есть поразительный памятник – не из металла, не из камня. Просто три живые берёзки и рядом – горящий факел. Это означает, что в годы войны каждый четвертый житель Белоруссии погиб.


…Память – не слова, произнесённые по бумажке, а повседневная работа духа, души, а если угодно – и рук. Ни на день не прекращаются здесь поиски погибших. На полях у линии фронта работает отряд Минобороны Республики – ведёт раскопки. Всё новые имена появляются на обелисках. То есть перезахоронение Сапрыкина для дубровенцев – не случайный эпизод. …Как скажет в коротком выступлении у братской могилы под Красной Слободой Пётр Михайлович Дунаев: «Есть память – есть совесть. Нет совести – нет памяти».


…Там, по другую сторону Старой Смоленской дороги – деревня Красная Слобода. А здесь, на холме, – обелиск. И – двадцать чёрных мраморных плит с именами товарищей Сапрыкина. Через несколько минут и он, спустя пятьдесят шесть лет, присоединится к своим…


…О степени ожесточенности боев у Красной Слободы. Немцы вцепились в эти позиции зубами. Командование прямо-таки осыпало их железными крестами. В стойкости им не откажешь: говорят, они даже приковывали себя к пулемётам. Вот с этими храбрыми, фанатичными врагами и сражались три дня Сапрыкин и его люди.


…Руки солдата в белых перчатках держат лёгкую урну с прахом. Вот и всё, что осталось от талантливого, красивого человека, краснинского учителя, бесстрашного комбата, преуспевающего инженера канадской фирмы, так и не сумевшего привыкнуть к сытой, благополучной жизни на чужбине. Простите нас, Владимир Алексеевич! Ваше последнее, посмертное странствие подошло к концу. Да будет вам пухом белорусская земля…


Панихида. Первая горсть земли с лёгким стуком, почти шелестом падает на урну с прахом Героя. Мы привезли с собой в кисете липецкую, точнее – краснинскую, землю. И она уже смешалась с белорусской…


…Оказывается, надо было нам проехать чуть ли не тысячу километров, чтобы услышать: там, у нас дома, в Данкове, похоронен в братской могиле уроженец станции Осиновка Дубровенского района Иван Авдеевич Авеков. Лётчик. Сбил пятнадцать вражеских самолётов, один таранил, двадцать пять уничтожил на аэродроме. Герой Советского Союза.


Наш Сапрыкин – под Дубровно. Дубровенец Авеков – в Данкове».

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Вторник, 12 декабря 2017 г.

Погода в Липецке День: 0 C°  Ночь: C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 

Сказка для взрослых

Ольга Шкатова, shkatovao@list.ru
// Культура

Волонтер серебряного возраста

Эмма Меньшикова, labarita@yandex.ru
// Общество

Рекорды липецкой воды

Евгений Арутюнов, sport@lpaper.ru
// Спорт

Инвесторы ищут профессионалов

Николай Рощупкин
// Сельское хозяйство
Даты
Популярные темы 

Доходы казны возрастут

Анастасия Карташова, kart4848@yandex.ru // Власть

Задачи для профессионалов

Кирилл Васильев // Экономика

Когда старость в радость

Александр Гришаев, agrishaev@yandex.ru // Общество

«Помогаю и буду помогать»

Анастасия Карташова, kart4848@yandex.ru // "Липецкой газете" - 100 лет

Вместе остановим беду

Андрей Филатов, главный врач Липецкого областного центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями // Здоровье

Чтоб он исчез, лишний вес!

Анжелика Юдина, врач-эндокринолог Липецкой областной клинической больницы // Здоровье



  Вверх